— Если вы хотите у нас остановиться, то боюсь вас огорчить: все комнаты заняты, — нервно бросила бедняжка, размышляя, нельзя ли переселить внуков почтенной миссис Маклахлин, к примеру, на крышу. Там они стали бы поспокойнее, да и место бы освободилось. — Но, наверное, мы сможем что-нибудь придумать.
— Да неужели?.. — протянула незнакомка, явно забавляясь. На ее гладких волосах цвета воронова крыла и на зеленой суконной куртке блестели подтаивающие снежинки. — Мне столько говорили о вашем заведении. Поселите меня хотя бы в чулане для метел, я буду вам очень, очень благодарна! Ведь вы слышали зловещий шум мотора? Так вот, это было мое такси и оно только что уехало. Не заставите же вы бедную путницу брести в ближайший город в поисках ночлега в самый канун Рождества! — Она патетическим жестом заломила руки и вознесла очи горе.
Эллен не удержалась и рассмеялась. Припозднившиеся посетители «Норы» притихли и с любопытством уставились на пришелицу.
— Черт меня побери, если это не крошка Ри! — вдруг послышался голос Пэда за спиной Эллен. Привлеченный внезапно возникшей тишиной, он выглядывал из двери, ведущей в кухню. — Глазам своим не верю! Ты бросила своих французов ради нашего скромного угла? Вот мошенница! И ведь ни полсловечка не написала!
— Сюрприз, — снова улыбнулась Урфрида Маккени, так как это была она собственной персоной. — Ты столько писал о произошедших изменениях, что я не удержалась и приехала на рождественские каникулы. Обозреть, так сказать, великие перемены. Подозреваю, что работенка мне найдется. — Она повернулась к Эллен. — А вы, наверное, Марта?
— Нет, Марта в кухне, — пояснила девушка, с интересом глядя на сестру Пэда, о которой столько много слышала. — Я Эллен. Пэд купил нас обеих на рабском торгу, он вам, наверное, об этом тоже сообщил.
— Да-да, он мне написал, что вы вдвоем держите его в ежовых рукавицах и не даете даже вздохнуть, — заметила Ри, ставя тяжелую сумку на пол. — Вот я и прибыла брату на подмогу. Сквозь тьму и метель. Погода, надо заметить, очень плохая.
— Пойдем, я тебя провожу и отнесу твои вещи. Теперь тут все изменилось, — сказал Пэд, нагибаясь, чтобы поднять сумку сестры:
— Уже вижу. Но здорово, просто здорово! Особенно этот восковой мужик с фонарем у входа. Я с ним даже поздоровалась, думала, настоящий. Давно надо было бросить тебя на произвол судьбы, дорогой братец. Глядишь, мы уже сделались бы миллионерами, начали скупать издательства, пароходы, золотые прииски и урановые рудники…
Ри змейкой скользнула вслед за родичем в дверной проем, и их голоса затихли. Замолкшие было завсегдатаи паба тоже занялись своими делами — начали деловито опрокидывать стаканы и кружки.
Эллен вздохнула и придвинула к крану пивную кружку — несколько жаждущих и любопытствующих уже стояли у стойки, явно мечтая о прохладном напитке, а также о свежих сплетнях. Ужасно хотелось узнать, что скажет сестра владельца всего этого великолепия насчет перемен и нововведений, но работа есть работа.
Ладно, честно отстою еще час, а потом расспрошу Марту, решила хорошенькая барменша, с почти профессиональной точностью смешивая джин и тоник пожилому дядьке со смешными рыжими усами. Она отдала клиенту наполненный бокал с позвякивающими льдинками и улыбнулась про себя. Похоже, что сестра Пэда такая же славная и смешная, как и он сам. Удивительно, как при таком, казалось бы, легком отношении ко всему на свете их маленький бизнес ухитряется процветать.
Обычно люди, у которых есть свое дело, выглядят мрачными и вечно озабоченными разнообразными проблемами: налогами, повышением цен и состоянием мирового рынка валюты. В общем, глупостями всякими, сокращающими человеку жизнь и портящими здоровье. Ри и Пэд умудрялись как-то справляться и при этом выглядеть так беззаботно, что им позавидовала бы и принцесса на горошине.
— Давно здесь работаете? — Мужчина, попросивший джин-тоник, не спешил отходить от стойки.
— Не особенно, но мне нравится, — очаровательно улыбнулась Эллен. — По-моему, прелестное местечко. Вы не находите?
— Живете поблизости? — не ответив на вопрос, продолжил настырный посетитель.
— Нет, — прощебетала девушка, решив, что с клиентом следует быть любезной. — Я… э-э-э… из Лондона, да-да, из Лондона. Это точно.
— И что же привело вас в такую глушь? Издалека, однако, заехали, — нудел рыжеусый, оккупировав стойку и сжимая в руке стакан так крепко, будто собирался задушить его.
Как же ты меня достал! — разозленно подумала Эллен, потихоньку закипая. Бери свое пойло и убирайся поскорее!.. А может, я ему понравилась? Ладно, клиент всегда прав, хоть стой он на голове.
Назойливый посетитель, явно не собираясь сдавать позиции, оперся поудобнее о темную полированную доску и поставил рядом с собой злосчастный стакан.
Ну, подожди, решила вконец раздосадованная девушка, которая отнюдь не намеревалась тратить время на бесполезную болтовню.
— Ах, любовь, знаете ли, страшная сила, — томно произнесла она, доверительно склоняясь к любопытному дядьке. — Конечно, владелец «Лисьей норы» никогда на мне не женится, но хотя бы быть с ним рядом… слушать его неповторимый голос, когда он читает по вечерам Теннисона…
Эллен мечтательно закатила глаза и изобразила полное блаженство.
— Ради этого я бросила все — семью, дом, учебу. И вот я здесь… навсегда, да, именно так. О, какое высокое счастье находиться подле любимого человека, просто смотреть на него… Эти полные грусти поля… звезды… лунный свет… О, здесь так прекрасно, так восхитительно, что мое сердце переполняется радостью…
Ядовито-розовый поток слащавых романтических излияний оказал наконец-то свое действие. Мужик с рыжими усами что-то невнятно пробурчал, забрал свой стакан и вернулся за столик, время от времени бросая на Эллен странные взгляды.
Девушка уже привыкла, что многие новые посетители паба пытаются завязать с ней знакомство или хотя бы просто перекинуться парой слов. Главное — не обращать внимания, быть со всеми одинаково любезной и не путать заказы. Поэтому она быстро выбросила незадачливого ухажера из головы и вернулась к своим обязанностям.
Поздно ночью, убегавшись, как свора борзых, владельцы и работники «Лисьей норы» в полном составе засели в крохотной кухне, окружив бутылочку полусухого бордо, привезенного неожиданно нагрянувшей Ри. Вино оказалось просто превосходным.
— Чудесно. — Пэд причмокнул и потянулся налить себе еще. — Хотя выдержка маловата, всего-то пять лет. Могла бы расщедриться на что-нибудь и постарше, дражайшая сестренка. Все-таки столько времени не виделись. Загордилась, должно быть, в своем Париже, куда нам с нашими деревенскими красотами…
