Всё ценное, в том числе снаряжение и личные вещи убитых вражеских воинов на территории Королевства, считалось собственностью правителя. Мои игровые представления о трофеях здесь не действовали. По местным законам я «собрал трофеев» уже на тысячу смертельных приговоров. Лишь вопиюще слабое и зависимое положение законной наследницы правителя не позволяло осуществить местное «правосудие» — отобрать всё ценное у мерзкого гоблина и передать его в закрома королевского замка.
Уверен, если бы у принцессы Виолы хватало силенок, я бы мигом оказался в тюрьме с парочкой палачей-садистов, которые попытались бы выдавить из меня содержимое инвентаря силой. И про все мои заслуги в отражении атак соседей никто бы даже не вспомнил.
Удерживая эту мысль в голове, я продолжал думать, а стоит ли вообще помогать принцессе в утверждении её власти? Она изначально показала своё полное презрение ко мне, как к не заслуживающей уважения персоне. Да, гоблинов тут по умолчанию презирают и ненавидят, но я же пришёл не из восточных болот, а появился на круге призыва, как дар богов. Как будущий правитель, стратег, принцесса Виола не могла не видеть во мне потенциал. Почему же мне изначально не дали и шанса проявить себя?
Возможно, Её Высочество была оскорблена, что по воле богов ей достался не герой-красавчик, как Алый Пенетратор. Сам факт, что её кровь призвала гоблина, была для неё шоком и огромным, несмываемым позором. Понял! Она сильно стеснялась призванного героя. Я являлся живым свидетельством её позора, но если бы на круге Храма Призыва появился не я, игрок со сто шестьдесят восьмым уровнем, а обычный для этого мира герой-новичок, принцесса уже стала бы постельной игрушкой графа Сардука, а Северная Шилдария лежала бы в руинах или оказалась под пятой одного из сильных соседей. Как показали вчерашние события — под властью Королевства Свордария.
Их коварное нападение не было случайным, и явно готовилось задолго до моего появления. Новости о смерти короля Рудольфа и посягательстве на трон со стороны графа Сардука лишь подстегнули и ускорили вторжение. Желая уточнить свои догадки, я спустился в тюрьму, чтобы переговорить со вторым принцем Свордарии, имя которого мне до сих пор оставалось неизвестно.
К сожалению, даже выяснить, кто именно из пятерки пленников является принцем, а кто его помощник, оказалось нелегкой задачей. После вандализма графа Вульфа возникла острая нехватка имеющих неповреженные двери камер, и я запихнул всех пятерых пленников из Свордарии в одну. Попытки выявить принца и поговорить об интересующих вопросах, вернули меня к пониманию, почему всё же придется продолжать сотрудничество с принцессой Виолой. Она уже привыкла ко мне и перестала шарахаться от одного внешнего вида, а здесь меня никто не воспринимал всерьёз. Пленники презрительно отворачивались или плевали под ноги, когда к ним обращался внешне слабый, низкорослый гоблин.
— Передай своему хозяину, что его ждут огромные проблемы, если Его Высочество второго принца Флайсворда и дальше будут удерживать в столь неподобающих его высокому статусу условиях, — всё же подал голос один из мужчин.
«Ага! Самый низкорослый и старый с острой бородкой — не принц», — подметил я. Раз он ответил, нужно его разговорить.
— Уважаемый, а кто такой, этот ваш второй принц Флайсворд?
— Что?! Ты не знаешь самого великого полководца Свордарии, грозу западных равнин, принца Флайсворда? — вспыхнув от возмущения, воскликнул мужчина.
— Спокойнее, капитан Трюфель. Откуда какому-то узколобому, болотному жителю знать, кого его господин пленил в сражении. Меня больше беспокоит, почему нас держат в столь стесненных условиях, скоро близится обед, а нам так и не подали завтрак, а также за весь день никто не вынес переполненную кадь из отхожего места. Содержимое скоро польется через край, а от съеденного вчера у меня всю ночь крутило живот. Боюсь оскорбить Его Высочество ещё большим дискомфортом. Эй, карлик, будь так добр, замени кадь и напомни коменданту тюрьмы про обед, — сказал зрелый, коротко стриженый мужчина с глубокими залысинами на висках.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
— Зачем вы любезничаете с гоблином, генерал Фримонт? Эй ты, урод, немедленно позови сюда своего хозяина и не заставляй Его Высочество злиться, а то пожалеешь!
«Понятно, эти двое также не являются носителями королевской крови. Один — генерал, а второй, судя по тону обращения, также не уступает по положению, но высказался о принце в третьем лице», — отметил я.
— Сейчас схожу за господином. Ой, я же и есть господин этого замка, как же я мог забыть? — театрально стукнув себя ладошкой по лбу, сказал я и опять повернулся к решетке.
— Хватит. Не тратьте на это ничтожество слова. Разве не очевидно, что его прислали сюда, чтобы поиздеваться над нами, — тихо сказал молодой мужчина, сидевший на копне соломы в дальнем углу, и судя по повелительному тону и поведению окружающих, я догадался, что наконец услышал голос второго принца.
Он был высоким, крепким и самым молодым из пленников. Ему едва исполнилось тридцать. Его одежда тоже отличалась качеством и покроем, но это бросилось в глаза лишь тогда, когда я услышал его обращение к слугам.
— Понятно, значит, ты и есть широко известный, самый великий полководец Свордарии, гроза западных равнин второй принц Флайсворд.
— Не смей!.. — воскликнул вспыльчивый мужчина с бородкой.
— Помолчите, капитан, — сходу осадил его принц, — вы сами пели мне дифирамбы перед вражеским шутом, теперь держите себя в руках. Его послали, чтобы подорвать наш дух. Наверняка морение голодом и тяжелые условия — части одного плана. Пленивший нас противник хочет деморализовать нас перед тем, как начать переговоры о выкупе. Держите себя в руках и не поддавайтесь на провокации. Покажем врагу благородство и непоколебимость рыцарей Великой Свордарии!
— Да! — хором ответили мужчины, воодушевляясь речью принца на глазах.
— Хо-хо-хо. Неплохое выступление, но вы явно заблуждаетесь насчет планов и намерений хозяина замка. Как уже говорил, я и есть ваш новый хозяин, и если захочу вас просто сгноить в тюрьме, то и кружку воды вам никто не принесет. Будете пить и кушать то, чем наполнили кадушку. Вам лучше не задирать нос, раз уж вы пришли с войной в чужую страну, проиграли сражение и попались в плен. Подробно отвечайте на мои вопросы, сотрудничайте и только так заслужите моё хорошее расположение. Сейчас вы никто, пустое место, даже хуже, чем пустое место. Вы — попавшиеся на краже воры и можете рассчитывать лишь на то, что я проявлю щедрость и не лишу вас жизни.
Мужчины отреагировали на мои слова гордым молчанием. Опять отвернулись и задрали носы, как индюки. Ясно. У них сеанс демонстрации достоинства. Ладно. Это поправимо. Голод может сделать их сговорчивее.
— Как я понимаю, вы не хотите сотрудничать? Что же, тогда увидимся через неделю, если выживете, — сказал я и погасил масляную лампу, которую зажигал для комфорта пленников. Сам я и так прекрасно видел в темноте.
* * *
Напуганные нашествием двух крупных армий и грохотом дворфских пушек, жители столицы не торопились возвращаться из относительно безопасного укрытия в Восточном лесу назад в город. Я мог бы быстро за ними сбегать и пригнать назад, но гоблина-убийцу никто слушать не станет, поэтому в тот момент, когда я отправился за лошадьми, принцесса в сопровождении Вилайлай отправилась к лесу.
Пока я собирал трофеи и готовил живой товар к большой, выгодной сделке, принцесса зарабатывала себе политические очки, рассказывая легковерным жителям своего королевства, как её верные слуги отстояли город и изгнали врага от границ столичной провинции. При встрече пришлось выделить принцессе ларец с серебром для найма новых замковых слуг, а самое главное, сорока новых, временных конюхов, которым поручалось заботиться о лошадях в наше отсутствие, а возможно, и поучаствовать в их продаже.
В путешествие для проведения переговоров с бароном Редфоксом мы собрались лишь к обеду, когда замок наполнился слугами, а город жителями. Закипела работа по устранению разрушений, поломанных крыш. Застучали молотки плотников, приводящих ворота замка и крыши домов в порядок.
