Предположим, что все активы на сумму 3,8 млрд. долл, (оценка российских накопленных инвестиций на Украине) принадлежат российским компаниям, «находящимся под эффективным контролем государства». Даже если все они будут конфискованы, то их хватит для покрытия лишь 4 процентов того счета, который Киев предъявил нам по Крыму. Негусто.
Правда, кроме прямых российских инвестиций на Украине имеются также российские активы в виде кредитов наших банков украинским компаниям и организациям, причем их объем почти на порядок превышает прямые российские инвестиции. Примечательно, что рейтинговое агентство Fitch оценило риски российских банков на Украине, то есть выданные кредиты вместе с процентами в 28 миллиардов долларов. Однако, ни в законе, ни в заявлениях украинских руководителей о конфискации российских кредитных активов пока никаких упоминаний не было. Конфискация таких активов фактически означает, что власти Киева санкционируют бойкотирование украинскими компаниями своих обязательств по кредитным договорам. Вряд ли украинские власти пойдут на такой шаг, который приведет к «неуправляемому хаосу» в экономике страны.
Стоит отметить, что на Украине много российских денег, они приходят в страну через российские банки. Что касается банков, то их конфискация способна спровоцировать падение всей банковской системы страны. Поэтому риск потерять банковские активы на Украине, по оценкам самих российских банкиров, невелик. Надо иметь в виду, что процедура экспроприации собственности очень растянута во времени. Если Киев решится на экспроприацию госсобственности, то российский бизнес может просто вывести средства из Украины. Данный шаг может стать серьезным ударом для страны, находящейся в преддефолтном состоянии. Таким образом, «невидимая рука рынка» сделает свое дело. России даже не придется вступать в экономическую войну.
Бизнесмены, владеющие активами в РФ и на Украине, разошлись в оценках действий Киева. Многие бизнесмены не отрицают, что угрозы со стороны Минюста и Правительства Украины могут продолжаться. Но вот вероятность принятия каких — то конкретных шагов (проведение прокурорских расследований и возбуждение судебных дел) они оценивают уже намного ниже. А позитивные результаты практических шагов оценивают еще ниже. В крайнем случае, санкции Киева могут «зацепить» некоторые российские госкомпании, а частным компаниям беспокоиться не о чем.
Но эту точку зрения разделяют далеко не все. Некоторые не исключают варианта полного правового «беспредела», похожего на большевистские экспроприации времен гражданской войны и военного коммунизма в Советской России. «Сейчас украинские власти способны на что угодно, причем в других странах их признали и покрывают, — заявил российский бизнесмен, у которого есть активы на Украине. — Я не докажу ничего даже своим европейским партнерам. Если Киев реально начнет отнимать активы, его никто не удержит, и в украинских судах ничего доказать будет невозможно».
Многие украинские и российские юристы оценивают заявление министра юстиции Украины Петренко скорее как средство психологического давления на Россию. Физически они мало что могут арестовать на своей территории, а арест российских активов в других государствах еще более сложен, т. к. там правоохранительные органы не очень склонны участвовать в политических играх Украины. Украинские юристы неофициально признают, что Генпрокуратура Украины может арестовывать имущество в рамках конкретного уголовного дела, однако увязать аресты и конфискации с аннексией Крыма представляется крайне сложным делом. И дело не только в недостаточности юридических оснований. Имеются аргументы экономические в пользу сохранения status quo. Многие предприятия, принадлежащие российским инвесторам, ориентированы на рынок восточного соседа Украины. Без участия российских инвесторов эти предприятия превращаются в ненужную игрушку: они лишаются рынков сбыта, а иногда также источников сырья и кооперационных связей с российскими предприятиями. Так, мы уже упоминали принадлежащее «Росатому» краматорское предприятие «Энергомашспецсталь» (ЭМС). Оно является важным звеном в производстве комплектующих для энергомашиностроения (как российского, так и украинского). Его конфискация может вызвать симметричный ответ со стороны россиян, которые монопольно снабжают украинские АЭС ядерным топливом.
Украинский политолог Владимир Фесенко считает заявления Павла Петренко «исключительно элементом информационной войны, причем не очень умелой. Подобные демарши ухудшают положение президента Украины и портят жизнь премьеру».
После выборов президента Украины все ждут заявлений Петра Порошенко по поводу конфискаций российских активов. Он еще на этот счет не высказывался. Значительная часть украинских парламентариев полагает, что церемониться с Россией нечего, благо на откровенно разбойные шаги их поощряет Вашингтон. Один из лидеров парламентской фракции «Батькивщина» Александр Бригинец полагает, что «если Россия не станет платить (компенсации за убытки от потери Крыма. — В. К.), будем забирать плату российским газом, идущим транзитом в Европу. Станем откачивать его в украинские хранилища. Также мы изучаем возможность конфискации принадлежащей России недвижимости — например, здания посольства». На наших глазах при попустительстве Вашингтона происходит формирование на Украине эпицентра военной и экономической нестабильности, который может затронуть не только Россию, но всю Европу.
РОССИЙСКИЕ БАНКИ НА «МИННОМ ПОЛЕ» УКРАИНЫ
Напряжение в отношениях России и Украины сегодня достигло крайне высокого градуса. Но при этом складывается достаточно парадоксальная ситуация: на территории нашего «партнера — противника» продолжают действовать российские банки, вернее их «дочки». Ситуация крайне сложная, противоречивая, с трудно предсказуемым продолжением.
Позиции российских банков на УкраинеРоссийские банки в предыдущие годы успели занять достаточно прочные позиции на Украине. Иностранный капитал в банковской системе Украины по состоянию на начало 2014 года, по данным Национального банка Украины (НБУ), был представлен 26 странами. Крупнейшим иностранным инвестором по показателю участия в уставном капитале банков Украины является Россия (1/5 всех иностранных инвестиций в банковском секторе Украины). Далее за российскими банками следуют банки Кипра, Нидерландов, Австрии, Франции.
Всего на Украине, по спискам НБУ, 180 банков. На начало нынешнего года на Украине было 14 «дочек» российских банков, что составляет от общего числа банков в стране около 8 %. Прежде всего, это госбанки: ВТБ, «Сбербанк», ВЭБ (его «дочка» на Украине называется «Проминвестбанк»). Среди частных российских банков самым крупным является «Альфа — банк».
Доля российских «дочек» в общем объеме активов банковского сектора Украины оценивается примерно в 15 %. По величине активов крупнейшим на Украине российским банком является «Проминвестбанк», который, по данным НБУ, на начало 2014 года занимал среди всех банков Украины 6 место. В абсолютном выражении активы этой «дочки» ВЭБа на Украине оценивались в 5 млрд. долл. Далее следовали «Сбербанк» (9 место), «Альфа — банк» (10 место). ВТБ (12 место). В группу средних по величине активов банков российского происхождения входили: БМ Банк (59 место), «Энергобанк» (72 место), «Фольксбанк» (74 место), «Петрокоммерц — Украина» (101 место).
По объемам депозитов физических лиц среди российских «дочек» лидером был «Сбербанк» На начало 2014 года их объем у «Сбербанка» был равен 13,96 млрд. гривен, в том числе в валюте — 10,38 млрд. гривен. В списке всех банков Украины Сбербанк по этому показателю на начале 2014 года находился на 6 месте. По объемам депозитов юридических лиц ведущей российской «дочкой» на Украине оказался «Альфа — банк» 6,57 млрд. гривен, в том числе 3,89 млрд. гривен в валюте. По этому показателю «Альфа — банк» в рейтинге всех банков на Украине занимал 10 строчку.
Российские банки достаточно глубоко внедрились в украинскую экономику. Возникла взаимная зависимость. Украинские компании и государство должны российским банкам 28 млрд. долларов. Эти данные озвучил в ноябре 2013 года президент Владимир Путин. В качестве основных кредиторов он тогда называл ВЭБ, «Газпромбанк», «Сбербанк» и ВТБ.
По оценкам рейтингового агентства Fitch, сделанным в начале 2014 года, примерно половина этой суммы приходится на их украинских «дочек», которые в значительной степени финансируются материнскими компаниями. Вторая половина выдана непосредственно с балансов материнских банков или их подразделений. Риски связаны в первую очередь с кредитами, выданными украинским предприятиям и составляющими более половины в общей сумме долга, посчитали в рейтинговом агентстве. Еще около 25 процентов финансирования приходится на кредиты российским и украинским предпринимателям, приобретавшим активы в Украине. Назовем некоторые сделки.
