Протокольная съемка. Улыбок под масками не видно, но все делаем вид, что страшно рады встрече.
Впрочем, а какие у нас были варианты? Мне нужны они, а Афганистану нужны мы. Впереди война, да и женские права там нужно продвигать, а для этого нужны такие союзницы, как королева Сарайя и ее единомышленницы.
Такова проза политического бытия.
Улыбаемся. Жму руку королю под вспышки фотоаппаратов. Ольга пожимает руку Сарайе.
* * *
ИМПЕРСКОЕ ЕДИНСТВО РОССИИ И РОМЕИ. ВОСТОЧНАЯ РИМСКАЯ ИМПЕРИЯ. КОНСТАНТИНОПОЛЬ. ДВОРЕЦ ЕДИНСТВА. НОВОРИМСКИЙ ЗАЛ. 7 мая 1919 года.
Огромный роскошный зал. Именно здесь год назад был подписан договор о Новоримском Союзе. Сегодня мероприятие попроще, но Восток – дело тонкое. Поэтому максимум пышности и максимум пафоса, так, чтобы гость был счастлив от возможности быть здесь, но не забывал о том, кто он, а кто я.
Колониальная политика мало отличается по своей сути во всех империях и во все времена. Чем принципиально отличается подобный прием от приемов, которые устраивали во времена Древнего Египта или того же Китая? Ну, разве что я не заставлял сейчас короля Афганистана падать ниц и целовать мне носок сверкающей обуви, как это требует протокол того же Ватикана. Что ж тут поделать, мы – цивилизация! У нас принят тон строгий, но демократичный.
Тем более что колония была не моя.
Пока не моя.
Собственно, именно с моей подачи эмир Афганистана Аманулла-хан провозгласил себя королем Амануллой Первым.
В принципе, сам визит эмира Амануллы-хана был серьезным вызовом Великобритании, чьим протекторатом Афганистан, собственно, и являлся. Но ребята очень хотели независимости, а Лондон очень не хотел ее им предоставлять. Особенно на фоне бушующей Индии, которая также требовала полной независимости. Но, терки с Лондоном стали уже доброй традицией моего царствования, поэтому я был готов к нервной реакции с берегов Туманного Альбиона.
Мне был нужен Афганистан. И дело тут не в том, что это прямые ворота в Индию. Насчет Индии у меня не было никаких иллюзий, равно как повторять печальный опыт всех тех, кто пытался завоевать Афганистан на протяжении столетий у меня тоже не было ни малейшего желания. Дикие негостеприимные горы, и племена, их населяющие, были весьма непростым противником хоть для Александра Македонского, хоть для британцев, хоть для советского ограниченного контингента, хоть для последовавших туда после нас американцев.
Нет, завоевать их можно было, Кавказ же Россия в конце концов покорила, но вот только зачем? Да и тратить на это пару столетий я не собирался. Мне и с Османией проблем хватает.
Мне Афганистан был нужен по двум причинам. Первая – я старался обезопасить от набегов и прочих вылазок мой Туркестан, а для этого мои возможности должны быть максимальными для того, чтобы решать проблему набегов еще на территории соседней страны. Тем более, что мои спецслужбы докладывали о росте напряжения среди моих туркестанских подданных и о наличии там британских эмиссаров. Да и оружия им приходит все больше из-за кордона. Что-то мы перехватываем, а что-то и нет. Так что я распорядился перебросить в регион дополнительные войска, которых, кстати сказать, у меня не так и много, а задач у них много от слова очень – от защиты западных рубежей до накапливания сил на Дальнем Востоке, от Ромеи и до Маньчжурии, и от Румынии до Монголии. И от Севера до Туркестана.
Вторая причина нашего интереса в этом деле, конечно же, – Британия. Афгано-британские войны были и в моей истории, так почему бы не помочь братскому афганскому народу сбросить иго колониализма? Особенно в такой вот ситуации взаимной «дружбы и уважения?»
Мы и помогали. Их офицеры и сержанты проходили стажировку и прочее обучение на территории военных лагерей на юге Туркестана. Мы поставляли им оружие и амуницию. По горным дорогам шли караваны с боеприпасами, пылили колесами горные пушки, ехали броневики, пару полков «афганской авиации» были укомплектованы добровольцами, которые (по странному стечению обстоятельств!) вдруг перед тем уволились в запас из Армии Единства. Конечно же, Афганистан был полон нашими военными и прочими экономическими советниками. И, я, кажется, забыл про деньги? Ах, да, деньги…
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
И «запасники». Не только в авиации, уж поверьте.
Имея всё это, Аманулла-хан был полон решимости не только добиться реальной независимости от Британии, но готов был раскрыть роток и на большее. Бог помощь, как говорится.
Я приглашающим жестом указал на два роскошных кресла, стоявшим в торцах довольно-таки длинного чайного столика. Что поделать, пандемия, каждый бережется как может.
Нам подали ароматный чай, шербет, фрукты, виноград, всякого рода восточные сладости и прочие вкусности. Двери за дворцовой обслугой в ливреях плавно закрылись. Официальный протокол остался позади, осталась за дверью и пресса. Мы были одни и могли не кривляться на потеху досужей публике.
Мы сняли маски.
Прошел первый обмен любезностями. Гость похвалил чай, я высоко оценил подарки, которые он привез. И все такое прочее, все те словесные кружева вежливости, которые принято говорить на Востоке, когда собираются два уважаемых человека. Но, слово за слово, вот мы и подошли к сути, тем более что времени болтать два часа об абстракциях у меня не было.
– Как долетели, уважаемый Аманулла?
Гость оживился:
– О, это было великолепное путешествие, уважаемый Михаил. И я благодарю вас за любезное предложение воспользоваться в качестве средства транспорта дирижаблем Единства и вашими аэропланами. Я получил возможность не только сэкономить много времени на дорогу, но и обозревать с воздуха вашу великую державу на протяжении более двух тысяч миль. У вас красивая страна, уважаемый Михаил.
Склоняю голову в легком кивке.
– Благодарю вас, уважаемый Аманулла. Надеюсь, что вам, при случае, представится возможность окинуть взглядом мою державу на всей ее протяженности. Это великолепное зрелище, уверяю вас.
– Ни на миг в этом не сомневаюсь, уважаемый Михаил!
Мы сделали по глотку чая и закинули в рот по кусочку вкусностей, окончательно отделяя таким образом пустой треп от деловых переговоров.
– От имени моей страны и моего народа, уважаемый Михаил, я сердечно благодарю вас и вашу Империю за ту неоценимую помощь, которую вы оказываете Афганистану в нашей борьбе. Отдельно я хочу от всей души поблагодарить вас за признание независимости нашего Королевства.
Ну, как тут вас не признать, когда вы готовы «гадить англичанке», а старый лев настолько одряхлел, что для него и Афганистан нешуточная проблема, угрожающая Индии?
– Мы всегда рады поддержать стремление к свободе порабощенных народов, уважаемый Аманулла. Я слышал, что ваша армия достигла определенных успехов при подготовке к освободительной войне. Верно ли мне докладывают?
– Это так, уважаемый Михаил, и ваши военные специалисты оказали нам в этом огромную помощь, а учеба в русских военных лагерях благотворно сказалась на уровне подготовки офицеров Афганской Королевской армии.
Делаю глоток ароматного чая.
Действительно, по докладам и из учебных центров в Туркестане, и непосредственно из расположения частей в Афганистане, местная горе-армия хоть как-то приобрела вид, сходный с боевыми подразделениями. Это касалось всего, включая организацию и координацию, умения офицеров принимать грамотные решения и отдавать адекватные ситуации приказы, повышения дисциплины и уровня стрелковой подготовки. Это все были важные моменты, поскольку боеготовность «королевской армии» была ниже всякого плинтуса и в этом плане весьма напоминали уровень подготовки османской армии при прошлогоднем наступлении Кемаля на Анкару. Если бы не наши беспрерывные бомбежки с воздуха и прочая военная помощь, армия султана Мехмеда V была бы наголову разгромлена.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
Но, Бог с ними, с турками, мне ими сегодня еще предстоит заниматься. Сейчас идут последние согласования кровавого замеса на другом участке Большой Игры. Уверен, что в Лондоне и Калькутте сейчас заняты примерно тем же самым. Да и в Каире сейчас совсем не скучно. Вот, совсем!
