чеченских банд в Москве, вероятно, в этом пригодились. Об этом времени Хлебников писал: «Почти вся страна контролируется боевиками и преступными группировками, лидеры которых бывшие чеченские командиры… Каждый управлял своим собственным мелким феодальным королевством, в значительной степени построенным вокруг старого, – лояльность клану – финансировавшегося контрабандой нефти, незаконным оборотом наркотиков и оружия и другими преступными операциями».
Происходили похищения людей. В течение двух лет более 1300 человек были вынуждены покинуть Россию, многие русские генералы и журналисты уехали на Запад. В декабре 1996 года двадцать два русских милиционера были захвачены на чеченской границе. Березовский прибыл на место и был в состоянии добиться их освобождения. Это был первый случай, когда магнат сумел это сделать, но там были и другие. Генерал Лебедь увидел в этом особый политический маневр. В январе 1997 года он отправился в Чечню также договориться об освобождении двух русских журналистов, но не смог добиться этого. Несколько дней спустя Березовскому удалось убедить чеченского полевого командира освободить их бесплатно. В отличие от этого правительственные чиновники утверждают, что из Москвы прибыли чемоданы, полные денег, и Березовский передал похитителям выкуп. Магнат, с другой стороны, не скрывал, что он помогал финансировать различных чеченских лидеров в обмен на их благосклонность. На протяжении более двух с половиной лет Березовский состоял в очень близких отношениях с полевыми командирами и криминальными группировками, которые занимались похищениями. Президент Чечни Масхадов даже однажды сказал газетам России и Великобритании, что Березовский «дал свое поручительство чеченским преступным группировкам и неоднократно принимал участие в организации выплаты выкупа».
Другие собеседники Березовского были не столь скромны, как Масхадов, который считал, что эти похищения дискредитируют чеченский народ так же, как и лидеры террористов, такие как Шамиль Басаев и исламский фундаменталист Мовлади Удугов.
Продажи других крупных предприятий продолжаются тем же способом. Нефтяная компания ЮКОС была приобретена компанией «Менатеп», банк Ходорковского заплатил $ 350 млн, в то время как позже ее продали за 6,2 миллиарда. Альфред Кох, человек, который отвечал за контроль продаж, дал такое объяснение: «Мы не могли получить лучшую цену, потому что банкиры, которые взяли под свой контроль эти компании, гарантируют, что эти компании полностью берут обязательства по их долгам банкам. Если бы мы продали бизнес кому-то другому, они бы стали банкротами на следующий день».
И Хлебников добавил: «На данный момент Кох был прав. В процессе перекачивания средств из крупнейших компаний в России финансисты, выигравшие первый этап аукционов, устроили так, что ни одна из этих компаний не была жизнеспособной и находилась в полном одиночестве…» «Мы являемся группой компаний-банкротов, – весело признался мне Михаил Ходорковский. – Вся страна была кучей обанкротившихся компаний».
12 мая 1997 года оставшаяся часть «Сибнефти» была продана с аукциона. «Альфа-банк» был отвергнут, поскольку он не представил все необходимые документы, в то время как «Онексим-банк», в нарушение банковских правил по депозитам, заявил свои права на компанию. Отныне компания «Сибнефть» полностью оказалась в руках Березовского и Абрамовича.
В марте «Известия» опубликовали подробные отчеты о переговорах, которые позволили купить Березовскому банк «Промстрой», учреждение, связанное с известным мошенником, Григорием Лернером, который был заключен в тюрьму в Израиле. Березовский сразу же дал опровержение утверждениям газеты.
25 июля 1997 был вновь проведен аукцион по «Связьинвесту», русской монополии в области телекоммуникаций. Березовский и Гусинский на этот раз отстали от группы Владимира Потанина, которого поддержал американский миллиардер Джордж Сорос.
Пол Хлебников написал об этом: «Сливки промышленности были переданы финансистам, свободным от угрызений совести, которые лишили их активов, не выплачивали налоги и переводили свои богатства в налоговые оазисы».
Начавший выздоравливать Ельцин, казалось, решил «положить конец клановому капитализму, который компрометировал его режим».
Березовский, который обвинил правительство в том, что Потанин работал в пользу продажи «Связьинвеста», был уволен со своего поста в Совете Безопасности. Банкир и олигарх Владимир Потанин также был смещен со своего поста заместителя премьер-министра и заменен на Анатолия Чубайса. Молодой еврейский реформатор Борис Немцов был назначен заместителем премьер-министра.
В январе 1998 года французский глянцевый еженедельник заявил, что Борис Немцов стал «Человеком года» и «популярен у русского народа».
Журналист Томас Хофнунг покрыл его лаврами, показывая, что тот лучше всех отражает общие интересы. «Популярность рок-звезды, кличка Ivlarlboro приклеивается к нему, Немцов привлекает прежде всего своей иронией и интеллектом. Во время теледебатов он высмеивает ультранационалиста Жириновского, который бросает свой стакан в него… В возрасте 31 года он стал самым молодым губернатором в стране после провала путча 1991 года. В течение пяти лет безумных реформ Немцов сделал Нижегородскую область витриной новой России.
По мнению Томаса Хофнунга, «Россия, наконец, нашла своего провидца, который выведет ее из застоя и нищеты».
Немцов был также ответственен за социальные реформы. Он, например, объявил о постепенном отказе от жилищных субсидий, выкидывая на улицу наиболее уязвимую часть населения, и так уже ввергнутую в нищету и разруху реформами «олигархов».
На телевидении до сих пор хранят ролик теледебатов, когда он получил стакан воды в лицо от ультранационалиста Жириновского, – это продолжает восхищать миллионы униженных россиян.
Как и в любом демократическом обществе, государство берет ответственность перед задолженностью банков, которые и так обильно субсидируются государственными средствами уже несколько лет. Долги Русского государства приняты в основном в виде ваучеров, названных Министерством финансов ГКО (государственные краткосрочные облигации). В период между 1995 и 1998 годами ежегодный доход от них составлял от 60 до 200 % (даже после учета инфляции), это давало банкам огромные прибыли.
Эмиссия ГКО не прекратилась и после переизбрания Ельцина и достигла суммы 70 миллиардов двумя годами позже. К этому моменту Сергей Кириенко стал главой правительства в марте 1998 года. Все финансовые доходы от ГКО используются для покрытия предыдущих долгов плюс проценты. Правительство было вынуждено продавать облигации, гарантируя выплату высоких процентов только для того, чтобы обслуживать свой долг. Международное ростовщическое лобби победило.
Ничто не сравнится с хорошей войной
Пол Хлебников вернется в Москву зимой 1998–1999 года и продолжит свое исследование Березовского. Бывший министр внешней торговли Олег Давыдов предупредил его, что недавно произошли убийства и что «сейчас не время, чтобы вернуться к рытью на Березовского». «С подобным типом ты должен быть очень осторожным, – сказал он. – У него хорошие связи с преступным миром».
На самом деле Россия становится более безопасной. С сентября 1998 года правительство Евгения Примакова предприняло первые реальные меры против организованной преступности после падения коммунизма, и были начаты расследования в отношении многих личностей, среди которых был Березовский.
2 февраля 1999 года,
