«Командир, эти раненые разумные были доставлены на базу командой вашего корабля, много циклов тому назад, когда они последний раз ходили на планету через портальные врата. Ваш первый помощник навигатор Алан Раус должен был вам сообщить об этом. После помещения раненых в стазис, Алан проследовал для доклада в медицинский модуль, где вы в тот момент проходили плановое обследование. Мне неизвестны причины, почему навигатор не доложил вам о доставленных на базу разумных».
— Благодарю тебя, Сабур, мне вспомнился этот момент. Я тогда только успел покинуть диагностическую капсулу и получил команду от медика переместиться в медицинскую, как появился Алан. Он действительно тогда хотел мне что-то важное доложить, но прозвучал сигнал тревоги, и мне пришлось отдать ему приказ принять временное командование базой на себя и разобраться во всём… Когда я покинул медицинскую капсулу, медик мне доложил, что корабль с моей командой был уничтожен Драктами.
«Совершенно верно, командир. Все эти события произошли в один временной период того цикла».
— Извиняйте меня, что перебиваю вашу интересную беседу, уважаемые Сабур и Басур. Вы не могли бы мне кое-что прояснить, почему вы в своих рассказах постоянно говорите «цикл», а не Лето или год, как нынче стали молвить в наших городах и селениях?
— Всё дело в том, уважаемый Демид, что на нашей базе наблюдения временное исчисление ведётся как принято в моём родном мире, — первым ответил Басур. — Несмотря на то, что суточные периоды у вас и на моей планете одинаковые, наш «цикл» немного больше вашего Лета или года. Он у нас длится четыреста полных суток.
— Благодарю, я понял вас, уважаемый Басур. Скажите, а мы можем увидеть великанов?
— Сможете. Не вижу причин для отказа. Сабур проводи нас к стазис-хранилищу.
«Прошу всех следовать за мной», — сказал главный искин и пошёл на выход из трапезной.
Мы с дедом тихо стояли в проходе перед открытой металлической дверью и смотрели на два громадных обнажённых человеческих тела, освещённых непонятно откуда идущим мягким почти солнечным светом. На телах великанов виднелись разного размера мелкие кровавые раны. Вполне возможно, все раны были нанесены великанам двуручными мечами или полуторными, но на больших богатырских телах они смотрелись словно бы ножевые ранения. Мужчина и женщина лежали на странных длинных столах ослепительно белого цвета, и мне показалось, что они просто спят, так как на их лицах застыло какое-то необычное умиротворение. Честно сказать, то больше всего меня поразили пышные длинные бело-золотистые волосы. Они были непохожи на снежный цвет волос Сабура и Басура, а казались какими-то родными и привычными. У мужчины волосы и борода доходили до центра груди, а у женщины толстая коса лежала вдоль тела до самых колен. Если бы не их громадный рост, то их вполне можно было принять за обычных жителей из нашего таёжного поселения.
Внутрь стазис-хранилища Сабур никого из нас не пропустил, сказав, что в данный момент времени проход перекрыт мощным силовым полем. После чего, стал объяснять, каким образом и на каких принципах оно действует. Из пояснений Сабура, мы с дедом так и не смогли понять, как поле может располагаться стеной, если оно, в нашем понимании, всегда на поверхности земли находилось. В общем можно сказать, нам и того что мы уже увидели было более чем достаточно.
Посмотрев ещё несколько минут на застывших во времени великанов, мы все вернулись в комнату, где не раз уже трапезничали. Весь дальнейший разговор шёл между дедом и Басуром, я к нему даже не стал прислушиваться, ежели что, дед мне потом и так сам всё расскажет. Поэтому я отошёл в угол трапезной и просто присел на мягкое удобное ложе. Прикрыв глаза, я вспоминал увиденных в хранилище мужчину и женщину. Сознание рисовало мне в ярких красках живописные картины какой-то далёкой битвы, где богатыри-великаны яростно сражались с полчищами врагов…
От красочных видений, разыгравшегося в моём сознании сражения, меня отвлёк голос деда:
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
— Демидушка, проснись, пора собираться.
— Куда собираться? — открывая глаза спросил я.
— Как куда? — удивился дед. — Домой пойдём, внучек, в поселение нашенское. Там нам надо много чего сделать, а когда всё закончим, сюда возвернёмся.
Не споря с дедом, я быстренько собрал свои вещи со стола в трапезной в заплечный мешок. После чего, мы сердечно попрощались с Басуром и Сабуром, и без сопровождения направились в портальную, благо путь до неё нам был уже известен.
Всю дорогу, пока мы шли по тропинке через болото, дед молчал. Он сразу после выхода из портала пошёл вперёд и постоянно высматривал только ему известные метки. Ведь не зря же он, весь путь через болото до портала хорошенько запоминал. Лишь когда болото осталось позади и мы углубились в лес, на ближайшей полянке дед решил устроить небольшой привал.
Напившись воды из ближайшего родника дед посмотрел на меня, хмыкнул, а потом сказал:
— Спрашивай, внучек, вижу же что у тебя вопросы на языке так и вертятся…
Я не стал отнекиваться, поэтому сразу же спросил:
— Деда, скажи, а почему ты так спокоен был когда нам великанов показали? Тебе раньше уже приходилось видеть их?
— То не великаны, Демидушка, то просто очень высокие люди. Мужчина, которого ты видел, ростом всего две сажени, а женщина его, на пядь, если не больше, пониже него росточком будет. Я когда совсем мальцом был, то мой прадед мне на ночь рассказывал, как однажды ему довелось повстречать малую дружину настоящих великанов, вот те вои ростом были от трёх с половиной до четырёх саженей.
— А куда же нынче все великаны подевались?
— Кто-то погиб сражаясь с пришлыми ворогами, а кто-то ушёл через сияющие врата, навроде тех, через которые мы на базу наблюдения в гости ходили. До последнего потопа великанов ещё можно было встретить среди людей. Те великаны, что поменьше росточком были, даже семьи с простыми людьми создавали, а после потопа они совсем почти исчезли.
— Деда, вот ты сейчас сказал «почти исчезли», значит где-то на белом свете они смогли всё же выжить, и если не сами, то хотя бы дети или внуки их.
— Может где и выжили потомки их после потопа, да только сам посуди, где они девок себе брать должны для продолжения родов своих? Измельчал ныне народ, а наши девки тем более.
— В каком смысле измельчал?
— В прямом смысле измельчал, внучек, в самом прямом. Вспомни, я ведь тебе уже сказывал ранее, что из-за последних двух потопов народ мельчать помаленьку стал, так как чистой пищи и не загаженной воды на земле почти не осталось, разве что в ключах и родниках вода свою живую силу имела, а вот опосля последнего потопа у наших женщин стали совсем малые чада рождаться. Хорошо ежели у кого в Родах в локоть росточком уродится чадо, а в основном-то, нынче детки получаются поменьше локтя ростом. Енто ты, Демидушка, богатырём у нас народился. На цельных два вершка больше локтя росточком вышел, а более ни у кого в семьях нашего поселения такого крупного ребёнка не рождалось. Вот поентому я и говорю, что мельчает народ.
— Деда, так может в других поселениях или городах крупные дети рождаются? Нам же про то неведомо.
— Может и рождаются где-то, вот только про таких больших детей нынче мало что известно, даже слухов от заезжих на Торговое подворье купцов и тех немного. Вот я намедни, перед самым нашим с тобой походом в гости, слышал как ты своим сестрицам-непоседам перед сном сказку интересную читал. Название помнишь её?
— Конечно помню. «Сказка о царе Салтане» она называется. Я её уже несколько раз им читал, но сестрицы вновь и вновь хотят перед сном услышать енту сказку.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
— Вот в ентой самой сказке, почти в самом начале, есть такие слова: «Наступает срок родин.
Сына бог им дал в аршин». Представляешь, Демидушка, тот мальчонка из сказки уже родился росточком, какого ты смог достичь только к шести месяцам своей жизни. И кроме того, подумай хорошенько, какого же роста была сама мамаша того мальца, если она смогла такого богатыря родить? Да и нигде в сказке той не говорилось, что мол царь Салтан взял и на великанше женился, значит и батюшка мальца-богатыря тоже немаленького роста был. Смекаешь?
