Хотя в отношениях с Министерством юстиции США был достигнут компромисс, который, казалось, позволял всем сохранить лицо, этот эпизод определенно оставил неприятный осадок у Гейтса. Конечно, стремясь исполнить свою мечту и стать королем компьютерного мира, он порой был безжалостен в отношении конкурентов и редко уклонялся от войны за позиции на рынке. Но грань между законной борьбой за место под солнцем и недобросовестной конкуренцией очень тонка.
Разочарование Гейтса тем, как развивались события, было очень заметным. Он говорил об охоте на ведьм и обвинял конкурентов в найме лоббистов, которые должны были спровоцировать его преследование. Министерство юстиции США, в свою очередь, обвиняло Microsoft в том, что компания использовала стратегию защиты, «оскорбляющую власть суда». О затруднениях, с которыми столкнулся сам Гейтс, он скажет в 1998 году: «Когда твое собственное правительство подает на тебя в суд, это не самый приятный опыт. Я не сидел там с настроением „ха-ха, я сделаю все, что пожелаю“. Я думал, что это худшее, что когда-либо случалось со мной».
И хотя иск правительства США был самым мрачным моментом для Microsoft в том, что касается обвинений в монополизме, он не стал последним подобным разбирательством. Помимо Европейского Союза, расследования в отношении компании также велись и ведутся во многих уголках мира, включая Японию и Южную Корею. В 2014 году появились сообщения, что политикой Microsoft заинтересовались и в Китае. Поэтому по-прежнему остается открытым вопрос, какого размера должен быть слишком большой бизнес? Это загадка, над которой продолжают биться Гейтс и его юридические советники.
Один в поле не воин
Удивительно, как Мелинда сделала так, что я почувствовал себя женатым. Это так необычно. Это противоречило всем моим прежним рациональным представлениям об этой сфере жизни.
Билл Гейтс, Playboy, 1994
Популярные голливудские сюжеты часто развиваются вокруг того, как в старших классах крепким парням достаются девушки, а вундеркиндам – хорошие оценки… пока какая-нибудь гламурная красотка из группы поддержки не осознает, что на самом деле ей нужен этот самый ботаник, а не туповатый полузащитник, с которым она встречается. Хотя это клише не вполне подходит для описания романтической истории Билла Гейтса (и заметно принижает собственные, весьма значительные, достижения его жены, которая скорее походит на Мишель при Бараке Обаме, чем на Ванессу Хадженс при Заке Эфроне), в ней можно найти нечто похожее.
Как уже было сказано, Гейтс никогда не казался Адонисом, его внешность едва ли могла заставить девушек трепетать так, как при взгляде на Брэда Питта или Джорджа Клуни. Кроме того, почти все время в годы своей юности он не отрывался от компьютеров, а это не самый лучший способ завязать личные отношения в эпоху, предшествовавшую эре социальных сетей. Это, однако, не означает, что Гейтс никогда не имел успеха у женщин. В конце концов, не все ищут Адониса, и своеобразное ребячество тоже имеет свою прелесть. Он был вполне спортивным, ироничным, умным молодым человеком с широким кругозором, никогда не терявшем уверенность в себе. С того момента, как он добился известности в технологической индустрии, журналисты успели запечатлеть его с несколькими спутницами. Самой известной из них, пожалуй, является Энн Винблад, ведущий венчурный капиталист Кремниевой долины, с которой он познакомился в 1984 году и затем встречался с некоторыми перерывами на протяжении примерно трех лет. Тем не менее Гейтс не мог избавиться от ощущения, что отношения отвлекают его от действительно важного дела – разработки программного обеспечения. Не рассчитывая довести отношения до брака, пара мирно рассталась. В 1993 году Гейтс отметил: «Разумеется, уйму времени я провел как одинокий человек». Дело не в том, что он исключал для себя возможность обзавестись семьей, однако для этого должен был наступить подходящий момент в его масштабных жизненных планах. Не будем забывать, что в тот период времени, когда он встречался с Винблад, Гейтс еще даже не заработал свой первый миллиард. Так что должен был появиться кто-то особенный, чтобы Гейтс решил, что готов к долгой совместной жизни. И он встретил такого человека в 1987 году. Ею оказалась Мелинда Френч. Вопреки собственным ожиданиям, он счастливо женился прежде, чем ему исполнилось сорок. И хотя Гейтс остался столь же увлеченным своей профессиональной деятельностью, это стало поворотным моментом в его жизни. Появление детей (Дженнифер Катарин в 1996 году, Рори Джон в 1999-м и Фиби Адель в 2002-м) – лучшее тому подтверждение. «Если вы решили жениться и завести детей, чтобы брак был удачным, придется отказаться от фанатизма [в работе]», – скажет Гейтс в интервью журналу Wired в 2010 году. Все указывает на то, что в роли семьянина он столь же хорош, как и в роли генерального директора. На момент написания этих строк он и Мелинда разменяли третий десяток в браке, и Гейтс принял на себя роль отца с легкостью, удивившей многих наблюдателей. Секрет, вероятно, заключается в том, что он с самого начала получал удовольствие от этого своего нового статуса.
В 1998 году на программе «20/20» Гейтс сказал: «Главное в моей жизни – это семья. Я всегда знал, что однажды я женюсь и у меня будут дети. Знаете, семейная жизнь – это прибежище для души, именно в ней царят настоящие общность и сотрудничество». Он даже проводит параллели между ролью родителей и благотворительностью, которой занимается вместе с женой. Журнал New Yorker приводит такие его слова:
«Мы проанализировали двадцать главных смертельных болезней. В своей деятельности мы исходим из стоимости спасения в расчете на одного человека и реальной отдачи с точки зрения улучшения ситуации. Это увлекательно, но это колоссальная ответственность… То же справедливо и в отношении воспитания детей. Многие, самые важные вещи в жизни похожи. Что еще может заставить вас вставать по утрам?»
Есть нечто общее между этими двумя сторонами его жизни и в том, что касается денег. Он твердо убежден, что его дети должны иметь настолько «нормальное» воспитание, насколько возможно – непростая задача, когда вы богаты, известны и влиятельны настолько, как Билл Гейтс. С этой целью он стремится сделать так, чтобы его состояние не оказало влияния на личные качества его детей. Его намерение передать большую часть своих средств на проекты фонда, созданного им и Мелиндой, означает, что он сможет куда меньше оставить своим наследникам. В 2011 году газета Daily Mail привела такое высказывание Гейтса: «Это будет незначительная часть моего состояния, которая послужит стимулом к тому, чтобы они сами искали свой путь в жизни. Зато они получат фантастическое образование – полностью за мой счет».
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
