Читаем без скачивания На развилке дорог. - Александр Сапегин

*****

   Пятый день они пробираются через сопки, с каждым днем становящиеся все выше и выше, горы на горизонте становятся четче, белые снежные шапки сверкают сильнее и сильнее. В первый раз, проскакавший всю ночь и большую часть дня, маленький караван устроил ночевку в небольшой деревушке. Жадные до новостей местные жители предоставили путешественникам в полное распоряжение здоровенный сеновал, взамен потребовали рассказать, что происходит в королевстве. Рассказы были безрадостные. Мужики неверяще качали головами, бабы охали. Андрей расспросил местных охотников о тропах.

   - Надысь вы еще пройдете день, а к завтревым сумеркам лошадок придется бросить или продать в Тронте, не пойдуть дале коняжки. До Тронта, ить, в аккурат один дневной переход по буеракам да распадкам. - пригладив волосы, сказал Андрею невысокий кряжистый мужичок с окладистой бородой до самых плутоватых глазок. - Итить надо держась вершины Носатого камня, тады не заплутаете.

   Утречком, распрощавшись с деревенскими и купив в дорогу свежеиспеченного хлеба и парного молока, отряд двинулся по указанным ориентирам.

   - Ты не плутанешь? - спросила его Ильныргу когда последний деревенский плетень остался далеко за спиной.

   - Нет, - ответил Андрей. - Я магнитную линию вижу.

   - Чего? - вклинился Олаф и получил от "волчицы" подзатыльник. Викинг незлобно ругнулся и отъехал подальше от беседующей парочки.

   - Скажем так, я вижу птичью тропу в небе, а они идут строго с юга на север. По ним и я летаю. - понизив голос, добавил он. - Так понятно?

   - Понятно. Скажи мне, у тебя со Слайсой что-нибудь было? - качнулась к нему Ильныргу.

   - Небыло и быть не может.

   - Может быть это и к лучшему.

   - К чему вопрос и разговор?

   - К тому, что твой рыжий друг смотрит на Слайсу как кот на сладкую сметану, только не облизывается. Скоро дыру в спине ей проглядит.

   - Олаф парень хороший. Смелый когда надо, есть царь в голове и воин отличный. На рожон не прет и за спинами не прячется, он Слайсу хотел скрасть, но рассудил, что воительнице сие будет не по нраву. - двиганул Андрей рекламу.

   - Правильно рассудил. Распотрошила бы его Слайса как цыпленка, вот только насчет смелости ты загнул. Раз нравится и любит, то подошел бы и прямо сказал.

   - Разве у норманнов так делают? - удивился Андрей.

   - Не знаю как у норманнов, но у нас так и делается. Ты что, не видишь, что девка разрывается между вами двумя. И к тебе неровно дышит и викинг ей по душе пришелся. Думаешь она не заметила его взгляды. Она может и воительница, да Хыраду ее без копья между ног создал. - Андрей хмыкнул. - Натура Тайли-матери все равно проявляет себя... - Ильныргу хлопнула своего хасса по крупу и отъехала в конец отряда. Андрей махнул рукой северянину и коротко описал ему диспозицию на театре любовных действий. Викинг покраснел до кончиков ушел и бросил быстрый взгляд на скачущую в переднем дозоре девушку.

   В Тройде они продали лошадей и заночевали на новом сеновале. Вечером Олаф набрался храбрости и подошел к орчанке. Ильныргу отвернулась и спрятала улыбку, Андрей сделал вид будто так оно и надо, Листа отошла к костру и кашлянула в кулачок, Тыйгу к тому времени уже спала без задних ног.

   - Керр, спасибо. - выхватил его утром Олаф и поясно поклонился. Ночью он и Слайса тихо исчезли с сеновала.

   - Рожу попроще сделай. - буркнул Андрей. - Сияешь как начищенный медный чайник в солнечный день, аж смотреть больно. - рыжий растянул улыбку до самых ушей, выставив на просушку все тридцать два зуба. Судя по раздавшемуся со стороны воительниц смеху, там подкалывали Слайсу.

   Из деревни викинг и "волчица" выехали бок обок, на шее орчанки поблескивала витая гривна северянина.

   - Тили-тили тесто, жених и невеста! - крикнула подученная Андреем Тыйгу. Молодая парочка залилась краской до кончиков ушей.

   На третью ночь они остановились в лесу. Викинг и орчанка постелили себе одну попону. Андрей решил блеснуть кулинарным искусством и приготовил плов. Рис и морковь здесь были известны, но их производные с добавлением мяса и специй все пробовали впервые. Тыйгу, взобравшись к крестному отцу на колени, потребовала сказку, потом еще одну. Сказания закончились на "Золотой антилопе", к концу сказки девочка мирно посапывала на руках командира маленького отряда.

   - Как мы поедем дальше? Груженые хассы здесь могут не пройти. - почесывая щеку, сказал Олаф, осматривая с вершины сопки окрестности и прикидывая дальнейший путь.

   - Без проблем. Разгрузим животинок. - Андрей начал раздеваться. Листа молча складывала его одежду в походную сумку.

   - Командир, ты чего? - удивился викинг и стукнул нижней челюстью о гранитный валун, глаза северянина сделали попытку оторваться от предназначенной им природой орбиты на третьей космической скорости.

   - Слайса, ты ему ничего не сказала? - повернул дракон голову к подруге норманна.

   - А надо было?

   - Если судить по реакции твоего суженного, то да - надо! Муравьев из зубов выколупывать и пыль с подбородка вытирать будешь ему сама. Перегружайте поклажу на меня. Иль, вставь нашему берсерку челюсть на место, он же сейчас все камни на язык себе сгребет. А вы, молодая леди, - Андрей повернулся к Тыйгу, - Полезайте ко мне на шею. - Вот уж кого не надо было упрашивать.

   Общими усилиями Олафа привели в порядок, впрочем до самого вечера северянин разговаривал междометиями и во все глаза косился на драконью тушу. Проняло парнишку капитально.

   На ужин был шашлык из дикой козы, подстреленной Листой, вымоченной в винном уксусе и обсыпанной белым перцем, что не пошло на шашлык было съедено командиром отряда за два несильных укуса. Вместо шампуров использовались сырые прутики, выточенные из тонких веток нетлен-дерева. Не смотря на все опасения, челюсть викинга работала как хорошо отлаженный механизм пережевывающий аппетитные кусочки мяса. Внушало опасение душевное здоровье молодого человека - как-то глаза у него нехорошо поблескивали. Тыйгу, по традиции, потребовала сказку, остальные подсели ближе и окунулись в мир Нарнии. Девочка давно спала, но сказка не заканчивалась. По глазам слушателей сказитель понял, что лучше рассказать - иначе его подвергнут жестоким пыткам чтобы узнать окончание.

   К вечеру пятого дня они достигли предместья небольшого села Белогорск, построенного на старой караванной дороге. Хассы, на которых перегрузили поклажу не задерживаясь прошли мимо села и остановились через две лиги на берегу горного ручья.

   - Завтра будем во-он там.- Взяв девочку на руки, Андрей показал пальцем на купола храма, видневшиеся лиг за двадцать от сегодняшней стоянки.

   * Уха - в старину ухой называли любой суп из птицы или рыбы. Гораздо позже название "уха" закрепилось только за рыбным супом.

   * Стравы - погребальные трапезы. Погребальное пиршество было необходимым моментом в погребальном культе. Большинство исландских саг содержит сообщения о поминальных или погребальных пирах, на которые собиралась вся округа - порой несколько сот человек. Остатки погребальных трапез - "страв" в виде костей животных и птиц, яичной скорлупы и т. п. повсеместно находят в курганах эпохи викингов, считалось, что умершие присутствуют на пире наряду с живыми - мертвецы, как следует из саг, обладали недюжинным аппетитом. Мертвым воинам ставили чаши с пивом, считая, что они пьют наравне с живыми.

   *Снабжение умерших вещами - явление самое обычное для языческой обрядности: по "завету Одина", "все умершие должны сжигаться и ... с ними вместе на костер следует нести их имущество"

   *Сам набор жертвенных животных обычен: он хорошо известен скандинавским источникам. Все жертвенные животные, прежде всего конь и петух, были в равной степени связаны как со смертью, загробным миром, так и с культом плодородия. Конь наряду с ладьей относится к числу наиболее распространенных "транспортных средств", доставляющих умершего на тот свет. Петух в скандинавской мифологии является провозвестником конца мира: в жилище асов "петушок - золотой гребешок" будит героев Одина на последний бой, а черно-красный петух Хель должен возвестить своим криком "Рагнарок" - гибель богов. О связи петуха с загробным миром ясно повествует легенда о Хаддинге, записанная Саксоном Грамматиком: Хаддинг, ведомый через потусторонний мир колдуньей, останавливается перед стеной, которая преграждает ему путь, и тут колдунья, взяв петуха, отрубает ему голову и перебрасывает птицу через стену, после чего петух немедленно оживает.

   *Куринные яйца считались у викингов символом возрождения и воскрешения, скорлупу яиц часто находили в погребальных курганах.

   *Через трицать минут - Представление о быстром сгорании покойного как о божественной милости и немедленном вхождении умершего в рай близко вере скандинавов-язычников в то, что "чем выше поднимется дым (от погребального костра), тем выше займет на небе место тот, кого сжигают"