— Фатима! -Голова ещё слегка кружилась, но это ничего. Не к лицу Неистовой обращать внимание на такие мелочи.
Стая чёрных тугих косичек как будто бы даже обогнала свою обладательницу. Фатима бегом выскочила из-за угла.
— Как дела? От Твердислава?
— Ничего не было, — Фатима покачала головой и потупилась, словно чувствуя себя виноватой. — А так — всё в порядке. Мальчики полночи вал заново отсыпали, пока я их спать не погнала. До утра на постах всё было тихо. Выл кто-то там, где Отвечающий, но никто к нам не сунулся.
— Полночи? — Джейана подняла брови. — Погоди, какие полночи?
— Джей, ты была без чувств, — Фатима сочувст-
венно покивала. — Весь тот день и всю ночь и почти весь следующий день.
— И ты дала мне валяться? — не на шутку рассердилась Джейана. — Да ведь тут…
— Ты что, ты что! — похоже, Фатима испугалась яростного блеска в глазах Неистовой. — Надо было тебе поспать! Надо! Уж мне-то ты поверь! Душу из тебя почти всю выпили, понимаешь?
— Да ведь тут без меня такого могли наворотить! — не унималась подруга Твердислава.
— Ну уж! — возразила Фатима, и косички отрицающе мотнулись из стороны в сторону. — Я следила. И эта троица — Дим с приятелями — помогала. Всё благополучно, не терзай, не изводи себя так! Гилви… я… Ой!
Едва услыхав имя Гилви, Джейана тотчас же помрачнела. Щека разом вспыхнула, словно вспомнив полученную от соплячки пощечину.
— Ой, ой, ой, что-то я не то сказала, — испуганно зачастила Фатима. — Джей, Джей, ну да ты уж прости её, глупую. К лицу ли тебе?
— Ежели всякие недомерки будут тебя по щекам хлестать — тебе это понравится?!
— Так ведь и ты её тоже приложила!
— Ты меня с ней равняешь?! — Джейана разошлась уже не на шутку.
— Ох! — Фатима села на порожек дома. — Бешеная ты, Джей, какая-то. Да никто тебя с Гилви не равняет, хотя ты же сама говорила, что Сила у неё есть.
— Хватит об этом, — ледяным голосом отсекла Джейана. Как бы то ни было, с Гилви она разберется. Чтобы все, все, ВСЕ раз и навсегда запомнили — её, Джейану Неистовую, бить по щекам никому не дозволено. Даже с самыми лучшими намерениями. Хотя, конечно, какие там лучшие намерения. Возгордилась соплячка чрезмерно. Решила полученное от меня вернуть. Уложила кособрюха и решила — ей теперь всё можно. Ошибаешься, подруга
дорогая. Ничего тебе нельзя, пока я, Джейана, правлю кланом. И если я дрогну — Твердиславичам не устоять. Каждый начнет одеяло на себя тянуть. Сильный захочет обидеть слабого. Слабый отыграется на слабейшем, и Ведунам останется только взять озверевшую толпу — именно толпу, уже и не клан даже! — голыми руками.
— Хорошо. Как с Лиззи?
Обладательница сотни чёрных, как древесный уголь, косичек нахмурилась.
— А вот с нею плохо, Джей. Совсем-совсем плохо. — Она по-девчоночьи зажмурилась, вновь потрясла головой — косички вразлет.
— Что значит плохо? Ох, Фатима, Фатима! И когда же ты начнешь четко и понятно вести доносить? Дышит? В сознании? Жар есть? Ведун тебя возьми, Фати! Сама из Лечащих, а толково сказать, в чём дело, не можешь!
— Да, да, прости, Джей, — Фатима смиренно потупилась. — Горит она вся. Лихорадка почище чем при болотной немочи. Первый день бредила, а теперь и бредить перестала. Дышит редко, с трудом. Хрипит. Девчонки чередуются, искусственное дыхание делают. А больше ни у кого ничего не выходит. Иринка, правда, варит ещё какие-то отвары, да только я в них не сильно верю. Нам, похоже, это чародейство неподвластно.
— Короче, пора яму копать, — жестко подытожила Джейана.
— Ой, Джей, ну зачем ты так. — Фатима даже покраснела. — Можно ж ведь еще…
— …попросить Учителя, -закончила Неистовая. — Но ты ведь знаешь — это потом против нас же и обернётся, не может Учитель по закону Великого Духа нам все время безвозмездно помогать. Расплачиваться придется! И кто знает, сколькими жизнями. Вон, Твердислава до сих пор нет.
Фатима вздохнула и опустила голову.
— Придётся без него решать, если Лиззи совсем
плохо станет. Сейчас, Фати, сейчас пойдем её посмотрим.
Домик травниц напоминал разворошённый улей. Всегда аккуратный, чистенький, опрятный, сейчас он являл собой наглядную иллюстрацию к расхожему выражению “Ведун войной прошелся”. На полу в беспорядке валялись пучки трав, искрошенные коренья, раздёрнутые связки коры, вязанки сушеных водорослей. Во дворе горели оба летних очага, и на каждом булькало по котелку с какими-то варевами. Иринка, травница, маленькая, быстрая, остролицая, носилась взад-вперёд то в кладовку, то к большой колоде — рубить принесённое, то к большой же ступке — растирать разрубленное. От обоих котлов валил пахучий пар; трав было намешано столько, что даже Джейана не сумела понять, чего же именно Ирка набросала в бурлящую воду.
Внутри, возле лежащей Лиззи, суетились Джен-нифер, Сигрид и Фируз. Завидев Фатиму с Джейа-ной, разом приумолкли, раздались в стороны, давая дорогу.
С первого взгляда Джейана поняла — дело и впрямь плохо. Причём куда хуже, чем казалось тем же лекаркам и травницам. Лиззи уже почти рассталась со своим телом; её чистая душа, не оглядываясь, уже спешила прямо к порогу Великого Духа. Малышка уходила легко и радостно, не чувствуя ни боли, ни страха; и на миг Джейане стало до омерзения стыдно — вот, всё, девчушка счастлива. Таких, как она, очень любит Великий Дух, для них специально построил он на небесах особую страну, где нет ни зла, ни смерти, и куда, устав от повседневных тяжких трудов, порой удаляется передохнуть сам Всеотец-Создатель — а мы её, Лиззи, хотим выдернуть обратно к крови, нечистотам, страданиям, болезням. Лиззи, маленькая, прости нас, если сможешь. Я не могу тебя отпустить. Ты нужна клану. В тебе ведь такая Сила.
Только теперь, когда великая похитчица тайн — Смерть на краткий миг распахнула перед Джейаной все тайники детской души, подруга Твердислава, первая Ворожея клана, смогла понять, насколько же грандиозный дар Великого Духа достался крошке Лиззи. Когда она вырастет, по её слову скалы будут послушно, как стадо, переходить с места на место. Лесные чащобы расступятся, чтобы дать ей дорогу; болота пересохнут, чтобы, упаси Великий Дух, не осквернить стопы Лиззи своей застоялой, нечистой водой; словно буря, пронесётся она из конца в конец людских владений, круша и предавая огню логова Ведунов, — и тогда эта бесконечная война наконец будет убита.
Джейана даже застонала сквозь стиснутые зубы.
— Фатима, помогай!
Небывалый случай: Джей попросила помощи!
Вслед за летящей душой в погоню рванулись крылатые огненные драконы. К ним присоединились стремительные голубые птицы — посланцы Фатимы. Остановить! Вернуть! Только если душа сама захочет вернуться, смогут что-то сделать трав-ницы.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
