Бри попыталась скрыть свое удивление. Откуда ей известно про пирс?
– Это опасно, Бри, тем более для двух девушек. – Риз подняла руку, отклоняя протесты Бри. – Не надо притворяться, что вы с Кэролайн сможете защититься от группы парней. И это не сексизм, а реальность. Женщина может победить мужчину, используя мозги – сначала для того, чтобы избежать драки, и только потом, если ничего не получилось – чтобы победить в ней. Нужно быть осторожнее.
– Нам некуда пойти, – буркнула Бри, в душе понимая, что Риз права. – Вот поэтому я и хочу научиться драться.
– Самооборона – это лишь одна из причин, побуждающая учиться боевому искусству, – Риз вышла в холл и вернулась с аккуратно сложенной белой одеждой в руках. – Это твоя униформа, твое кимоно. Ты будешь надевать его только для тренировок по додзё. От тебя потребуется много времени и терпения, но я обязательно научу тебя самообороне. Ты все еще этого хочешь?
Бри потянулась за формой. Для нее она символизировала первый шаг на пути к намеченной цели.
– Да.
– Тогда начинаем. Доктор Кинг сказала мне, что твоя нога в порядке, но сегодня у нас будет только вводный курс. Можешь переодеться в ванной, она дальше по коридору.
Переодевшись в форму, Бри проследовала за Риз к гаражу. Увидев, как Риз кланяется на пороге, она повторила это движение, и, сняв обувь, неуверенно ступила на маты, которыми был устлан практически весь пол, в ожидании дальнейших инструкций. Риз прошла на середину пространства и села на колени, положив руки на бедра.
– Сядь на колени лицом ко мне, – Риз указала на место перед собой. – Это обычай – кланяться учителю (или сенсею) в начале и в конце каждого занятия. Поклоном ученики выражают свое уважение и благодарность за возможность обучаться. Я тоже буду кланяться тебе, выражая уважение к твоему желанию учиться.
После начальной церемонии Риз поднялась.
– Начнем с основ. Прежде чем наносить удары нужно научиться ставить блокировку от ударов, прежде чем атаковать, нужно уметь уходить от линии атаки и прежде чем делать броски, нужно научиться правильно падать. Это основы всего, чему тебе предстоит учиться в дальнейшем.
Бри понимающе кивнула, ей не терпелось поскорее начать и доказать свое серьезное желание учиться. Последующий час Риз показывала кувырки вперед и назад, правильные боевые стойки и приемы блокировки.
Бри была юной, гибкой и сильной. У нее все хорошо получалось. Она внимательно слушала Риз, и старалась точно повторять все ее движения. Ей казалось маловероятным, что когда-нибудь она будет делать все это с такой же грацией и силой, но она твердо решила попытаться достичь этой цели.
В конце занятия Риз показала ей несколько простых, но действенных приемов для самозащиты.
– Эти техники очень действенные и могут быть разрушительными. Их можно использовать только здесь, в додзё, или на улице, но только если у тебя нет другого выбора. – Предупредила Риз.
После сессии они навели порядок в зале и поклонились друг другу. Когда Бри задержалась в дверях, Риз вопросительно посмотрела на нее.
– Можно, я приду завтра?
– Если придешь, будем заниматься.
Бри улыбнулась и поклонилась.
– Спасибо.
Риз поклонилась в ответ, и, глядя Бри вслед, вспомнила, в каком восторге она пребывала, когда более двадцати лет назад начала обучаться и как это наполнило ее жизнь смыслом. Она надеялась, что и Бри сможет обрести внутреннюю гармонию.
Глава десятая
Спустя час после занятий Риз вошла в участок.
– Доброе утро, шеф, – поздоровалась она с Нельсоном.
– Ты что здесь делаешь? – Резко спросил он.
– Сэр? – Риз удивленно посмотрела на него.
– Разве ты не закончила ночную смену всего пару часов назад?
– Да, сэр, но по расписанию сегодня у меня рабочий день.
– Конлон, – вздохнул шериф. – Ты же больше не в армии. Да, я говорил, что ты должна быть доступна двадцать четыре часа в сутки, но я не имел ввиду работать круглыми сутками.
– Я знаю, шеф, но я подменила Смита без согласования с вами, и планировала выйти в свою смену, как обычно. Я в порядке, правда. Поспала немного вчера между сменами. – Она направилась к кофейнику. – Короткий сон в любое время для меня не проблема. В морской пехоте, этот навык был необходим во время длительных операций, да и сейчас, когда я в запасе, частенько пригождается.
Он сделал недовольный вид, но было видно, что он не злится. Похоже, Риз сама не понимает, насколько она необычная личность. Любой другой офицер, каким бы профессионалом он ни был, не раздумывая воспользоваться бы предоставленной возможностью отдохнуть от работы. А она наоборот, стремится отработать лишнюю смену. Будучи одиноким человеком и новичком в городе, у нее и без того не слишком много шансов завести друзей, но если она продолжит в том же духе, то вряд ли это вообще когда-нибудь случится. Ее, кажется, вполне устраивает одинокое существование. Такая преданность одиночеству была редкостью среди мужчин, а уж среди женщин… видимо что-то я упустил, но рано или поздно, я докопаюсь до сути.
– Ладно, ладно. Но больше чтобы такого не было без моего одобрения. – Он заметил выражение неловкости на ее обычно непроницаемом лице. – Что еще?
Она подошла к нему, и, сама не замечая, встала по стойке «смирно».
– Я пообещала Смиту, что буду заменять его по ночам, пока не родится ребенок. Это всего лишь несколько дней. Я не согласовала это с вами, потому что вы сами мне сказали, что, как помощник шерифа, я имею право вносить изменения в расписание.
– Я имел в виду, что ты можешь делать это в экстренных случаях, Конлон, хотя рождение ребенка это в принципе экстренный случай. Надеюсь, их ребенок не родится на две недели позже, как это было у нас. – Он пожал плечами, наконец, соглашаясь с ней. – Если будет нужно, отдохни в течение дня.
– Да, сэр. Спасибо.
– И кстати о детях, моя дочь приходила к тебе сегодня?
– Да.
– Вовремя?
– Даже раньше.
– Это хорошо. Утром я постучал в ее дверь, но она не ответила. Я подумал, что она либо рано ушла, либо все проспала.
Риз промолчала. Она была уверена, что Бри вообще не ночевала дома, и ей было неловко скрывать это от начальника, который начинал ей нравиться.
– И как, у нее получается? – Поинтересовался Нельсон.
Он чувствовал, как с каждым днем его дочь отдаляется от него. Они больше не разговаривали так, как бывало раньше, когда она была маленькая, а у него были ответы на все ее вопросы. Теперь же он понятия не имел, чем живет его единственный ребенок и как сделать ее счастливой. Он постоянно думал о том, что, если бы ее мать была жива, она бы непременно знала, что делать с их своенравным отпрыском.
