Читаем без скачивания Луис Альберто - Бальтазар Хосе Антонио

– Ешьте, ешьте! – радостно крикнул Татав, наблюдая, как птицы, которым досталась добыча, расселись на воде недалеко от лодки и стали её поглощать.

Посмотрев на корзины, старик удивлённо присвистнул – рыбы было больше пуда.

– Если так пойдёт дальше, – сказал он радостно, – то через два дня я могу вернуть проценты этому негодяю!

В море Татав мог спокойно разговаривать сам с собой, и никто не принял бы его за сумасшедшего. Во-первых, это помогало ему бороться со скукой, а во-вторых, мысленно, хотя он даже сам себе боялся признаться в этом, он представлял, что разговаривает со своим погибшим братом Петером. Ведь брат был единственным родным человеком на всей земле. Отец утонул в море, когда Татаву было пятнадцать лет, а Петер только родился. Жены у Татава никогда не было, а детей и подавно. Поэтому брат был очень, нужен ему. Когда старик узнал, что его брат погиб и что теперь он остался совсем один, он чуть не сошёл с ума от горя. Но жизнь лечит любые раны, и постепенно Татав успокоился, смирился с этим.

За первой сетью старик забросил второй раз, и вновь сеть оказалась полная рыбы. Татав уже не пел, не молился, он только яростно работал, работал что есть сил, в поте лица.

– Ещё три броска – и нужно идти домой! – пробормотал Татав, глядя на корзины, которые ещё чуть-чуть – и будут полными.

Третью сеть рыбак забрасывал осторожно. Очень суеверный человек, он боялся даже подумать об удаче, чтобы ненароком не спугнуть её. Он только тихо улыбался, спуская поплавки на воду один за другим.

Эта сеть оказалась такой же полной, как две первые.

– Вот это да! – старик не мог поверить своим глазам.

Но четвёртая сеть оказалась почти пуста.

– Наверное, где-то, рядышком, пасётся акула, – пробормотал старик, но без всякой злости. Как он мог злиться на море, которое преподнесло ему такой подарок?

Сев на лавку, он блаженно вздохнул и закрыл глаза, решив немного отдохнуть. Он опять достал завтрак и начал его есть. От работы и бешеного азарта, который охватывал старика каждый раз, когда он занимался рыбной ловлей, у него разыгрался аппетит.

Съев всё до крошки и запив кокосовым молоком, Татав посидел ещё немного без движения, потом встал и снова принялся за работу. На этот раз он отгрёб ещё дальше от острова и опять стал закидывать сеть. А закинув, принялся снова тащить. Хоть эта работа и была однообразной, она очень нравилась ему. Ведь каждый раз, вытаскивая сеть, он ожидал увидеть что-нибудь новое.

На этот раз сеть оказалась заполненной лишь наполовину.

– Всё ж лучше, чем ничего, – сказал Татав, принимаясь сортировать рыбу. Он был из числа людей, которые никогда не отчаивались и во всём пытались найти хорошую сторону.

Забросив сеть ещё четыре раза, он полностью наполнил корзины, и даже дно лодки покрыл шевелящейся, играющей на солнце, подпрыгивающей живой рыбой.

Посмотрев на небо, он сказал радостно:

– Да-а, ещё так рано, а я уже могу возвращаться. Если всё будет хорошо, то вечером можно будет попробовать ещё разок порыбачить.

В обычные дни ему редко удавалось выйти в море два раза. Да в этом и не было нужды. Он и после одного раза возвращался только вечером, да и то был почти всегда наполовину пуст.

Ветер начал поддувать сильнее, и Татав принялся ставить парус. Вдруг он заметил на горизонте необычный предмет, вернее даже не заметил, а уловил краем глаза что-то не совсем вписывающееся в обычный морской пейзаж. Присмотревшись внимательней, старик действительно увидел какой-то странный предмет, который мягко и плавно качался на волнах в полумиле от него.

– Что это может быть? – спросил Татав себя и козырьком приложил ладонь к бровям, чтобы рассмотреть предмет получше. Но это было сделать трудно – он был слишком далеко.

– Ну вот, опять снимай парус! – воскликнул Татав в сердцах и хлопнул себя по бокам.

Сняв парус, старик сел на вёсла и стал грести в направлении предмета, время от времени останавливаясь и оглядываясь, туда ли он плывёт, ведь он сидел спиной по направлению движения лодки. Наконец, подплыв достаточно близко, он снова поднялся и принялся рассматривать предмет.

– Господи! Не может быть! – воскликнул он испуганно.

То, что увидел Татав, был человек. Человек, зацепившийся за обломок какой-то деревянной конструкции, и только благодаря ей, державшийся на плаву. Но это было ещё не всё. Недалеко от этого человека он увидел чёрный, поблёскивающий на солнце треугольник, хорошо известный каждому рыбаку. Акула…

Не медля больше ни единой секунды, старик схватился за вёсла и принялся отчаянно работать. Он грёб изо всех сил, но ему почему-то казалось, что лодка движется слишком медленно, почти стоит на месте, хотя на самом деле она неслась по волнам, словно птица.

Подплыв ближе, старик увидел, что акула ходит кругами вокруг человека. Круги становились всё меньше и меньше, и она уже готова была схватить утопающего. Татав понял, что не успеет.

– Нет, этого допустить нельзя!… Нельзя!… – забормотал он и бросился на дно лодки. Он стал разгребать рыбу, пока не отыскал старый короткий гарпун, который всегда возил с собой, но применял очень редко. Схватив гарпун, старик зажал конец верёвки в руке и тихо сказал:

– Господи, ты всё видишь! Помоги!

Блеснув на солнце, гарпун просвистел в воздухе и впился в глаз акулы, которая уже завалилась на бок и открыла пасть, чтобы схватить свою жертву. Акула метнулась в сторону, оставляя за собой в воде кровавый шлейф, и Татав, потеряв равновесие, свалился на дно лодки. Он чуть не упал за борт, но сумел вовремя перенести вес с одной ноги на другую.

– Попал! Попал! – воскликнул он и тут же вскочил на ноги, всё ещё не выпуская гарпун из рук. Быстро прикрепив конец верёвки к крюку, он опять навалился на вёсла. Дорога была каждая секунда. Ведь, хоть он и выиграл схватку с этой акулой, в любой момент, учуяв запах крови своего сородича, могли появиться другие.

Подплыв к человеку, Татав увидел, что это мужчина.

– Откуда же ты здесь взялся? – спросил он даже не его, а скорее самого себя, ведь мужчина был без сознания.

Ухватив беднягу за ворот рубашки, старик попытался втащить его в лодку, но это было трудно сделать, так как мужчина намертво ухватился за деревянный обломок какой-то мебели и не отпускал его.

– Ну, давай! – крикнул Татав и изо всех сил потянул за рубаху. Мокрая ткань затрещала, но мужчина оказался в лодке.

– Так-то лучше… – Старик перевёл дух и нагнулся над беднягой.

Это был мужчина лет сорока восьми – пятидесяти, довольно крупного телосложения. Он был бледен, глаза закрыты. Татав нагнулся над ним, чтобы услышать, дышит ли он, но так ничего и не смог разобрать. Тогда он приложил ухо к груди и, внимательно прислушавшись, уловил еле слышное биение сердца.

– Жив! Пресвятая дева Мария, он жив! – воскликнул старик и от радости несколько раз подпрыгнул, словно мальчишка.

Расстегнув и сняв рубашку пострадавшего, он стал растирать его тело, чтобы привести в движение кровь. Потом вдруг опомнился, схватил его и перегнул через край лодки, так, что голова оказалась снаружи. Из носа и рта мужчины потекла вода.

Когда вода перестала течь, Татав снова уложил мужчину на дно, предварительно постелив под него нагретый солнцем парус, который содрал с мачты.

Вдруг лодка его накренилась и чуть не перевернулась. Схватившись за мачту, старик понял причину толчка: всё пространство вокруг лодки кишело акулами. От той, которую он убил, не осталось почти ничего. Другие акулы рвали её на части. Татав еле успел вырвать гарпун, который чуть было, не перекусила пополам одна из них. Сев на вёсла, он начал быстро грести в направлении острова. Это оказалось довольно трудно, так как лодка была перегружена.

Когда Татав остановился, чтобы передохнуть, акулы бесновались уже довольно далеко от него. Старик посмотрел на мужчину. Тот не подавал почти никаких признаков жизни, только тело его немного порозовело.

– Ничего, ничего, – успокоил его и себя старик, – самое страшное уже позади. Теперь тебе никакой морской чёрт не страшен.