Читаем без скачивания Ювелирная работа - Светлана Алешина

И все бы ничего, но у одного из его подопечных вдруг внезапно обнаружилась двоюродная сестра, которая, надо полагать, сама положила глаз на заветные квадратные метры. Разразился скандал, и незадачливый посредник-риэлтер погорел, попав в поле зрения компетентных органов. И схлопотал бедолага Кныш три с половиной года.

Но за решеткой ему снова улыбнулось счастье. Как-то совершенно случайно ему удалось подслушать разговор своего соседа по нарам с другим заключенным. Кныш сразу просек, что с этого дела, если захотеть, можно поиметь весьма неплохой навар. Особенно это стало очевидно после того, как первый сосед, некто Крест, вскоре помер.

Оказавшись на свободе и правильно все рассчитав, Кныш поселился у бывшей жены Креста. И стал поджидать другого зэка — некоего Музыканта, который тоже должен был появиться в этом доме. Кныш не ошибся — Музыкант, покинув стены колонии буквально через три месяца, и в самом деле объявился в ожидаемом месте. Вот только вышла незадача, и Кныша в тот момент не было дома. Но не беда. Это оказалось делом поправимым. Все при желании можно обтяпать тихо и гладко.

И тут вдруг совершенно неожиданно появляется какая-то баба с глазами цвета беспробудной тоски и волосами, окрашенными а-ля Мерилин Монро. И начинает поднимать ненужную пыль. Очень некстати! Лишние хлопоты. Лишние свидетели.

«Но ничего, — размышлял Кныш. — Лишь бы Люська сейчас не подвела и сделала все, как надо».

Он посмотрел на нее в тот самый момент, когда она открыла глаза и начала наконец пробуждаться после бурной ночи, в течение которой Кныш постарался удовлетворить ее женское сладострастие по максимуму.

— Который сейчас час? — сонным голосом поинтересовалась она, широко зевнув и потягиваясь.

Время приближалось к обеду. Световой день просверкал уже первую свою половину. Нужно было отправляться на встречу с Карташовым, который любезно обещал предоставить Ларисе информацию о человеке с золотыми руками, окончившем свою жизнь в казенном доме. Лариса очень надеялась выведать какие-либо полезные подробности, которые помогли бы понять причину случившегося: почему и за что убили Гусько, а теперь еще пытаются убить и ее. По всему было видно, что пора предупреждений и запугиваний уже прошла и настало время более решительных действий. Но, как видно, кроме нее, никто с поставленной задачей не справлялся, даже целая бригада сыщиков, отрабатывающих свою зарплату на службе у государства.

И Лариса, окрыленная жаждой знаний, двинулась по направлению к месту проживания коллеги. Да, пожалуй, она его теперь могла называть именно так. И дело было не только в том, что более тесные отношения между ними прекратились. Они ведь, по сути, коллеги, если иметь в виду род деятельности. Только она занимается этим не ради чинов и наград, а по призванию. Ну, а он — в силу своей профессии.

Карташов встретил гостью приветливо. Он явно находился в мажорном настроении.

— Ну проходи, проходи. Ждали, — несколько снисходительно произнес он. — Рад тебя видеть.

— Что такой сияющий? — полюбопытствовала Лариса. — Ждешь очередного звания или прибавку к жалованью? — предположила она, вкладывая в слова значительную долю иронии.

— День с утра задался, вот и весь секрет, — поделился Олег причиной лучезарного сияния лица.

— Да, погода хоть куда, — произнесла Лариса. — Но ближе к делу. Как там обстоят дела с моей просьбой?

— Ах да, — спохватился Карташов. — Интересной личностью был этот Занозин. Легенд, правда, про него не слагали, а вот слухи, говорят, гуляют и до сей поры.

— И что это за слухи?

— Говорят, мастер был золотые руки. Знаешь, как в песне поется: нам нет преград ни в море, ни на суше. Это, можно сказать, был его девиз.

— А если поконкретнее?

— Короче, потрошил твой Занозин сейфы или, выражаясь научным термином, был простым советским «медвежатником», — улыбнулся Олег. — Природа от своей щедрости наделила его немереными талантами. Ушлый был мерзавец по слесарному делу, да и закон Ома в школе, видно, хорошо выучил, так, что на всю жизнь запомнил. Последний раз этот отличник теоретической и физической подготовки применил свои познания и навыки в ювелирном магазине. И взяли его по чистой случайности. Просто с годами он, видать, забывчив стал — ну, и наследил слегка, на радость экспертам-криминалистам. А так — поминай бы его как звали.

— А он один на дело ходил? — спросила Лариса первое, что пришло на ум.

— Один-одинешенек. Аки перст, — подтвердил Карташов. — Сознался, покаялся, только вот товар так и не нашли. Искали-искали, пытали-выпытывали, а добро будто сгинуло. Надо полагать, самородок решил организовать себе обеспеченную старость, только, — рассказчик издал ртом звук, характерный для тугой пробки, вылетающей из сосуда, наполненного до отказа, когда первое под высоким давлением вылетает прочь, — не судьба.

— Так-так, интересная деталь! — Лариса наморщила лоб.

— Что? Хочешь организовать экспедицию для поиска сокровищ? Свистать всех наверх?

— Свистать не надо, денег не будет, — возразила Лариса.

— Типун тебе на язык, — Карташов изобразил легкий испуг. — Кстати…

Майор подозрительно посмотрел на Ларису и после некоторой паузы спросил:

— Я так понял, что ты все же решила заняться делом Гусько, несмотря на все мои предупреждения?

— Это мое дело, — отрезала Лариса, широко, однако, при этом улыбаясь майору.

Карташов даже почувствовал некоторую неловкость. Он был сам виноват в том, что его отношения с Ларисой охладели, и теперь расплачивался за это. Выдержав ее, по сути, издевательскую улыбку, он тем не менее спросил с тайной надеждой:

— Может быть, поделишься со мной результатами следствия?

Лариса продолжала улыбаться. Потом, кокетливо проведя пальцем по линии пуговиц домашней рубашки майора, сказала:

— Нет, Олег Валерьянович, мы с вами договорились — у вас свои дела, у меня — свои. Все в соответствии с западными нормами жизни, никакого коммунизма и общинности. Но…

— Что «но»? — нетерпеливо спросил Карташов.

— Когда я обнаружу убийцу, то извещу вас, чтобы передать в руки закона, — высокопарно заявила Лариса. — А за информацию спасибо.

— И все же, каким образом Занозин может быть связан с этим делом? — не отставал Карташов.

— Пока я еще и сама толком не знаю, — ответила Лариса и поднялась со стула.

Приехав домой, Лариса тут же погрузилась в размышления. И пришла к выводу, что сокровища, не обнаруженные в свое время милицией и, видно, надежно припрятанные Занозиным, вполне могли стать причиной всей этой кутерьмы, разразившейся не на шутку. Золотишко, камешки, колечки, браслетики… Что ж, вполне вероятная версия… Какой там, к черту, инструмент, забытый на даче, про который Галине Григорьевне напел вернувшийся с зоны Валерка Грачев! Это будет куда повесомее.

«А что, если дело было так: Занозин спрятал краденое на своей собственной даче, а жене ничего не сказал. А Виталий Павлович взял все это да нашел. И про все это прознал Грачев. Вот вам и причина кровавой драмы и переполоха», — думала Лариса.

И тут же сама себе возразила: «А может быть, Гусько ничего такого не находил и все подозрения на его счет неверны? И все же подозрительно вела себя жена Гусько Ангелина, подозрительно… Но она вряд ли захочет рассказывать, если даже что-то и знает. Ведь подобные игры с находкой закон может повернуть против нее. Да и не стоит обижать человека беспочвенными подозрениями, не имея на то твердых доказательств».

А признание Ангелины сейчас для Ларисы носило чисто символический характер. В поисках убийцы оно не поможет. Кто убил — и так уже известно. Нужно только найти Грачева. Обратись сейчас она в милицию — поднимется шум, начнется суета, и он заляжет на дно. Она найдет его сама. Найдет, где он прячется. А вот когда найдет…

Подкрепив свой тонус чашкой кофе, Лариса снова собралась в путь. Темнело в это время года довольно поздно, и она решила, что запросто успеет нанести еще один визит.

Глава 6

Навещать Валерия Грачева нужно было очень осторожно, чтобы не нарваться на очередной блокпост или засаду из его орлов. Последние дни преподнесли Ларисе немало неожиданных волнений. Сначала спортивная ходьба в булочную под прицельным огнем, затем катание в лифте на острие ножа, потом прыжки с кульбитом через капот собственной машины. Прямо-таки многоборье какое-то. Хватит, пожалуй. Жизнь — не Олимпийские игры и не сдача норм ГТО.

Во-первых, нужно было сменить транспорт. Ее серебристый «Вольво» наверняка уже намозолил глаза. И на этот раз Лариса решила воспользоваться услугами такси.

Водитель попался молчаливый: то ли не страдал в данный момент от недостатка общения, то ли по натуре своей был неразговорчив.