Измученная и разочарованная, она провела весь день в бесплодных поисках. Сначала зашла в лавку, затем в редакцию местной газеты, и, наконец, в городской суд. Везде она задавала одни и те же вопросы про Бланш и Жюлиану. Бесполезно. Никто таких не помнил.
Единственной надеждой оставалась женщина, которая вела в газете раздел светской хроники. Редактор заверил Лайлу, что если кто в городе и знает о Бланш, так это она. Теперь Лайле необходимо было встретиться с этой женщиной.
Дю Шамп привязала поводья к вкопанному перед домом каменному столбу. Несмотря на все старания ей так и не удалось ничего разузнать об этой Бланш. Времени практически не оставалось. Вот-вот в городе появится Дрю, который незамедлительно вернет ее в Новый Орлеан. Поднимаясь по ступенькам крыльца, она заметила, что золотой шар солнца медленно клонится к горизонту. Словно искрящиеся крупинки в песочных часах, время уходило.
Неужели Дрю обратился в полицию? Нет, он слишком горд, чтобы растрезвонить всем, что его подзащитная сбежала из Нового Орлеана. Скорее всего, он будет искать ее без посторонней помощи.
Открыв дверь, она сняла шляпу и повесила ее на вешалку, после чего стянула с рук перчатки. Вздохнув, Лайла прошла в прихожую, где и столкнулась с мужчиной, которого сейчас меньше всего хотела увидеть.
— Дрю?! — воскликнула она от неожиданности.
От него просто веяло ненавистью, а изумрудные глаза адвоката сверкали от ярости. Она невольно отпрянула.
— Привет, я так и думала, что ты сегодня приедешь… — только и смогла произнести она.
Он решительно направился к ней, и Лайла отступила на шаг.
— Я знала, что ты меня найдешь, — улыбнулась она, неловко пытаясь смягчить его гнев.
— Никто не имеет права делать из меня дурака, — хрипло произнес Дрю.
— Я не пыталась выставить тебя дураком… Я знала, что ты приедешь за мной…
Она ударилась спиной о запертую входную дверь. Лайлу охватила паника. Никогда еще ей не приходилось видеть Дрю таким разъяренным.
Адвокат схватил ее за запястье и рывком привлек к себе.
— Я доверял тебе. Я поверил, когда ты сказала, что никуда не уедешь. А теперь ты в восьмидесяти милях от того места, где должна быть!
Позволь мне тебе все объяснить, — от его хватки ей стало больно. — Я вовсе не сбежала. У меня была веская причина приехать сюда.
— Ты объяснишь мне все на борту парохода, который скоро доставит нас в Новый — Орлеан.
— Нет! — закричала Лайла, внезапно осмелев. Я не могу вернуться сейчас! Понимаю, что ты вне себя, но у меня действительно была веская причина вернуться в Батон-Руж. Позволь мне показать тебе кое-что, полиция пропустила это во время обыска в комнате Жана.
Он не отпускал ее запястья, буквально испепеляя Лайлу взглядом.
— Почему я должен тебе верить?!
Он стоял так близко, что она слышала запах его одеколона.
— Я мог оставить тебя гнить в камере! Я не должен был отдавать за тебя свои деньги! А у тебя даже не хватило порядочности оставить мне записку!
Взбешенная Лайла наконец вырвалась.
— Я не просила тебя становиться моим ангелом-хранителем!
— А тебе и не надо было этого делать. Мои денежки сделали меня твоим новым опекуном. И если тебе это не нравится, то не сомневаюсь, что для тебя в тюрьме найдется место.
— А тебе не приходило в голову, что кто-то еще мог обнаружить мою записку и решить, что я и впрямь сбежала? У меня имелась веская причина, чтобы вернуться сюда. И тебе, как моему адвокату, наверняка небезынтересно будет ее узнать.
Мне наплевать на твои причины! Ты заставила меня искать тебя! Я думал, ты сбежала, выставив меня на посмешище всего города и на растерзание суда!
— Ради Бога! Посмешище? Да мне не до смеха, когда меня собираются повесить. Мое имя мелькает во всех газетах этой страны. — Лайла прошла в библиотеку, гнев боролся в ней с чувством вины. — Если бы я и вправду собиралась скрыться, я ни за что не поехала бы в Батон-Руж. Неужели ты считаешь меня полной дурой?
— А может, ты заехала сюда, чтобы забрать деньги?
Лайла отрицательно покачала головой.
— Зачем тогда Колетт готовила обед, а я целый день открыто разъезжала по городу?! Меня бы уже и след простыл. Если бы я бежала, ты бы ни за что меня не нашел.
Дрю внимательно смотрел на нее, не говоря ни слова. Отчаяние и ярость кипели внутри нее, когда она поняла, что его совершенно не интересуют обнаруженные доказательства. Она ненавидела себя сейчас за выступившие на глазах слезы. В отчаянии Лайла заломила руки.
— Так значит, мои слова не имеют никакого значения?! Ты уже заранее решил, что я виновна и потому бежала?!
Похоже, Солье начинал понемногу успокаиваться.
— Ты просто должна была уведомить меня о своем отъезде.
И что тогда? Ты бы дал мне уехать?! Ты еще расскажи, что у Жана не было других женщин, а я бежала со всех ног, чтобы спастись от виселицы!
— Невероятно, чтобы Жан мог содержать больше трех женщин! — ответил адвокат.
— Но, скорее всего, именно так и было. Чувство безнадежности превратило весь ее гнев в страх, и горькая слеза скатилась по щеке Лайлы.
— Я должна позволить тебе защищать себя, а ты даже не веришь в мою невиновность! Суд надо мной ты используешь для бесплатной рекламы твоей адвокатской конторы!
— Честно говоря, ты должна быть благодарна за то, что я вообще взялся тебе помочь. Я не должен был этого делать! — Не выдержал Дрю.
— Благодарна? — слезы ручьем полились из глаз Лайлы. — За что?! Ведь тебе все равно — казнят меня или нет. Ты здесь, чтобы утащить меня обратно в Новый Орлеан.
Она закрыла лицо руками и разрыдалась.
— У меня есть доказательство существования еще одной женщины Жана, но тебе, похоже, это неинтересно…
— Покажи мне его, — подчеркнуто холодно заявил Со лье.
Она убрала ладони с заплаканного лица и поспешила к столу, на котором оставила свой ридикюль. Достав оттуда письмо, Лайла протянула его адвокату.
Дрю быстро пробежался глазами по документу.
— Откуда ты знаешь, что это письмо подлинное? Потрясенная Лайла не знала, что и ответить.
— Когда я перебирала вещи Жана, я нашла книгу стихов, лежавшую в ящике с сувенирами от всех жен Кювье. Жан сам никогда стихов не читал. Письмо было спрятано между страниц книги.
Дрю помолчал, неодобрительно разглядывая документ.
— Почему его не нашла полиция? — спросил он.
— Ради Бога, — вздохнула Лайла. — Да они ничего и не искали. Они и так были уверены в том, что это я убила Жана.
В дверь постучали.
Ни Лайла, ни Дрю гостей не ждали. Кто бы это мог быть? Дрю открыл дверь, Лайла выглянула из-за его плеча и увидела стоящего на пороге местного полицейского. Сердце ее, казалось, вот-вот выскочит из груди, а в голове завертелось одно единственное слово — СУДЬБА.
