Читаем без скачивания Женщина, вернувшаяся с холода - Александр Тамоников

– Дело нарисовалось?

– Умный вопрос.

– С собой чего взять?

– Ничего, хотя мозги возьмите, пригодятся. Давай, до встречи.

– До встречи. А это… погоди, бабки за прошлый месяц дашь?

– Дают шлюхи, а деньги платят. В том числе и шлюхам, что дают. Бабки привезу, получите что заработали.

– До встречи.

Гаулин выключил телефон. Достал из шкафа карту Москвы. Так, Бестужевы проживают по адресу Зеленодольская, 29, корпус 3, квартира 13. Не сменила хату Лариса Константиновна после выборов. А могла бы и ближе к Кремлю перебраться, для депутатов это не проблема. Не захотела. Гордая. А скорее глупая. Пользуйся, коли подвернулась возможность. И вместо того чтобы шум по лесу и какому-то пацану-идиоту поднимать, стянула бы приличные бабки с Роксенова и пожила бы еще в достатке в свое удовольствие. Справедливости захотела. Будет тебе справедливость калибра 7,62 миллиметра. Так, дом здесь. Гаулин обвел кружком отметку здания, в котором проживала семья Бестужевых. А вот тут у нас городская Дума. Ее и отмечать не надо. Топографы отметили. У Думы Бестужеву не завалить. Значит, следует отработать варианты ликвидации ее в служебной машине по дороге на работу или домой, у самого дома, в квартире или в каком-нибудь постоянно посещаемом депутатом месте типа клуба или кафе. Для этого надо установить за госпожой Бестужевой наблюдение. Это по ней самой. По Бестужеву. Для начала то же самое. Пару дней посмотреть за ним. С утра до вечера. Итак, два дня уйдет на оценку общей обстановки. 28-е и 29-е числа выпадают, суббота и воскресенье, хотя в эти дни можно понаблюдать за ними обоими. Но лучше не светиться. Работу придется начать в понедельник 30-го. Значит, 30 апреля, потом первомайские праздники. Тогда какая, на хрен, выходит неделя? По сути, три дня. 30 апреля изучение общей обстановки, на это же, если потребуется, и 3-е число. А вот 4-го уже работать. Надо думать. Хорошенько думать. Но для этого есть ночь. А сейчас, пожалуй, стоит съездить к дому Бестужевых, посмотреть, что и как там. Она сейчас в Думе, он в офисе. Да, не будем терять время.

Гаулин набрал номер приемной Роксенова.

Ответила, как и положено, секретарь:

– Компания «Рокада-Лес», слушаю вас!

– Ну, и голосок у тебя, Томочка!

– Это вы?

– А у тебя что, на коммутаторе номер абонента не высвечивается?

– Звонок прошел по городской линии.

– Это непорядок, вызывай телефониста. И немедленно, а до этого соедини меня с шефом, надеюсь, он на месте?

– Соединяю!

– Слушаю, Эльдар! – тут же раздался голос Роксенова.

– Мне надо выехать!

– Надолго?

– Сегодня в офис уже не вернусь.

– Хорошо.

– До свидания, Максим Григорьевич.

– Давай!

Гаулин, воспользовавшись своим служебным автомобилем, подъехал к магазину, от которого начинались дома под номером двадцать девять. Оставил «Ауди» на стоянке, пошел по аллее. Так, корпус один, два, три. Третий корпус. Судя по номеру квартиры, Бестужевы проживают в первом подъезде. Надо уточнить этаж. Для этого достаточно посмотреть, сколько квартир размещено на этаже. Оказалось четыре квартиры, причем окна выходят во двор и смотрят на второй корпус. Стараясь нигде долго не задерживаться, Гаулин обошел соседнее здание, вошел в первый подъезд, поднялся лифтом на последний этаж, оттуда на крышу. Осмотрелся и сразу отмел мысль ставить позицию здесь. Крыша девятиэтажки хорошо просматривалась с дома справа, имевшего четырнадцать этажей. Заметит кто-нибудь лежавшего в ожидании жертвы стрелка, и пиши пропало, вызовет полицию. На снайпера явится ОМОН, который быстро перекроет все ходы-выходы. Придется осмотреть чердак. А вот тот оказался просто идеальным местом для организации позиции снайпера. Он был поделен на отсеки, похоже, по одному на этаж, с большими арками и нишами, где проходили трубы, кабели, в общем, коммуникации обеспечения жизнедеятельности. В стеновых панелях – аккуратные, не закрывающиеся окошки. И снаружи их не видно, и изнутри обзор превосходный.

Гаулин достал захваченный с собой оптический прицел. Навел на окна квартиры Бестужевых. Отметил, что темные шторы прикрывают лишь небольшие углы оконных рам, в гостиной и спальне обычный тюль, прозрачная при внутреннем освещении, на кухне только шторы. Правда, с чердака видна лишь передняя к окнам половина квартиры, но этого достаточно. В поле зрения большая часть дивана, кровати, кресло, телевизор, стол со стульями. Отсюда стрелять можно. И уйти быстро и незаметно легко. Работая в перчатках, бросить, к чертовой матери, винтовку, пусть потом над ней следаки колдуют. «СВД» из Чечни, трофейная. Как попала к боевикам, неизвестно, а к Гаулину – от знакомого мелкого торговца оружием, который умер от инсульта в прошлом году. И чердак чистый. Видно, что как минимум раз в неделю прибирают. Здесь, если идти под арками, выйдешь в крайний подъезд, даже не запачкавшись. Затем лифтом вниз, из подъезда за угол и к стоянке магазина. Можно даже зайти что-нибудь купить, хотя нет, это лишнее. Уходить следует быстро, не отвлекаясь.

– Так, – тихо проговорил Эльдар, – в принципе, отрабатывать другие варианты смысла нет. А вот посадить сюда под видом бомжа кого-нибудь из своих головорезов надо. Пусть понаблюдает за хатой, посмотрит, заходит ли кто на чердак, закрываются ли на ночь чердачные двери. И остальное, что необходимо знать для работы снайпера.

Гаулин спустился вниз и, никем не замеченный, прошел к «Ауди». Вскоре он уже ехал в дачный поселок, где на окраине, в березовой роще, имел неброский снаружи, но прекрасно оформленный внутри коттедж. Как любил говорить Гаулин, когда гости недоумевали, почему он не поставил более крупный и современный дом, имея для того достаточно средств, – внешняя часть коттеджа для соседей и администрации, для себя – внутренняя. Никому бы и в голову не пришло, что в подвальном помещении невзрачного на вид коттеджа есть и сауна, и бассейн, и тренажерный зал, и даже небольшой подземный ход, имевший выход к озеру, к моторной лодке у общего причала. А в тайнике – арсенал вооружения, от пулеметов до пистолета «ПМ» и гранатомета «РПГ-7» с четырьмя выстрелами.

Ровно в 19.00 к воротам особняка Гаулина подъехал «Форд». Из иномарки выскочил средних лет щуплый мужчина, закрыл ворота. Следом за ним из машины вышли двое его товарищей. Они быстро прошли в дом, в просторном холле которого их встретил начальник службы безопасности компании «Рокада-Лес».

– Ну, привет, бандиты! – поздоровался он с прибывшими.

– Какие же мы бандиты? – усмехнулся старший из них, Рубцовский Анатолий Васильевич по прозвищу Рубец. – Мы – чистильщики, общество от дерьма всякого освобождаем.

– Чистильщики? Фильмов американских насмотрелись? Ладно. Идемте в каминную, там поговорим.

– Один вопрос, Эльдар, – вышел вперед водитель «Форда» Артур – Табанов Артур Михайлович, – бабки наши ты привез?

– А что, без денег разговора не будет? Уйдете?

– Нет, но с баблом оно как-то спокойней. Для всех.

– Да ты, никак, угрожаешь?

– Что ты, Эльдар? Как я могу?

– Здесь ваше бабло. В каминной получите. Пошли, нечего без толку трещать. Серый, – обратился Гаулин к мужчине, закрывавшему ворота, – свет здесь выключи.

– Ага! Сделаем.

«Группа решения проблем», как называл троицу бандитов Эльдар Гаулин, подобранных им самим еще в лихие девяностые годы, устроилась в креслах каминной комнаты. Начальник службы безопасности прошелся из угла в угол, резко повернулся:

– Шеф поставил перед нами задачу убрать одну стерву, очень мешающую бизнесу.

– Кого, если не секрет? – спросил Рубцовский.

– Какой же секрет? Некую госпожу Бестужеву Ларису Константиновну, слыхали о такой?

Бандиты переглянулись.

– Нет, а что за краля? Почему мы должны слышать о ней? – отрицательно покачал головой Рубцовский.

– Потому, что она депутат Московской городской думы.

– Ну, Эльдар, этих депутатов сейчас развелось как собак нерезаных, в деревне одной был, на рыбалку ездил, так там тоже депутат живет, какого-то местного поселения.

– Бестужева – не простой депутат.

– Погоди, – сморщил лоб Табанов, – знакомая фамилия, Бестужева, где-то…

– Не где-то, а в офисе, – прервал его Гаулин. – У шефа в телохранителях служит Сергей Бестужев, кстати, муж депутата.

– Ни хрена кренделя! Роксенову мешает баба его же телохранителя?

– Да, но это не важно. Важно другое, нам поставлена задача убрать депутата, и мы должны выполнить ее. Главную работу сделаю я лично, вы мне нужны для подготовки и возможного прикрытия. Ты, Артур, – повернулся Гаулин к Табанову, – завтра с утра берешь с собой провизии на сутки и едешь по адресу Зеленодольская, дом 29, корпус 2. По любому подъезду поднимаешься на чердак, проходишь до выхода в первый подъезд, там увидишь помещение с окном, смотрящим на корпус 3, соседний дом. Объект – окна четвертого этажа этого дома, слева от подъезда. Первого подъезда. Запомнил?