“Спишь?”
“Ну, ты и дрянь, что наговорила маме?”
“Ей вызывали скорую.”
“Если что-то с ней случится. Я тебя не прощу!”
“Завтра, я буду ровно в четырнадцать ноль-ноль. Я разведусь с тобой к чертовой матери. Бесишь.”
У меня сон, как рукой сняло.
Разочарование подкатило к горлу.
Почему-то от его слов закрадываются сомнения. Совсем не верится в то, что Вадик так просто подпишет бумаги. Он явно что-то задумал? Знать бы еще что и к чему готовиться.
Поспать нормально мне так и не удалось. Напряженная , нервная я собиралась с утра на работу.
В голове засели слова Вадика, как рыбацкий крючок, вытащить бы его, а не могу. Не дают зазубрины. Чувствую себя рыбой – пойманной рыбаком. Ощущение такое, что муж специально закинул удило и я как наивный малек попалась на приманку.
Я уже прилично опаздывала на работу. Закрутилась дома на кухни. На одном месте как волчок. Все не то, все не так. Из рук все валится. На лицо явная паника.
Пришлось вызывать такси, отзваниваться в салон девчонкам, чтобы клиентку предупредили. Такси хоть хорошо приехало быстро. Пока была в дороге пыталась выдохнуть, успокоиться. Настроится на лучший исход, нашей с Вадимом встречи. Возможно я накручиваю себя и муж образумился, взялся за голову и не будет больше вести себя со мной как быдло.
Такси притормозило возле дверей салона. Поблагодарив, выскочила пулей. Естественно чуть не растянулась на льду.
Залетев в двери, кинула на ходу приветствие и быстро побежала переодеваться.
Краем глаза заметив, что клиентка сидящая в моем рабочем кресле уже явно заскучала.
Пока переодевалась в кабинет заглянула Вероника:
– Ась, ты как? – обеспокоенно спросила коллега, заглядывая мне в лицо.
– Да вроде ничего, – запыхавшись отвечаю. – А что?! – влезаю в балетки, одергиваю фартук.
– Бледная сильно.
Я выпрямляясь расправляю плечи, взбиваю немного волосы.
– Нет, со мной все впорядке. Не беспокойся, – проходя мимо, улыбаюсь ей тепло. – У тебя во сколько первый клиент?
– Через полчаса подъедет, – отчитывается Вероника и мы выходим в зал.
– Нет! Ну это ужас! Ася! Что ты сделала? Я же совсем без волос осталась! – от крика женщины закладывает уши, но я стойко выдерживаю ее упреки. Я допустила непоправимую ошибку. И теперь за это расплачиваюсь.
– Василиса Людвиговна, мы же с вами обговорили все. Вы мне показали модель. Я все сделала, как на картинке.
– Вот именно Ася, на картинке! А ты не могла меня предупредить, что с этой прической я буду выглядеть ужасно?! Ты посмотри на мое лицо! Оно же сияние потеряло! Потухло…
Я только чудом удержалась, чтобы не закатить глаза. Эти обвинения уже явно не касались моей работы. Ее кожа. Ее глаза. Ее лицо и второй подбородок, который на фоне короткой стрижки, стал заметен сильнее.
Да, моей ошибкой было то, что я ее не предупредила. Но ведь когда человек идет на определенно смелую прическу, это говорит лишь о том, что он хочет перемен в своей жизни. Разве не так?!
Но в этом случае оказалось нет. У Василисы Людвиговны, на этот счет было свое мнение. Я должна была ее отговорить. Образумить и не дать сделать такой необдуманный шаг.
– Что теперь я скажу мужу? А сыну? А внукам!? Боже мой! Да они меня опозорят. Засмеют!
Продолжала на высокой ноте женщина. Не жалея барабанных перепонок находящихся в салоне людей.
– Василиса Людвиговна, вы зря так говорите. Вам не так уж и плохо с этой прической....
Глянула с осуждением на Веронику. Покачала головой. Коллега тут же поняла, что лучше бы ей рот не открывать вовсе, так как его открыла моя недовольная клиентка.
– Да, что же все такие рукожопые. Дайте книгу жалоб. Сейчас же. Я не оставлю это так. И платить я не буду. Ася! Я разочарована!
Женщина, не смотря на то, что была преклонного возраста, вскочила с кресла кузнечиком. Гневно забегала по центру зала отыскивая на стенах “уголок потребителя”.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
– Все настроение изгадили с утра, – выхватив книгу для отзывов кинула ее на столик.
Я стояла неподалеку наблюдая за происходящим со странным, смешанным чувством разочарования.
Со мной такое было впервые. В первые клиент настолько недовольна моей работой, что готова написать жалобу. Впервые, я не пытаюсь уговорить и сгладить конфликт. Впервые, я чувствую, что готова все оставить и уйти.
И меня пугает этот расклад. Пугает такой настрой и такие перемены во мне. Ведь только вчера перед сном, я думала совершенно о другом, хотела работать не покладая рук, хотела тянуться к лучшей жизни в которой не будет Вадика.
Так что же сегодня пошло не так?!
– Я ухожу, Ася и больше не вернусь! Вы потеряли своего постоянного клиента – навсегда!
Вскинув голову. Напялив беретку на макушку и стянув на груди каракулью шубу, Василиса Людвиговна покинула салон, с грохотом хлопнула дверью.
Тяжело опустилась в кресло. Сжалась в комок. Закрыла лицо руками. Судорожно вздохнула.
– Ась. Ты чего?! – почувствовала на плечах руки подруги.
– Я устала, Ник, – от сдерживаемого рыдания голос охрип.
– Ася, послушай меня, – Ника отрывает от моего лица руки, обхватывает мое лицо заставляет поднять на себя взгляд. – Ты справишься. Слышишь. Я знаю, я слышала от подруг, что развод это тяжело. Но ты сильная, Ася. Ты спрашиваешь. А если нет, то мы с Маринкой всегда рядом. Всегда готовы прийти на помощь!
С жаром произносит пламенную речь подруга. И я, расчувствовавшись ее словами, охватываю ее за талию и упираюсь лбом в ее живот громко всхлипываю. Он обнимает меня за голову притягивает к себе.
– Поплачь моя хорошая, – гладит по макушке ладошкой. – Поплачь и тебе обязательно станет легче.
Спустя полчаса
– Аська, ты уверена, что хочешь именно в этот цвет?
– Да, уверена. Крась уже, – нервный смешок срывается с губ, когда Вероника окрашивает первую прядку в иссине черный цвет.
– Я даже не могу представить на кого ты будешь похожа. Я же тебя никогда с другим цветом волос то и не видела, – бормочет себе под нос Ника.
– Я тоже, – хихикаю, наблюдая как прядь за прядью окрашивается в черный.
Пока дожидалась, когда окрасятся волосы, думала над тем, что буду делать, если суд разделит платеж по ипотеке на нас двоих?!
Нам придется наверное искать размен, потому как жить вместе – это смертоубийство, как для него, так и для меня.
рудная клетка заполнилась тяжестью. Об этом думать было тяжело. Но назойливые мысли все лезут и лезут в голову.
Тряхнув головой, переключилась на тему о своей беременности.
Мне нужно записать к врачу. Сделать узи. Проверить, все ли там с моим ребеночкам в порядке!? Я хоть и чувствовала себя хорошо. Ничего у меня не болит и не тянет, но лучше будет, если все же врач проведет осмотр.
– Ася, – зовет Ника, – уже пора. Давай садись! – стучит по креслу ладошкой. – Не терпится посмотреть, что получилось.
Выхожу из салона за сорок минут до назначенного времени.
Внутри начинается нервная дрожь. Меня бросает то в жар, то в холод. Мне чудится, что даже температура тела поднялась. Так сильно меня колотит. Сажусь в ожидающее меня такси, спустя несколько минут немного согреваюсь. Прячу ледяные пальцы в рукава. Сжимаюсь в комок, с ужасом представляя нашу с Вадимом встречу. Я вдруг только сейчас осознаю, что до колик в животе боюсь развода. Боюсь остаться одна беременной и с маленьким ребенком на руках. Кто нас будет кормить? Кто будет содержать? Теперь-то я понимаю тех женщин и девушек, которые бояться потерять своих мужей-изменников или алкоголиков.
Чем ближе автомобиль подъезжает к конечному пункту, тем сильнее начинают шалить нервы, а когда машина останавливается у тротуара возле здания, моя нервная система просто звенит от возбуждения. От чего меня так колошматит не по-детски?
