– Кончай Витек все эти сказки. Кто может и куда нас вызвать. Я тебе не говорил, но чушь собачью ты написал. Сказку для младенцев. Ну думал, – нравится, пусть себе сочиняет. Да к тому ж, у тебя ведь что-то с головой находили. Галлюцинации, навязчивые идеи. Так что ты не рыпайся лучше. Так домой быстрее доберешься.
– Не веришь, – сказал грозно Виктор. Смотри, я вкалываю иголку в твою ногу!
– Ай! – взвизгнул Иван.
– А теперь в руку!
– А! – закричал Иван и схватился за руку.
– Ну что? Поверил? – спросил Виктор. Кладя фигурку на стол.
– Прости Витек. – Жадность глаза залепила. Молодец, что меня в чувство привел. Давай все здесь бросим. Ну его на фиг! Продать не удастся, сразу на мушку налоговой влетишь. А то еще и киллеры найдутся. За такое в живых не оставляют. Помнишь как с алмазом раджи? Кто возьмет, тот и погибает. Не! Я и так хорошо живу! А это у нас с тобой как музей будет. Общий. Когда ты уедешь в Россию, я его охранять буду. Чтобы никто не позарился. Обидно будет. Пока его вудунисты найдут, он уж все разорит здесь. Хотя опасно здесь все это оставлять. Что предложишь? – спросил он глядя честными глазами на Виктора.
– Если бы я знал. Хотя…Почему здесь фигурка Жака? Он что? Тоже из другого измерения. Как и мы? – спросил Ивана Виктор.
– Это ты в этих вопросах асс. Я ничего тебе сказать не могу! – ответил Иван.
– Когда я там был, я слышал, что они их делали, для того, чтобы людей легче в коридорах зазеркалья найти. Чтобы не потерялись. Но это они о своих, посвященных в этот переход говорили. Получается Жак…
– Ну дела! – вздохнул Иван. А я то смотрю, уж очень он сговорчивый, лояльный, и умен чересчур! Не негр правда, но шпион может для отвода глаз и белым быть… Но он у меня давно работает, уж лет шесть! Что же я под колпаком уже шесть лет?! Посмотрел испуганными глазами на Виктора Иван. – Нет, сейчас бы выпить! Уж очень все это на нервную систему действует. Так и срыв получить можно.
– Могу предложить коньяк с фиалками из мангровых болот, – сказал Виктор, положив фигурки, успокоившись после таких речей Ивана, и взяв в руку ту самую бутылку, из которой он уже немного отлил коньяка.
Не бойся, пей, я уже его пробовал в прошлый раз. Смотри! – Виктор сдул пыль из старинных фужеров и плеснув туда коньяка, первый попробовал его. Видишь, не умер.
Иван взяв бокал, нюхнул его, – О! точно коньяк, да еще и превосходный!
– Выдержка лет триста! – сказал Виктор, глотнув еще.
Иван попробовал немного на язык, и довольный проглотил остальное одним махом.
Эх, жалко закуски нет. Сейчас бы лимончик или сырку…Давай еще! – предложил Иван. Глаза у него стали веселые и смотрели не совсем в отчетливом направлении. В прочем у Виктора, они тоже разъехались и приняли не параллельный взгляд.
– Давай! – сказал Виктор, и налил еще.
– Не боись, братан, – обнял его сидя на диване Иван, уж видно жизнь наша такая. Все интересное с тобой! Что-то меня совсем разморило! – сказал Иван. Давай по последней и пойдем.
Потушив свечи, они пошли к выходу в подземелье. Иван дернул дверцу, но она не поддалась.
– Дай я! – предложил Виктор, но и его усилия были напрасны. Чугунная дверца, казалось приросла к стене. Не оставив даже щелей.
Зажигай свечи, поспешно сказал Виктор. Фонари могут сесть.
– Да! – сказал Иван садясь на диван. Чего делать то будем? Мы вроде как замурованы! Воздуха хватит дня на три. Еды нет, питья…, питье есть. Во бутылка открыта. Ну что выбирай! Или мы здесь с тобой рвем когти и жилы, и может быть, вылезаем, или я звоню Жаку, и он вызволит нас максимум через часок. Телефончик со мной на счастье.
Ивану было смешно, потому что теперь он снова был на коне.
– Жак лоялен. И воспитан в рамках закона. И не обязательно ему показывать все. Что здесь есть. Закидаем сундук тряпками., да он и не увидит ничего, мы свет погасим. А потом все в моих руках. Быстренько вывезу отсюда все и пока в доме спрячу, а потом уж подумаю где, – быстро пронеслось в голове у Ивана.
– Ну что, я звоню? – спросил он Виктора, – незаметно для него занимая позицию рядом с восковыми куклами.
– Не хочется привлекать лишние глаза, – сказал Виктор, не подозревая о мыслях Ивана.
– Не хочется Витек, ты прав. Но как тогда? Ну давай, попробуй еще, может быть у тебя получится, Иван в душе чувствуя свое превосходство, сел на Иван, и стал смотреть на потуги Виктора.
Пока Виктор пробовал найти возможность приоткрыть дверь, Иван сунул в карман свою фигурку, а фигурку Виктора поднял над собой. Он приготовился уколоть Виктора.
– Ну что Витек, теперь ори ты, сказал он ехидно и суну иглу в руку куклы – Виктора, потом в ее ногу, потом наметил в ее голову.
– Прости, но ты меня вынудил. Сейчас придет Жак, сиди вон в том углу и не рыпайся. Или я сделаю вот так! – Иван показал, как иголка входит в голову.
Иван, не выпуская из рук фигурку, взял в руки телефон и набрал номер Жака.
– Вне зоны действия сети, – услышал он ответ.
– Черт! Выругался Иван, начиная понимать, что спасения не будет, и что его устрашения были преждевременны.
Единственное, что оставалось, это стучать в стену до умопомрачения, и отдать все это в результате государству.
– Потому что и полиция и телевидение будут тут как пить дать. Это же сенсация. Замурованные в подземелье Мон-Мартра! – подумал Иван.
Он попробовал еще и еще, но ничего не вышло. Иван со злости бросил телефон на ковер.
– Все думай ты, а я чего-то устал очень, прямо трясет всего, и руки холодные. И не вздумай делать резкие шаги. Все равно нас отсюда через день два достанут, потому что люк в ресторане остался открытым. Спустятся и услышат наши звуки. Так что все закончится рано или поздно. Сглупишь, все равно ничего кроме срока не получишь.
Он попробовал еще раз позвонить по телефону, и пройдясь по комнате остановился около темного стекла. Навстречу ему шел мужчина.
– Жак, ты принял мой звонок? – радостно сказал он, приняв темноту, отраженную в стекле за темный проход. Но откуда ты знаешь, что мы здесь? И что? Ты и про дверь знаешь….
Но Иван не успел задать свои следующие бесконечные вопросы. Мужчина подошел к нему вплотную, и взяв его за шкирку, вдруг взлетел прямо с ним и Иван даже глаза закрыл от такого неожиданного исхода дела.
– Витек! – хотел крикнуть он. Но голос его потонул, в каком то подземелье, которое тянулось и тянулось, а он летел вместе с Жаком и поворачивал и поворачивал за следующий выступ. Ему было ужасно неудобно, – отпусти, бормотал он, отпусти, куда ты меня несешь? Неужели я так напился(– подумал он.
Иван потерял понятие верха и низа, он крутился, трясся и, кружась, летел. О том, что он летит, говорило только замирание сердца и изредка вспыхивающие всплески огня, среди которых он видел стены стремительно уносящиеся от него. Кувырок через голову из состояния кошмарно быстрого полета, провалил его сознание в никуда. Он только почувствовал, что падает в бездну, конца и края которой не было.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
