Читаем без скачивания Восторг и горечь (сборник) - Виктор Слипенчук

Осип Мандельштам во многом оказался прав. Сегодня нет прежней родины, и последних носителей христианско-эллинской культуры в прямом смысле этого слова тоже нет. Жизнь неумолимо демонстрирует кризис философской мысли и, как последствие, – кризис умов. Думаю, никто не будет оспаривать – всё, что ныне происходит на улицах и площадях, вначале происходит в голове сегодняшнего интеллигента. А происходит нечто такое, что требует от каждого националиста и от каждого интернационалиста пересмотра отношений друг с другом. И это тем более важно, что сегодня нет в чистом виде ни националиста, ни интернационалиста. Впрочем, их и раньше не было, а наблюдалась лишь политика чистоты рас. Сегодня таких заблуждений человечество не может себе позволить. Мы все должны жить в мире, потому что если раньше и националисты, и интернационалисты могли действовать с ощущением материальной непоколебимости мира (можно было не признавать друг друга, уничтожать, но от этого генетическая устойчивость мира, скажем так, как бы не страдала), то сейчас благодаря техническому прогрессу земной шар очень наглядно уменьшился и стал весьма хрупким и весьма уязвимым. Мы пришли в мир, который может быть уничтожен. И нам с нашей культурой предстоит жить именно в этом мире, другого мира и жизни не будет.

Технические возможности сегодняшнего человека опередили его нравственную и духовную суть. Наша ментальность, скажем так, отстала и не готова воспринимать современный мир. Мы не успеваем осваивать и усваивать технические совершенства и никогда не модернизируемся, как того желает главная партия страны. Нет-нет, мы все желаем модернизации, но она прежде должна произойти в нашей голове. Многое из того, что было в нашей жизни, никуда не ушло и пригодится в дальнейшем, но и отказаться придётся от многого. Нам, русской советской интеллигенции, нужны новые объединительные идеи, в которых национализм и интернационализм не соперничали бы, а, соревнуясь, дополняли бы друг друга. На первый взгляд кажется, что таких идей нет и не может быть.

Сделаю небольшое отступление. Истинные марксисты, большевики, как правило космополиты (Маркс гордился своим космополитизмом), всегда мечтали о Мировой революции, о планетарной гегемонии рабочего класса. Лозунг «Пролетарии всех стран, соединяйтесь!», которым украшались практически все газеты и журналы, издаваемые в СССР, оттуда, то есть являлся наглядной данью этой всепоглощающей мечте. Иначе и не могло быть, потому что большевики, а следом за ними и коммунисты искренне считали, да и сейчас считают, что только с победой Мировой революции начнётся настоящая история человечества. А до той счастливой поры вся наша жизнь и жизнь всего человечества – не более чем назём, удобрение для будущей настоящей истории гомо сапиенс (человека разумного).

Когда думающие люди это поняли, слово «мечтали» потихоньку стали менять на слово «бредили». И постепенно все согласились, что мечтать о таком счастье здравому человеку просто не пристало. Что все эти идеи – не иначе как бред и даже не сивой кобылы, а какого-то действительно неприятного хищного животного.

Бред не бред, но столько крови было пролито, и столько жизней положено у нас в России на алтарь торжества Мировой революции, что космополитизм (интернационализм) стал неотъемлемой частью генотипа русского человека. Наверное, никто не станет отрицать, что буквально до недавнего времени мы все ждали, что вот-вот со дня на день должна начаться освободительная революция в какой-нибудь высокоразвитой стране. Например, в США. Только непонятно было – кого и от кого революция освободит. Косвенно намекалось, конечно, на некое освобождение бесправных негров. Сейчас СССР нет, а Барак Обама, африканские корни которого не подлежат сомнению, – президент США.

Убеждён, настало время признать, что интернационализм стал частью генотипа русского человека и неотъемлем от его ауры. Только одно это признание сразу же обогатит и расширит наши потенциальные возможности космического порядка. Ибо кто бы что ни говорил о «двух головах в одном котле», а всё же мудрость русской пословицы «Одна голова хорошо, а две лучше» никто не отменял и не отменит.

Кроме того, за годы советской власти в стремлении к торжеству Мировой революции нам привилось, пусть и насильно, нечто такое, что, как закваска, хотя и моложе извечного стремления русского человека к мировому первенству в спорте, науке, литературе, искусстве (и так далее), а всё же по большому счёту ему не противоречит, а напрягает и концентрирует. Вот в этом слове стремление – русскость и советскость вполне приемлемо соединяются в нашу общую ауру, которую для нашего же здравия не следует рвать, а всего лишь следует дружественно соизмерять и применять к лучшему качеству общей жизни.

Прошу прощения, что вновь и вновь обращаюсь к учёбе на Высших литературных курсах, а что делать? Последний набор молодых писателей не только из союзных республик, но и социалистических стран. Такого богатства дружеского общения между молодыми писателями уже никогда не будет.

Как-то сидим в красной комнате в общежитии, зашёл разговор о неуместности строительства зданий из стекла и бетона в исторических местах (имелся в виду Кремлёвский Дворец съездов).

У нас на курсах учились два паренька из Монголии, на занятиях чуть что – «моя не понимай». А тут «всё понимай» – никаких проблем. Один из них – Пурвсурен (поэт явно народного толка) сказал, что в конце позднего средневековья был такой правитель Могольской империи в Индии Акбар, при нём империя Великих Моголов достигла наибольшего могущества. Так вот, когда Акбар был маленьким, лет семи – десяти, один из индийских царей решил проверить мудрость своих мудрецов. И как-то так случилось, что среди мудрецов оказался Акбар. Царь тростью провёл на песке черту.

– Пусть кто-нибудь уменьшит черту, не дотрагиваясь до неё, – сказал царь.

Тут между монгольскими друзьями произошёл краткий разговор. Товарищ Пурвсурена – Ёмсурен внёс поправку: более точный перевод на русский язык – не уменьшить, а унизить.

Как бы там ни было – мудрецы не решили задачи. И тогда мальчик Акбар попросил у царя трость и рядом, параллельно с прежней чертой, провёл новую черту – намного длиннее царской.

Царь улыбнулся мальчику и поблагодарил мудрецов, он сказал, что благодаря им понял, кто станет его наследником.

Никто из нас не обратил внимания на слова индийского царя. Думаю, и ныне мы скорее бы провели аналогию противостояния между сторонниками строительства башни «Газпрома», унижающей великие очертания Петербурга, и жителями города, вставшими на защиту этих великих очертаний. Ведь в этих линиях города запечатлён не просто город, а город, на улицы которого никогда не ступала нога захватчика.

А между тем, вспоминая рассказ Пурвсурена, каждый раз ловлю себя на мысли: за что царь поблагодарил мудрецов – они не решили задачи?! И с годами всё больше прихожу к выводу, что, видимо, этот индийский царь никогда не противопоставлял мудреца – мудрецу, а мудрость – мудрости. Потому и сумел передать свою власть великому Акбару Джелаль-ад-дину, который принял её в четырнадцать лет.

Михаил Фёдорович Романов, первый русский царь из династии Романовых, был избран царём в шестнадцать лет. Он не многое мог, но его избрание положило конец смуте и стало основой будущего процветания страны.

Идея былого возрождения России мне представляется сегодня животрепещущей и стоит того, чтобы всем нам быть едиными, как монолит. То есть всем стать в широком смысле этого слова Русскими – титульной нацией.

Мы и время Эссе на заданную тему

Нет ничего загадочнее времени. Это одна из самых непостижимых тайн природы. И в то же время с первого шага ребёнком и до конца жизни мы не представляем себя вне времени. Выпасть из него, стало быть, умереть. Даже человека живого, порвавшего связь со временем, мы воспринимаем умершим.

Между тем у времени много ликов. Людей, ушедших из жизни, мы оставляем прошлому и в то же время ясно осознаём, что они ушли в будущее, которое нам, живущим, как это ни прискорбно, но всётаки предстоит.

Мы, люди, постоянно ощущаем, как время воздействует на нас и, в свою очередь, понимаем, что и мы воздействуем на время. Но возможно ли нам, рождённым во времени и с первого и до последнего дня зависящим от времени, целенаправленно воздействовать на него и тем самым добиваться желаемого времени? И что такое – желаемое время?

В конце октября 2010 года (с 26 по 29 включительно) произошло три события, которые в пределах обозначенных вопросов воспринимаются как знаковые.

Смерть пророка

На одно из них (без преувеличения) отреагировала вся мировая общественность. Да и как было не отреагировать?! Если сумятица и столпотворение в средствах массовой информации зашкаливали. По ошибке кликнул по какому-то видеоролику, и тут же из компьютера без всякой загрузки, как бы накатом: и – раз, и – два, и – три, и четыре: – умер пророк! Умер футбольный пророк! Умер осьминог Пауль! Паулю будет поставлен памятник! И т. д. и т. п. Все, кто следил за чемпионатом мира по футболу в ЮАР, помнят, что этот представитель отряда головоногих правильно угадал все результаты сборной Германии и точно предсказал чемпиона и бронзового призёра мирового первенства. И хотя моллюски в океанариумах не живут более четырёх лет, после всех этих сообщений как-то по-человечески жаль стало Пауля.