Интересные игрушки для взрослых, оказывается, можно обнаружить в квартире моего начальника. Я более внимательно стала рассматривать каменные сокровища. Не могу сказать, почему я обратила внимание на самую верхнюю полку, но мне очень захотелось потрогать большой серый камень неправильной формы, лежащий в углу. Оглядевшись по сторонам, я обнаружила за дверью кресло и подтащила его поближе к стене. Забравшись на него, я попыталась достать заинтересовавший меня камень. Моего роста явно не хватало. Тогда я встала ногами на поручни кресла и с трудом дотянулась до интересующей меня полки. Но мои усилия оказались не напрасны. В моих руках был большой полый камень, напоминающий огромное яйцо неправильной формы. Камень был распилен на две части, и я держала в руках только его половину. Вся его внутренняя поверхность была усеяна крупными кристаллами голубовато-фиолетового цвета. Они переливались в лучах заходящего солнца, освещавшего комнату. Игра бликов настолько заворожила меня, что, залюбовавшись на сверкающую красоту, которую я держала в своих руках, я совершенно не замечала, что происходит вокруг меня, забыв, что у меня под ногами скользкая ненадежная поверхность подлокотников кресла.
Солнечный диск опустился еще ниже и почти скрылся за соседним домом, я повернула камень, чтобы в последний раз насладиться блеском камней. Как жалко, что хорошее кончается так быстро. Вздохнув, я вытянула руки и попыталась дотянуться до верхней полки, чтобы вернуть камень на его место. Странно, но водрузить камень обратно оказалось гораздо труднее, чем достать его. Что же делать? Я попыталась еще раз, и вдруг почувствовала на себе чей-то взгляд. Я была не одна в комнате. Мне показалось, что в коридоре кто-то стоит. В испуге я повернулась, потеряла равновесие и, неловко взмахнув руками, стала падать спиной на пол. Чья-то черная тень метнулась ко мне и сильные руки подхватили меня у самого пола. Я ожидала удара, уже зажмурилась и сжалась, чтобы перетерпеть боль от падения. Так бывает, когда идешь по скользкому тротуару зимой, поскальзываешься и падаешь. Все у тебя внутри обрывается, но в самый последний момент удается удержать равновесие и не упасть, но страх так велик, что долго не можешь прийти в себя. Так случилось и со мной.
Когда мне удалось перевести дыхание, глубоко вздохнуть и открыть глаза, я увидела, что лежу на руках у моего шефа. А его глаза с густыми темными ресницами близко-близко от моего лица.
— Но я же слышала удар.
— Угу.
— Что же упало?
Крепкие сильные руки обнимали меня, моя щека прижималась к воротнику мягкой куртки, пахнущей кожей и одеколоном. Почему я раньше никогда не замечала, что у Максима глаза с маленькими золотыми искорками у самого зрачка? Удивительные теплые глаза, в которых можно утонуть. Я резко встряхнула головой и попыталась встать на ноги. Мой шеф поставил меня на пол, но продолжал мягко держать за талию, словно сомневаясь в моей способности стоять на ногах самостоятельно без его поддержки.
— Откуда вы взялись? Мы ждали вас только завтра.
— Закончил дела немного раньше и поменял билет на более ранний поезд.
— А что упало? Мне показалось, что я слышала грохот.
— Аметистовая друза.
— Что?
— Камень.
— Нет!!!
Я вырвалась из крепко обнимавших меня рук и опустилась на пол. По всей комнате были разбросаны крупные и мелкие фиолетовые брызги. Чудо, которое несколько мгновений назад я держала в своих руках, было уничтожено. Кристаллы рассыпались по полу и уже никогда больше они не будут соединены вместе, образуя причудливую корону. Что же я наделала?!
Слезы хлынули у меня из глаз, я смахивала их рукой, они мешали мне собирать с пола сверкающие камешки. Где-то в глубине души у меня еще теплилась сумасшедшая надежда, что вдруг удастся собрать, соединить камни воедино, чтобы вновь засияло, засверкало каменное великолепие, созданное природой.
— Саня, перестань, не надо. Что ты плачешь? Тебе больно?
— Я же не смогу ее собрать, она разбилась.
— Перестань, это же просто камни, они не стоят слез. Ты же никогда не плачешь. Вспомни, ты не плакала даже после смерти отца, а тут… из-за какой-то ерунды.
— Как ты не понимаешь, это было так красиво, а я разрушила своими руками.
— Ты впервые назвала меня на ты.
— Простите.
— За что?
— Я приношу людям один вред, но я не хотела, честное слово, не хотела…
— Дуреха, ты до сих пор не подумала о том, что могла свернуть себе шею, падая с кресла?
Мой начальник смотрел на меня с добротой и участием, а к этому я совершенно не привыкла. Уж лучше бы он меня отругал, было бы привычнее. Я взглянула ему в глаза и почувствовала, как меня обдало жаркой волной. Почему у мужчин так темнеют глаза, когда они смотрят на женщин? Хотя, как я могу говорить о всех мужчинах и женщинах? Откуда я могу знать? Я сужу по моему начальнику, именно в его присутствии мне всегда становится жарко и душно. Правда, когда он ворчит на меня, то становится немного легче. Видимо, все излишки энергии моего шефа уходят на мое воспитание. Может он опять поворчит, ну, хоть немного? Я с надеждой на него посмотрела: может повоспитывает меня? Но вместо этого он взял из моих рук горсть сиреневых камней, высыпал ее на ближайшую полку, выбрал самый крупный кристалл и засунул мне в карман джинсов. «Это тебе, чтобы ты больше не плакала», — проговорил он шутливо. Я засунула руку в карман и вытащила камень. Он сверкнул у меня на ладони фиолетовым огнем. Я подняла голову и посмотрела в лицо Максима, но даже не успела взглянуть ему в глаза. Он резко повернулся и вышел в коридор, взяв мою куртку, помог мне одеться и сказал, что проводит меня до остановки.
Мы молча вышли из дома и направились к остановке автобуса, хотя я и возражала, но Максим поехал со мной до станции метро, а потом и до дома Милы.
Глава 10
— Нет, ты только подумай! Я его звала зайти попить чаю, так он сказал, что не хочет нас беспокоить, а кроме того…
— Что ты расшумелась? Он, может быть, действительно, устал после поезда, ему необходимо отдохнуть.
— Так чего ради он ехал сюда вместе со мной?
— Не мог же он тебя бросить вечером одну. Волновался, как ты доедешь.
— Да что мне сделается? Я почти каждый день езжу по городу и ничего со мной не случается.
— Что ты ворчишь сегодня весь вечер? Саша, у тебя портится характер. Ты становишься брюзгой. Поскорее бы ты защитилась, чем ближе к защите диплома, тем больше ты нервничаешь.
— Поговорить уже нельзя. А что ты читаешь?
— «Приусадебное хозяйство».
— Готовишься к субботе? Да, я тебе купила перчатки резиновые самого маленького размера. Теперь они у тебя не будут сваливаться с рук во время прополки грядок.
