Старший лейтенант Виктор Лютер, младший штурман «Андрея Первозванного» и бывший сослуживец по «Славе», рассказал Галлеру о совсем недавних событиях на корабле. 24 апреля 1912 года на линкоре арестовали группу революционеров-заговорщиков. А за несколько часов до этого, после отмены выхода эскадры в море, аресты начались на «Рюрике» и «Цесаревиче». Хорошо, что отменили выход, узнав о планах революционеров захватить корабли в море… Лютер закончил рассказ. Как во времена тягостной службы в роте палача Рихтера, у Галлера защемило в груди. Палубой ниже каюты, где они сидят, в кубриках, идет совсем другая, непонятная жизнь. Она развивается по своим непостижимым законам. И он, Галлер, лишен возможности что-либо в ней изменить…
В то время Галлеру было мало что известно о подпольных революционных организациях и их работе на кораблях. Правда, кое-что он мог узнать годом позже, когда в Кронштадте начались судебные процессы над арестованными в 1912 году матросами. Но полная картина революционного брожения на Балтийском флоте перед первой мировой войной раскрылась уже после Октября 1917 года.
В. И. Ленин еще на опыте первой русской революции указывал на четкую закономерность: революционное движение в армии и на флоте находится в прямой связи с революционным движением рабочих и крестьян[33]. Общий подъем революционного движения в стране с 1912 года активизировал деятельность большевистских подпольных ячеек на кораблях. Зимой 1911/12 года они усилили свою работу на стоявших в Гельсингфорсе кораблях — линкорах «Император Павел I», «Цесаревич» и «Слава», на крейсере «Рюрик» и эсминцах. Финляндская социал-демократическая организация в апреле 1912 года создала Революционный комитет для руководства военными организациями[34]. В него вошли А. В. Шотман, И. П. Воробьев, А. П. Тайми, И. И. Кондратьев, С. П. Думинов… Революционный комитет имел своих агитаторов и держал связь с Петербургским комитетом РСДРП (б). Тайми организовал у себя дома размножение большевистских листовок. Их проносили на корабли и в кубриках читали о Ленском расстреле, о подготовке к 1 Мая. Попадали к матросам и большевистские газеты «Звезда» и «Правда».
Обстановка на кораблях становилась все более напряженной. Эсеры, которые также имели свои подпольные группы на кораблях, подталкивали матросов к немедленному восстанию. 19 апреля на окраине Гельсингфорса состоялась сходка, на которой председательствовал И. П. Воробьев, отвечавший за партийную работу на бригаде линкоров. Представители кораблей настаивали на восстании в ближайшее время. Воробьев и Тайми не смогли убедить матросов в его несвоевременности. Было решено приурочить восстание к предстоящему выходу эскадры в море — к 24 апреля. План восстания предусматривал захват в море линкоров и крейсеров, последующую помощь командам эсминцев, стоящих в гавани Седрахамна в Гельсингфорсе, овладение Свеаборгской крепостью. Вести захваченные корабли решили поручить офицерам, которым матросы доверяли. Соответствующие кандидатуры были обсуждены. Как жаль, что мы не знаем имена этих офицеров!
Однако охранке стали известны планы восстания. В ночь на 24 апреля начались аресты… Арестованных матросов отправили в Петербург на эсминце «Уссуриец» и заключили в Петропавловскую крепость. А Шотману и Воробьеву удалось бежать. И. П. Воробьев, как вспоминала Н. К. Крупская, приехал в Париж и рассказал Ленину о неудавшемся восстании на кораблях. После этой встречи Владимир Ильич писал в августе 1912 года Горькому: «А в Балтийском флоте кипит! <…> Настроение у матросов боевое, но могут опять все зря погибнуть»[35]. Когда писалось это письмо, Ленин, очевидно, знал и о событиях, последовавших после арестов на кораблях и в Гельсингфорсе в конце апреля. Но аресты лишь частично ослабили революционные организации матросов. И когда эскадра перешла из Гельсингфорса в Ревель, на берегу вновь начались сходки матросов, на которых опять-таки обсуждались планы восстания. Продолжались они и с переходом бригады линкоров на рейд Гугенбурга (Нарва-Йыэсу). Вновь матросы решились на восстание, назначили и дату — в ночь на 11 июля. В те дни у Гугенбурга стояли на якоре «Цесаревич», «Император Павел I» и «Слава». Ждали прихода из Ревеля «Андрея Первозванного». Но «Андрей» не пришел: провокатор охранки машинист Г. Бартош донес командиру корабля о подготовке восстания. Выход отменили. А на кораблях, стоявших в Гугенбурге, 10 июля начались аресты. Всего на кораблях Балтийского флота с апреля 1912 по июль 1913 года арестовали до семисот нижних чинов…[36]
Галлер пришел на «Андрея Первозванного» после описанных событий. Но, конечно, о них не забыли ни офицеры, ни матросы. Капитан 1 ранга Зеленой требовал от офицеров заботы о команде, рекомендовал занимать подчиненных спортом, полагая это лекарством от революционных настроений. Практиковались шлюпочные гонки, перетягивание каната, поднятие тяжестей и упражнения с внушительными гирями. А зимой 1912/13 года, когда корабль вмерз в лед на Свеаборгском рейде, моряки встали на лыжи, купленные за счет командира. И конечно, было и рождество с елкой, с ряжеными, а потом, когда пришел срок, и масленица с горами блинов, и пасха с куличами…
Прошла зима. Грело солнце, рейд Свеаборга очищался ото льда. 19 апреля начальник Морских сил Балтийского моря перевел бригаду линкоров на Ревельский рейд[37]. Рядом стали на бочки корабли бригады крейсеров контр-адмирала фон Шульца — «Громобой», «Адмирал Макаров», «Паллада» и «Баян», а также приданный ей эскадренный миноносец «Новик». Здесь же стоял и отряд заградителей капитана 1 ранга А. В. Канина — «Амур», «Енисей», «Ладога», «Волга», «Онега» и «Нарова»…
К началу кампании 1913 года на «Андрее» устранили выявленные заводские недоделки, подготовились к выполнению боевых упражнений и походам. Галлер вступил в ответственную должность старшего артиллерийского офицера.
С первых выходов в море началась напряженная боевая учеба — адмирал Эссен стремился быстрее довести до должного уровня боевую готовность соединений и особенно бригады линкоров. За лето и осень «Андрей Первозванный» выполнил 18 артиллерийских стрельб — об этом свидетельствуют отчеты, на листах которых стоят подписи старшего артиллериста Галлера.
Нелегка служба артиллериста. Прежде чем корабль в середине очередной кампании выполнит самые сложные зачетные стрельбы, нужно пройти длинный подготовительный курс артиллерийской подготовки. Тот, кому не довелось служить на флоте, должен понять, что процесс этот требует от артиллеристов напряженнейшей работы, максимум сил и внимания.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
