союзом городов, известными бунтовщиками. Их агитаторы и подбивают моих горожан на бунт. Ну, как же, такой богатый город и не в их союзе? Они ведь постоянно с кем-нибудь воюют, а на войну нужны деньги, вот они моих дурачков и пытаются развести. Но пока ничего у них не получается. Вся верхушка города, судя по агентурным данным Ирмы, всем довольна и совать голову в петлю неизвестно за какие идеалы не желает совершенно, а без её поддержки у простых горожан хрен что получится. Побухтят и успокоятся. Плохо, что среди таких не стойких горожан можно набрать желающих за денежку малую напакостить своему сеньору. Как раз так и получилось, когда англичане попытались пушку со стены уволочь. Ведь среди тех бандитов в основном горожане и были. Так что пришлось мне провести пару совещаний. Сначала со своими: наместником и командиром гарнизона, а потом и с магистратскими. Своих накручивал на ужесточение контроля, а магистратских наоборот хвалил и благодарил за огромный вклад в развитие города. Пусть порадуются и пораздуваются от своей значительности. Пару раз меня попытались припахать на графский суд, но отказался. Есть мой представитель, наместник, вот он пусть и отдувается. Я и в Линдендорфе такой ерундой не занимаюсь, не хватало мне тут в местные дрязги встревать.
В общем, полторы недели занимался чёрт-те чем: городскими делами, заводом, гарнизоном. Вечера и ночи проводил с Ирмой. Ей тоже осточертел этот город, но и уехать, не проводив меня, она не могла. Нет, я её не держал, но она сама решила, что обязательно должна меня проводить. И её лучшая подруга, моя жена, тоже просила меня проводить как следует, чтобы я стремился как можно скорее вернуться. Вот, кто этих баб поймёт? Запихивать свою подругу к мужу в постель, чтобы он быстрее вернулся в постель супружескую? Это как? Как говаривал когда-то Цицерон: о времена! О нравы! Хотя и жену и Ирму понять можно — они-то меня знают. Долго в одиночестве ночи проводить я не буду. И ладно если каких смазливых служанок в постель затащу, это тут в порядке вещей, но смазливых служанок у меня в доме в Дуйсбурге нет, значит найду кого поинтересней. Из купеческих или магистратских дочек, а это уже потянет на официальную любовницу. Им итак меня на троих делить приходится, к чему они уже привыкли, а тут ещё четвертая появится. Вот Ирма и служит пугалом для таких хищниц. Хотя, я и сам от таких могу отбиться. Уже неоднократно мне пытались подложить девицу в постель, но отбился же. Понятно, что через дочку или сестричку хотят получить от графа кучу преференций, что и отталкивает. Так что зря мои женщины суетятся, но им этого не объяснишь. Да и не надо. Итак меня всё устраивает. А то уехала бы Ирма и с кем бы я такие жаркие ночи проводил?
В середине апреля решил выходить. Прошлый раз в это же время вышли и ничего, нормально добрались. Всё равно ведь пойдём вдоль берега и спрятаться успеем если что. Поговорил с капитанами на предмет того, чтобы сразу по выходу из Рейна в море рвануть напрямую к Норвегии, но они меня отговорили. Слишком далеко. Пройти такое расстояние только по компасу и звёздам, конечно, можно, но они никогда так не ходили и опасались заблудиться. Да и Северное море ещё не спокойное, апрель не июнь. Так что решили идти как и прошлый раз вдоль Северной Германии, потом вдоль Дании и через пролив к Норвегии. Время, конечно, потеряем, но не так уж и много. На неделю-полторы дольше получится, ну, так за нами и не гонится никто.
С Ирмой попрощался дома, Гюнтер ещё раньше уехал, у него дел с таким графом выше головы, так что платочком мне никто не помахал. Да и ладно. Зато я доволен, как слон. Опять получу кусочек очень интересной жизни, опять адреналин будет кипеть в крови, опять будет такое просветление в уме, что кажется можешь познать весь мир, всю вселенную. Да, точно я адреналиновый маньяк, доигрался. Ну и чёрт с ним, буду жить как мне нравится и плевать на всё!
Глава 8
В море вышли через пять дней. Не очень спешили, да и ветер был не попутным. Вдоль Германского побережья шли тоже не спеша. Возле Бремена догнали целый караван ганзейских судов, аж из восьми штук. Откуда идут не ясно, может и из Англии. Тогда плохо, эти на меня злые. На всякий случай объявили на кораблях боевую тревогу, но они свернули в устье Везера. Ну, точно в Бремен пошли. А мы проскочили мимо и я вздохнул — драться совсем не хотелось. А ведь могли и напасть — их восемь, а нас двое. Как в песне у Высоцкого. Но, видно, о моих пушках знают хорошо. А может не захотели безобразничать у своих берегов? Кто знает. Обошлось и ладно.
В бременском архиепископстве, не доходя до Дании, зашли в небольшой городок. В принципе, и продуктов и воды хватало до Бергена, а разных круп и муки и на обратную дорогу хватит, но решил всё-таки загрузить свежих продуктов, да и воду обновить не помешает. С водой постоянная морока — портится. Что я только не делал с этими проклятыми дубовыми бочками: и отдраивали их после каждого рейса, и устилал дно серебряными монетами ( слышал когда-то, что серебро помогает сохранить воду свежей), ничего не помогает. Хорошо хоть мы ходим вдоль берега и всегда можем обновить запасы воды, а как другие обходятся, что уходят в океан? Чёрт его знает. Какой-то способ наверняка есть, но я не помню. Да и не знал я этого никогда, не интересовался просто. Может стоит заменить бочки на стальные баки? Надо будет поэкспериментировать потом. Дорого получится, конечно, но если это поможет сохранять воду подольше, то окупится с лихвой.
Продуктов много закупить не получилось. Мясо только для офицеров — у горожан с мясом у самих беда, как впрочем и везде. Ничего, и на сухом мясе и сале каша не плохая получается. Зато рыбы набрали с запасом. И соленой и сушёной, до Бергена хватит. А там у норвегов рыбки купим, у них она повкуснее.
Данию проскочили за один присест, только у самого пролива остановившись на ночь. А с утра прошли пролив и пошли уже вдоль норвежского берега. Хоть и знакомый путь, но шли осторожно и не спеша, тщательно занося на карту побережье и острова. Никто нас не трогал. Да и встречали в основном рыбаков. Пару раз видели паруса крупных, относительно, судов, но одно удрало в какой-то фьорд, а другое в море. Ну, да, в море друзей нет, помню.
До Бергена не дошли — пришлось укрываться от шторма. Спрятались в каком-то фьорде и простояли там сутки. Когг сбегал до конца фьорда и обнаружил там небольшое поселение. Сначала местные разбежались, но видя, что никто не грабит и не безобразничает, вернулись. Продали даже свежей и только засоленной рыбы. Очень дёшево, хотя засол и не очень — соли маловато. Но тут понятно — соль денег стоит, экономят. Выяснилось, что у норвегов сейчас бардак. После смерти короля Хакона, на трон уселся его сын Олаф, а ему всего десять лет. Рулит всем его мать, Маргарита. И Норвегией и Данией, потому как Олаф король и там и там. Только в Дании он Олаф 2-й, а в Норвегии Олаф 4-й. Как так, не понятно. Но ни с пацаном, ни с его мамашей никто не считается. Вот жители деревни и удрали при виде нашего когга, потому как ограбить их сейчас может кто угодно. Ну, если порядка в стране нет, то да, страдают больше всех слабые. Кроме рыбы привезли даже забитого телёнка. Местный богатый бонд расстарался. Правда, что нам один телёнок, на два корабля, но похлёбку из свежего мяса всё-таки сварили. Пробовали ещё мяса прикупить, но местный кулак не продал. А грабить я не разрешил. Мы чужаки, нам лучше в местные разборки не встревать. Это местных могут простить в конце концов, а чужаков не простят никогда. Тем боле, что коровы и овцы главное богатство у местных. Земля здесь хреновая, так что земледелие не развито, занимаются в основном скотоводством. Ну и рыболовством, естественно. Ничего, в Бергене закупимся.
Через день были уже в Бергене. Закупили продуктов и набрали свежей воды. Переночевали на рейде у города, в ночь выходить не стали. Конечно, не плохо бы проскочить без всяких драк и если опережать хоть немного местных, то это можно сделать, но вряд ли. Они свои воды знают лучше, так что по любому нас опередят и встретят. Несколько корабликов, когда мы подошли к городу, выскочили из фьорда и, наверняка,
