Читаем без скачивания История падшего ангела - Мария Жукова-Гладкова

Когда одна из Славкиных поклонниц завела песню про то, что мечтает родить от него ребенка и готова отдаться ему прямо сейчас, к моей великой радости, из парадного показалась его мама и направилась к нам. Девчонки даже знали, как ее зовут, но она с ними не поздоровалась и вела себя так, словно их тут вовсе нет. Возможно, это самая правильная тактика.

– Здравствуй, Настя, он опять нажрался? Он же вроде к тебе поехал? Ты-то, я смотрю, трезвая. Зачем же ему наливала?

Ах, опять я виновата?

Тут и девчонки завели свою песню.

Сдерживаться я больше не могла, мне тоже надо было на ком-то отыграться. Ну я и выдала им по первое число, не забыв про натуралистические подробности того, что мне пришлось лицезреть совсем недавно. Славкина мама стояла, раскрыв рот, девчонки тоже.

– Все, забирайте свое сокровище, – я вручила Славку матери (слава богу, она не похожа на Агнессу Геннадьевну и никогда не устраивала ни сцен, ни дебошей, мы ее вообще не видели на концертах).

– Спасибо, Настя, – тихо сказала она. – Ты меня извини, пожалуйста. Но он каждый день такой. Устала я.

– Я все понимаю. Звоните, если что.

Я уже огибала машину, когда она снова позвала меня. Поклонницы так и стояли, обступив ее и сына плотным кольцом.

– А как же вы теперь? – спросила она меня. – Ну если Юра…

Я пожала плечами. Сама я собиралась ехать к Аньке, чтобы, во-первых, сообщить ей последние известия, а во-вторых, вместе придумать, что делать. Тем более завтра должны состояться похороны Максимова. В общем, нас впереди ждал сплошной траур.

У Аньки я застала Вездеходова, приглаживающего перед зеркалом усы. Анька была в прозрачном длинном пеньюарчике, надетом на голое тело, на которое генерал постоянно косился. Он облобызал мне ручку, пощекотав ее усами, но мое тело, пусть и не просвечивающее сквозь джинсы и свитер, его совершенно не интересовало. По-моему, он даже забыл, как меня зовут.

На мое счастье, генералу нужно было на работу (но он вчера и сегодня умудрился найти для Аньки пару часиков), так что Вездеходов распрощался с подругой до завтра.

– Зачастил он к тебе, – заметила я, опускаясь в кресло.

Анька махнула рукой и скривила физиономию.

– Женат? – поинтересовалась я.

– Уже дедушка. Фотографию внучки показывал. Жену ругал, как и все они. Но тем не менее вечерком спешит к своей пиле. Ты мне скажи, почему они все жен так боятся? Вон Максимов со своей Риткой сколько лет прожил? И ведь сколько баб у него было и сколько возможностей? Ну ладно бы дети. Не понимаю я мужиков, Настя. Ну не понимаю, и все. Ты только взгляни, какая я красотка!

И Анька принялась крутиться перед огромным зеркалом. Естественно, нахваливала себя. Никакими комплексами неполноценности Анька никогда не страдала и считала себя неотразимой. Правильно делала – потому что ее и воспринимали так, как она себя подавала. Мне еще не доводилось видеть мужика, который бы смог устоять перед подружкой. Мне бы ее уверенность в себе! Сама Анька предпочитала лиц, похожих или на Винни Пуха, или на Карлсона, утверждая, что рядом с ними чувствует себя комфортно (а по-моему, так она везде себя прекрасно чувствует). Генерал походил на первого из упомянутых героев. Ну что ж – о вкусах не спорят.

Заметив мое унылое лицо, Анька прекратила петь себе дифирамбы, плюхнулась в свое любимое кресло напротив меня и спросила:

– Что-то стряслось?

– C чего ты взяла?

– Я тебя, подруга, не первый день знаю. Ты перед приездом всегда звонишь и предупреждаешь, потому что предполагаешь, что я могу оказаться не одна. Тут у тебя были все основания предположить, что я с генералом. А ты принеслась на всех парах. И хотела увидеть меня одну. Итак?

Я ввела Аньку в курс дела. Подружка присвистнула, затем глубоко задумалась, подперев щечку рукой и глядя в стену. Не знаю уж, что за письмена она там читала. Возможно, ей напрямую шла информация из преисподней. У некоторых экстрасенсов (по их утверждениям) открыт какой-то там канал для общения с космосом, моя же подружка в таком случае вполне могла общаться с инстанцией, расположенной в прямо противоположном направлении. Я молчала, ожидая, что скажет Анька.

– Считаешь: это Агнесса? – она наконец посмотрела на меня.

Я пожала плечами, но склонялась именно к этой мысли.

– Надо ехать к ней, – заявила Анька.

– Ты что, сдурела?! – Я взвилась к потолку. Видеть Агнессу Геннадьевну у меня никогда не было желания. Теперь же я, откровенно признаться, еще и побаивалась ее. А если в самом деле Агнесса положила трех человек?

– Ну мы же меры предосторожности примем, – заявила Анька. – И все-таки вдвоем против одной Агнессы.

Я напомнила о существовании Андрюши. При его упоминании Анька только махнула рукой и скорчила такую гримасу, что я не могла не расхохотаться. Я была согласна с ней: Андрюша сейчас явно или пьян, или накурился, то есть действительность воспринимает неадекватно, а если он и трезв и не ширнулся (что маловероятно), то все равно эта тряпка нам сопротивление оказать не сможет, даже под чутким мамочкиным руководством. Ему бы только дали тихо напиться.

Затем я спросила про меры предосторожности, Анькой только что упомянутые. Она что, кухонный нож с собой прихватит? Или у нее есть еще какие-то ценные мысли по этому поводу?

Анька таинственно улыбнулась и комнату, где принимала гостей и клиентов, покинула. Вскоре вернулась из спальни, держа одну руку за спиной, и заявила:

– Угадай, что у меня в руке. Угадаешь с третьего раза – с меня сто баксов. Не угадаешь – бабки с тебя.

– Газовый баллон?

Анька усмехнулась и продолжала ехидно смотреть на меня.

– Это средство самообороны против Агнессы? – на всякий случай уточнила я, так как сто баксов все-таки было жалко, хотя я и понимала, что мы с Анькой их потратим на совместные удовольствия. Главным Анькиным принципом был следующий: делу – время, потехе – прайм-тайм. Сейчас она в очередной раз развлекалась.

Подружка кивнула. Ее физиономия стала еще более хитрой. Лиса Патрикеевна в теле кустодиевской красавицы.

– Баллончик с краской?

Анька расхохоталась и заметила, что мысль ценная и, возможно, нам стоит прикупить несколько штучек с разными цветами, причем не только для Агнессы Геннадьевны.

– А вообще, что ты все: баллон да баллон. Заладила. Не баллон. У тебя осталась последняя попытка. Разрешаю задать пару наводящих вопросов, на которые я отвечу да или нет, ну или там горячо, холодно.

– Этим можно убить? – тут же вякнула я.

– Да. – Анька кивнула с самым серьезным видом.

– Насмерть?

– Ты что, полная дура или притворяешься? – рявкнула подружка. – Тебя бы кто послушал… Вот точно говорят, что новое имя, псевдоним или создаваемый образ влияют на характер человека. Ты, милочка, смотри: не превратись в Шушу, которую ты так умело изображаешь на сцене и на всех тусовках-презентациях. Давай-ка возвращайся в Настю. Итак?

Я глубоко задумалась.

– Из него одновременно несколько человек можно убить? – задала я еще один вопрос.

– Только последовательно.

– Револьвер, – выдала я.

– Вообще-то, это пистолет, – заявила подружка, кладя оружие на стол. – Но ты почти угадала. Считаем, что никто никому ничего не должен.

Глазоньки мои округлились, и я уставилась на Аньку, не в силах вымолвить ни звука.

– Вездеходов забыл, – пояснила она, хоть я и не спрашивала. – Ну я, естественно, и прибрала к рукам. В хозяйстве сгодится. Заряжен. Я проверяла. Патронов, к сожалению, запасных нет. Ты не в курсе случайно, где их у нас в городе продают?

Я попыталась что-то сказать, но не смогла. И не о том, где тут купишь патроны, я склонялась к тому, что приобрести можно все, только нужно знать, где, у кого и за сколько. Другие мысли кружились в голове с бешеной скоростью. Честно признаюсь, не все они были хорошими, но я не смела признаться Аньке в том, что подумала.

Ведь Алику и Юрке снесли полголовы… И их убили из огнестрельного оружия… Я, конечно, не представляла, какого, да и, по словам майора Петрова, там должен быть глушитель, раз соседи не слышали выстрелов, а только грохот падающего тела. Да и вообще люди в наше время не очень-то обращают внимание на всякую стрельбу, мечтая только оказаться подальше от места боевых действий. Но Анька… Нет, о чем это я? Она же – моя самая близкая подружка. Она не могла! Никогда! Да и зачем ей? Как такое вообще могло прийти мне в голову?

Но ведь пришло же…

Я взяла себя в руки, во-первых, сказав себе, что мне в любом случае не стоит опасаться Аньки. И ведь генерал-то, похоже, оружие только сегодня забыл? Час назад?

– Ты знаешь, как им пользоваться? – посмотрела я на подружку.

– Если не ошибаюсь, я на каком-то книжном развале видела руководство, – заявила Анька.

– Чего?! – вылупилась я на нее. – У нас теперь и такое издают? Как «Word для чайников»? Или «IBМ PC для пользователя»?

– Нет, не та желтая серия для чайников, – покачала головой Анька. – Другое издательство. Но что-то похожее. Я помню, что удивилась, хотела ведь купить – сама знаешь, в жизни все может пригодиться, но у меня тогда только баксы были, а в обменку двигать лениво стало. Как всегда. Но если мы сегодня-завтра прокатимся по развалам или в выходные на «Крупу» съездим…