Буран замолчал. Я не выдержала и первой нарушила тишину:
– А дальше что? Чем всё закончилось?
– Дальше просто пипец. Она у меня на бутылку клянчить стала. Её, кроме бутылки, ничего не интересует. А потом её какой-то бомж окликнул: «Ленка, у тебя бухать есть?» Я достал из кармана пять тысяч, протянул ей: «Иди, Лена, шары залей, у тебя же больше в жизни никаких интересов не осталось. Нажрись водяры и кайфуй вместе с бомжами». Она выхватила у меня купюру и бросилась в магазин. Вот, собственно, и вся история. А ведь могла дождаться меня и жить «в шоколаде». Не захотела и получила другую жизнь. Я её действительно любил, а Олег поимел и выкинул. Ему было важно, что и моя женщина теперь стала его.
– Она сама выбрала свою судьбу. Осознанный выбор. Знаешь, а ведь эти встречи неплохи тем, что, когда ты видишь старых знакомых, понимаешь, что стоишь на другой социальной ступени и можешь гордиться своими достижениями.
– Может быть. Но я считаю, лучше не встречать тех, кого мы когда-то любили. Лучше не разочаровываться. Становится стыдно за них. Да и за себя тоже.
– За себя-то почему?
– Потому что от этой пропоицы у меня когда-то башку сносило. Если бы она мне тогда приказала отдать за неё жизнь, я бы не раздумывая это сделал.
– Но ведь она раньше такой не была.
– Вот лучше бы я её и запомнил той, какой она была раньше. Другая бы покаялась за свою скотскую жизнь, прощения стала просить, а этой только дай на бутылку.
– Ну ты же сам говорил, что она деградировала, а чего ты хочешь от деградирующих людей? За что она должна каяться? За то, что выбрала жизнь, в которой ей по-своему комфортно? Ты остался в другой жизни… Которую она если и помнит, то смутно. Такие люди живут от похмелья до похмелья и, кроме стакана водки, их вряд ли что-то интересует.
– Говорят, она даже ребёнка от местного бомжа родила. Но потом её лишили родительских прав.
Я посмотрела на Бурана и спросила крайне осторожно:
– Буран, ты вроде весь такой при понятиях. У тебя не самая лёгкая судьба, но вот объясни мне тогда: почему в твоей игре под названием «борьба за справедливость» погибают ни в чём не повинные люди?
– Ты о ком?
– О продавщице цветочного магазина… Эта картинка у меня до сих пор перед глазами стоит. Твои люди убили охранника и водителя Олега, а её-то зачем было убивать?! Ведь можно было оставить в живых…
– Случайный свидетель, – ровным тоном ответил Буран.
– Хочешь сказать, не убирать случайных свидетелей нельзя?
– Нельзя.
– Значит, любой человек может стать случайным свидетелем и лишиться жизни?
– Любой.
Буран положил передо мной палочку дымящегося шашлыка, но у меня пропал аппетит.
– Настька, давай ешь.
– Не хочу.
– Ты, наверное, думаешь, я чудовище? У меня нет сострадания и жалости?
– Ты хуже…
– Между прочим, мне тебя искренне жаль. Вдова, недавно потерявшая мужа, попала в сложные обстоятельства и вынуждена бороться не только за свою жизнь, но и за жизнь близких. Настя, так бывает… Тебе просто не повезло… Так бывает. Я буду изо всех сил стараться помогать тебе выпутаться из этой истории. Я на твоей стороне. Я всегда буду рядом. Ты можешь на меня рассчитывать. Я очень хочу, чтобы у тебя всё сложилось хорошо.
– Буран, ты сейчас прямо как благородный рыцарь, – с сарказмом заметила я. – Только рыцарь сталкивает меня в пропасть.
Буран сел передо мной на корточки, положил руки мне на колени и тихо спросил:
– Настя, хочешь, я найду убийцу твоего мужа?
– Что его искать? Я и так знаю.
– Я докажу, что это сделал Олег.
– Попробуй. Если бы Олег был на свободе, а не у вас, его можно было бы посадить, а так ты всё равно не оставишь ему шанса выжить… Как только он всё переведёт на твоё имя, ты тут же отправишь его на тот свет.
– Учти: даже если бы Олег был на свободе и ты бы располагала фактами, что твоего мужа «заказал» он, посадить его достаточно сложно. Увы, но в нашей стране сажают тех, кто не может заплатить за свободу. Закон не работает против денег.
– Вообще-то у нас и олигархи сидят…
– Это другое. Это уже политика. Я говорю про людей, которые переходят дорогу тем, кто стоит «у руля». У меня знакомая адвокатша просто за голову хватается, говорит, сейчас повторение девяностых годов. Ей стыдно за решения, которые выносят наши судьи. Судебная система стала настолько продажной, что дальше некуда. Выигрывает суд тот, у кого больше денег. Прикинь теперь свои шансы вывести Олега на чистую воду. Правильно, шансов нет. А будь у тебя на руках ещё и факты того, что он причастен к убийству, он бы просто убрал тебя следом за мужем, и всё. Я тебе ещё раз говорю: я попытаюсь выбить из Олега правду.
– Может, тогда и выбьешь, куда дели тело моего супруга? Его по-человечески похоронить нужно. Ненормально это, пустой гроб в землю закапывать…
– Постараюсь решить и эту проблему. Найдём. Скорее всего, его либо выкинули в речку, либо закопали в лесу. Если в речку, значит, где-то всплывёт. Обнаружат рыбаки, либо местные жители.
– А если закопали в лесу?
– С этим сложнее. Но я уверен, его должны найти.
Буран вдруг ласково приподнял мой подбородок, и я почувствовала его губы на своих губах. Я резко его отпихнула и, даже не притронувшись к шашлыку, пошла в дом.
Глава 12
– Настя, я кому шашлык готовил?! – Буран что было силы постучал в мою комнату. – Не дури, пошли есть.
– Не хочу.
– Открой дверь, пока я её не вышиб! – взревел мужчина.
Поняв, что с Бураном лучше не спорить, я распахнула дверь и как можно строже спросила:
– Послушай, что тебе надо?
Буран уже успел хорошо выпить и смотрел на меня какими-то стеклянными, изрядно покрасневшими глазами.
– Ты почему так со мной поступила?
– Ты о чем?
– Я как дурак всего наготовил, а ты даже ни к чему не притронулась!
– Я же сказала: ничего не хочу! Или ты не понимаешь?
Буран схватил меня за талию, прижал к себе и дыхнул перегаром.
– Послушай, оставь меня этой ночью у себя.
– Ты чего, с ума сошёл?!
– Оставь, мне одному плохо.
– А почему я должна думать о том, чтобы тебе было хорошо?! Обо мне тут особо никто не думает.
– Я хочу тебя. Давай завалимся в кровать вместе.
Я убрала от себя руки Бурана и огрызнулась:
– Зато я тебя не хочу.
– Да ладно… Ещё скажи, я тебе не нравлюсь.
– А с чего ты взял, что можешь мне нравиться?
Буран вновь взревел и схватил меня на руки. Положив меня на постель, он стал задирать платье и попытался стащить с меня трусы. Не удержавшись, я отвесила ему хорошую пощёчину и процедила сквозь зубы:
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
