ними поговорить… – он набрал номер. – Алло! Дежурный?.. Капитан Ракитин из криминального управления. Соедините меня с майором Федосовым. Срочно!
«А ведь этот парень наверняка захочет вернуть свой оберег, – подумал я, глядя на “трофей”. – Он обязательно будет его искать, и таким образом можно будет его…»
– Привет, Макарыч, – разулыбался Олег в трубку. – Чем живете-можете?.. Понятно. Я, собственно, по этому поводу и звоню. Тут у меня сидит… один журналист из «Вестника», у него задание от редакции написать материал об этом пожаре… Да, пресса у нас всегда впереди!.. Нет, я его тебе не навяливаю. Наоборот, тут с его помощью открылись некоторые обстоятельства… Похоже, придется дело у вас забирать. Не осерчаешь?.. Баба с возу, говоришь?.. Ну, может, и так. Да, нашли кое-что. На убийство тянет. Лады. Пришлю к тебе Васильченко, а бумаги потом оформим, сам понимаешь, время всегда против нас. Удачи, Макарыч!
– Вот так все просто? – делано удивился я и метнул пустую бутылку в корзину у двери. – Позвонил и тебе отдали дело? А как же профессиональная гордость?
– Причем тут гордость? – Ракитин закурил и принялся пристально разглядывать меня, будто видел впервые. – Протоколы и прочая волокита – это для начальства. Опера все и всегда решают на личных контактах. Запомни! И чем больше их у тебя, тем эффективнее твоя работа.
– Спасибо. Учту. – Я тоже потянулся за сигаретой. – Так что теперь делать будем?
– Кость – на экспертизу. Составим фоторобот твоего язычника, объявим в розыск…
– Кстати о фотороботе. Надо бы пригласить Константина, охранника из поселка. Он его лучше меня разглядел.
– Вызывай, – согласился Олег и снова снял трубку, набрал номер. – Афанасий Иванович? Добрый день. Ракитин. У меня тут косточка есть, надо бы ее срочно идентифицировать на предмет человечности… Да, есть подозрение согласно обстоятельствам… Замечательно! Сейчас пришлю.
– Костя сможет только завтра приехать, – сказал я.
– Завтра – это долго, – покачал головой Олег и ткнул кнопку селектора. – Серега, где там наш стажер… ну, Руденко этот! Пулей ко мне!
– Ладно, попробую, – вздохнул я. – Хотя внешность мне его некогда было особо разглядывать, больше руками да ногами общались…
– А ты напряги фантазию. У журналистов о-очень богатая фантазия…
– Не смешно. Я еще вот что подумал: а не попробовать ли половить этого «язычника» на живца?
– То есть?
– На его саклагыч, – кивнул я на амулет. – Дадим объявление о находке. Он же ему определенно очень нужен, раз парень явился за ним на место преступления… э-э, камлания.
– Ну да, – хмыкнул Олег. – «Найден старинный амулет в виде головы собаки. Владельца просят обращаться в редакцию газеты “Городской вестник” к журналисту Котову Д.А. с девяти до шести». Так, что ли?
– Великолепно, инспектор!
– Всегда рад вам помочь, Холмс!
– Он обязательно придет…
– И свернет тебе шею.
– Хлопотное это дело, Олежек, ты же знаешь. – Я загасил окурок, встал и потянулся за «трофеем», но Ракитин прикрыл его широкой ладонью.
– Ты хорошо подумал, Димыч, во что влезаешь?
– Ну, ты же не оставишь друга без подстраховки?
– Не оставлю.
– Значит, у нас все получится! – Я решительно забрал оберег. – Пошли фоторобота делать, а то я на деловую встречу не успею.
– О, это интересно! – Ракитин ехидно прищурился. – И каков размер бюста у этой «встречи»?
– Как вам не стыдно, инспектор?! Я же сказал «деловая», а не «личная»!
– Would you be so kind to accept my apologies?[34] – нарочито расшаркался передо мной Олег.
– Ух ты! Где это ты так навострился по-аглицки шпарить?
– На курсах по обмену опытом.
– А инструктора, случаем, не Аленой зовут?
В этот момент в кабинет без стука ворвался здоровенный вихрастый парень в форменной рубашке и брюках с сержантскими лычками на рукаве и спас покрасневшего Олега от неудобного объяснения. Но зато Ракитин выместил свое смущение на спасителе.
– Руденко, вас что, не учили, как входить к начальству?
– Извините, товарищ капитан, – растерялся богатырь, попятившись к двери.
– Стой!.. – Олег взял со стола пакетик с костью и протянул его сержанту-стажеру. – Этот ценный вещдок немедленно доставить в экспертный отдел лично капитану Клокову! Задание ясно?
– Так точно! – радостно рявкнул стажер так, что у меня зазвенело в ушах.
Когда он исчез, с грохотом захлопнув за собой дверь, я укоризненно уставился на Ракитина.
– Молодые кадры, – извиняющимся тоном сказал Олег.
– Щенок сенбернара, – сказал я.
– Ладно, пошли твоего язычника рисовать…
Вопреки моим ожиданиям, процесс создания портрета оказался не таким уж примитивным. Даже продвинутым. Меня усадили за монитор рядом с оператором, и мы с ним за каких-то сорок-пятьдесят минут сотворили практически трехмерную копию моего таинственного противника. Я даже удивился, насколько точно все получилось!
– Как живой, – восхищенно сказал я оператору.
– Стараемся идти в ногу со временем, – пожал плечами тот. – Вам сколько копий распечатать?
– Лично мне? Один портрет и одну фотку, где он вполоборота стоит. Я ее как постер над столом повешу.
Получив распечатки, я вышел в коридор управления и посмотрел на часы. Было около пяти пополудни, и я решил, что еще успею заскочить в редакцию.
Мне повезло: шеф уже ушел домой. Так что отчитываться о проделанной работе не пришлось. В нашей комнате я застал только Светлану, что-то бойко настукивавшую на клавиатуре компа.
– Привет, Солнышко! – мне нравилось общаться с ней. Было в Светлане нечто, сразу же располагающее к доверию и вызывающее желание поговорить и услышать в ответ ее замечательный голос. «Как поющая орхидея!» – услышал я однажды в редакционном коридоре восхищенный комментарий в ее адрес. И сразу согласился с ним.
– Привет, Димочка! – улыбнулась Светлана. – Чаю хочешь? Только что заварила.
Для нее мы все были Димочки, Феденьки, Женечки – и никто никогда не обижался на такую «маменькину заботу». Наверное, все мужчины в глубине души до старости остаются большими детьми, ищущими материнской ласки.
– Ну вот. А я хотел тебя сам угостить, – притворился я растерянным.
– А ты сделай парочку бутербродов и угости меня, – лукаво подмигнула Светлана.
– Сей секунд! – искренне обрадовался я и кинулся к холодильнику.
Буквально через десять минут мы уютно устроились в нашем «чайном уголке», уплетая бутерброды с сыром и запивая душистым зеленым чаем, в который Светлана добавила какие-то свои травки.
– Ну, как продвигается твое задание? – поинтересовалась Солнышко.
– Ты какое имеешь в виду?
– А что, у тебя их несколько?
– С утра нарисовалось второе, – сказал я и саркастически добавил. – Стараниями любимого шефа.
– Это он тебя на «слабо» проверяет, – кивнула Светлана. – Ну и как?
– А никак! Похоже, оба задания сливаются в одно. Мистика сплошная!
– Расскажи, пожалуйста, мне очень интересно!
Ну разве я мог ей отказать? Уложился в двадцать минут, включая свою идею о «ловле на живца».
– Вот
