Он сидел в кабинете, вытянув ноги к огню искусственного камина и прикрыв глаза.
«Тайное общество учёных. Бред какой-то. В любом случае кто-то старается надавить на меня, пытается манипулировать, угрожая самому дорогому. Кто бы это ни был, безнаказанным он не останется! Я не прощу!» – косточки пальцев на крепко сжатых кулаках побелели.
Сигнал на экране монитора оповестил о приходе почты. Подойдя к столу, Главный Хранитель увидел, что пришёл отчёт экспертизы. Быстро открыв письмо, он пробежал глазами длинные строчки с терминами и определениями. Внизу в разделе «Вывод» было указано: «Причина смерти – остановка сердца неясной этиологии. Организм практически здоров. Функциональных нарушений не выявлено».
«Странно. Практически здоров, и вдруг остановилось сердце. Почему? Воздействие со стороны? А если, правда, тайное общество учёных? – он стал быстро ходить по кабинету. – Если это правда, то я никому и никогда, никаким там обществам, не позволю отнять у меня то, что я создал и храню уже столько лет. Что они себе возомнили? Разве я когда выказывал пренебрежение учёным, их работе? Они захотели войны. Они получат её. Никому и никогда не позволено покуситься на моё. Жалкие теоретики! Замахнуться на мир, который создан мною и принадлежит мне! Они что думают, что я стар, оттого сентиментален, и мною можно крутить, как хочешь? Я докажу. Я покажу, кому принадлежит этот мир».
Он прошёл за рабочий стол. Нажал сигнал вызова секретаря. В ту же минуту дверь отворилась, и на пороге появилась симпатичная девушка – робот.
– Кира, сформируйте и зарегистрируйте Указ.
– Слушаю вас.
От сегодняшнего числа – 10 февраля 2234 года. Номер по порядку.
Указ «О запрете дестабилизирующей деятельности»:
«Я – Главный Хранитель Корпорации «Земля», руководствуясь единственной священной целью – охраной незыблемости установленного миропорядка, с сегодняшнего дня и навечно,
ПОСТАНОВЛЯЮ
• Ввести запрет на деятельность в любой области, в том числе в научно-исследовательской, результат которой приводит / может привести к изменению существующего миропорядка в любом его аспекте.
•
Ввести лицензирование на все виды деятельности, результаты которой влияют / могут повлиять на существующий миропорядок. Правом выдачи лицензии наделяется Главный Хранитель корпорации «Земля».
•
Приостановить всю текущую деятельность по этим направлениям.
• Предоставить Кураторам в месячный срок работы для лицензирования по своим направлениям.
• Закрыть и архивировать все работы, не подтверждённые лицензиями в течение месяца со дня вступления в силу настоящего Указа.
• Присвоить уровень секретности «А» ко всем материалам, вышеуказанных направлений, сданных в архив.
• Нарушившие настоящий Указ, вне зависимости от их социального статуса и декларируемых целей, объявляются вне закона и подлежат аресту, суду и социализации вплоть до аннигиляции».
Кира, как сформируешь, пришли мне на подпись. Ступай. Да, и пригласи ко мне Координатора.
***
Координатор, вальяжно откинувшись, смотрел на Куратора энергетики, который стоял напротив его стола.
– Ну, что ж, уважаемый, Амин, я пригласил вас, чтобы сообщить нечто чрезвычайно важное, – выждав эффектную паузу, с удовольствием наблюдал, как бледнеет лицо Куратора, продолжал. – Главный Хранитель принял, наконец, решение по вопросу, столь живо вами обсуждаемому на последней коллегии.
Куратор достал из кармана платок и вытер вспотевший лоб.
– Какое решение? – осипшим голосом спросил он.
– Да не переживайте вы так. Мы же с вами обо всём договорились, а я всегда держу своё слово.
Координатор быстро пробежал пальцам по нижней части монитора, лежащей на столе. На браслете Куратора прозвучал сигнал оповещения. Он скосил глаза на браслет.
– Почитайте, почитайте. Надеюсь, утренняя почта вас порадует, – усмехнулся Координатор.
Вызвав виртуальный экран, Куратор принял почту и прочитал сообщение: «УКАЗ № 2378 – ГХ от 10 февраля 2234 года «О запрете дестабилизирующей научной деятельности». Внизу письма шла пометка: «В соответствии с Указом № 2378 – ГХ от 10 февраля 2234 года, дело Глеба Лунна об открытии фито-энергии закрыть, к материалам применить кодировку секретности уровня А, и сдать в архив. К Творцу-Учёными, открывшему фито-энергию, применить щадящие меры воздействия – корректировки памяти с сохранением профессиональных и человеческих качеств. Срок исполнения – сутки. Ответственный за исполнения – Куратор—Хранитель внутренних дел и Элизиума. Контроль возложить на Координатора Хранителей».
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Куратор вскинул глаза на Координатора:
– Уважаемый, Коллист! Если бы вы только знали, как я вам благодарен, – он прижал руки к груди, – от всех нас, от миллионов энергетиков и их семей. Позвольте и мне выполнить своё обещание. Выразить нашу благодарность скромным даром, знаком почтения и уважения, – он, суетясь, стал что-то быстро набирать на экране браслета.
– Амин, ну что за церемонии. Это мой долг, моя работа, – протянул Координатор, с нетерпеньем поглядывая на Куратора. Прошла томительная минута. Наконец, на экране монитора Координатора раздался сигнал оповещения. Коллист быстро открыл письмо и прочитал: «Выписка из реестра учёта недвижимости планеты Земля. На имя Ботов Коллист идентификационный номер ХМ23052166356 зарегистрировано право собственности на остров в Атлантическом океане с координатами …».
Координатор довольно взглянул на Куратора:
– Право не стоило, – сказал он, потирая руки и улыбаясь.
Амин энергично потряс головой:
– Учитывая ту напряжённейшую и наиважнейшую работу, которой вы занимаетесь, не щадя себя, вам жизненно необходимо полноценно отдыхать! И поверьте, нет ничего более восхитительного, чем несколько дней на этом острове. Поистине это рай на Земле со всеми удобствами, стилизованными под природный первобытный ландшафт. Идеально вышколенный персонал, при этом, заметьте, исключительно люди, – он многозначительно поднял вверх указательный палец. – А какой там пляж! Какой океан! Триста дней в году мягкое солнце, – абсолютно всё, что необходимо для того, чтобы расслабиться после напряжённой работы.
– Благодарю вас, Амин, за столь ценный подарок. Только когда я им воспользуюсь, – сложив пальцы домиком и подняв к потолку глаза, вздохнув, проговорил Координатор.
***
Солнце уже зашло, когда начальник личной охраны Главного Хранителя вошёл к нему в кабинет.
– Главный Хранитель, позволите?
– Заходи, Арес, садись.
Арес молча сел.
– Видел заключение экспертизы?
– Видел. Экспертиза показала, что похититель был абсолютно здоровым человеком. Похоже на то, что сердце ему просто отключили.
– Кто?
– Тот, кому это было нужно.
Главный Хранитель вопросительно взглянул на Ареса.
– Отключил тот, кому это было выгодно. А по моим данным единственным выгодополучателем за последние дни стал Координатор.
Главный Хранитель откинулся на спинку трансида:
– Ты что подозреваешь Координатора? – свистящим шёпотом проговорил он.
– Я никого не подозреваю. Я констатирую, что сегодня Координатор получил выписку из реестра недвижимости Земли, в которой указано, что на его имя сделана дарственная. Ему подарен остров в Атлантическом океане. Правда, – Арес чуть помялся, – сделка фактически оформлена ещё месяц назад. Так указано в выписке, но чтобы это подтвердить и установить дарителя, мне необходима ваша санкция.
Главный Хранитель устало провёл рукой по лицу. Задумался. Потом произнёс:
– Ничего не надо. Я сам разберусь. Спасибо Арес, ступай.
Арес вышел.
«Остров. Что за остров? Почему остров? За какие такие заслуги? И кто мог подарить? Месяц назад, а, предположим, не месяц. Кому было выгодно… – крутились в голове слова Ареса.
Главный Хранитель вызвал Киру.
– Кира, пригласи ко мне Куратора энергетики. Сейчас.
Он вошёл в кабинет через пятнадцать минут. Поздоровался и остановился нерешительно у порога. Ни ответного приветствия, ни приглашения войти не было. Главный Хранитель молча смотрел на него. Куратору казалось, что острый взгляд холодных серых глаз видели его насквозь, видел все, что творилось в его душе, в его голове. Куратор съёжился, но не посмел отвести глаз. Несколько тягостных минут длилось молчание. Наконец, Главный Хранитель негромко произнёс:
