пришел позвать тебя на романтический вечер, — Аверин сел в кресло, прислонив к ручке трость, — то ты почти не ошиблась. Я хочу пригласить тебя на прогулку в одно очень романтичное место. Ты ведь любишь, когда тебя связывают, бьют плетью, заставляют ползать на коленях?
— Вообще-то не очень, — Анастасия присела на диван напротив, — но если вы мне расскажете, зачем это надо, я могу и согласиться. Вы хотите куда-то меня отвести?
— Именно, — он рассказал ей о месте, в котором побывал, не скупясь на подробности. Не забыл упомянуть и о безголовом теле. Вероятнее всего, оно оттуда. С каждым его словом Анастасия мрачнела, а под конец рассказа, когда он живописал «танцы у шеста», ее взгляд стал совсем холодным.
— Значит… вы хотите проникнуть туда под видом гостя? И я вам нужна в качестве сопровождения и вероятной защиты, на случай, если вас раскроют? Я правильно поняла?
— Всё верно. По словам Кузи, самый сильный из встреченных им дивов был примерно седьмого уровня. Сильные фамильяры принадлежат гостям — вряд ли они встанут на защиту хозяина этого заведения. Хотя, у него тоже может оказаться фамильяр. Дивы клуба довольно слабы. И неудивительно: слишком много людей незаметно в нынешние времена скормить диву невозможно. Но ты это знаешь.
— Основную силу я набрала не на людях, — губы Анастасии тронула едва заметная улыбка, — я много сражалась.
— В войнах?
— И в войнах, само собой. Но было и другое. Сейчас вызов дива первого класса — это целое событие. Но когда-то было по-другому. Человеческая жизнь стоила очень дешево, поэтому дивов вызывали часто, и сильных. И существовала такая практика: колдун вызывал из Пустоши сильного дива, а своего заставлял сражаться с ним. Кто побеждал, тот и оставался на службе. Ну и увеличивал силу, соответственно.
— И ты побеждала.
— Конечно. Некоторые мои хозяева очень любили такие развлечения. Знаете, развлечения, о которых вы рассказали мне, — ничто по сравнению с тем, как с нами обращались раньше. Если бы вы видели, что люди творили с дивами в те времена, когда мир был более жестоким местом, вы бы не смогли спать по ночам.
— И тем не менее ты согласна мне помочь?
— Согласна. В этом вы правы.
— И почему же?
— Я уже сказала, сейчас мир стал намного лучше. И многие люди, и не только люди, прилагают множество усилий, чтобы сделать его еще более хорошим местом. И я ненавижу подонков, которые пытаются тащить его назад, в темные времена. Поэтому я вам помогу. Мне нужно притвориться вашим дивом?
— И не только. Тебе нужно будет не притворяться. Тебе нужно будет им стать.
— Стать?
— Да. В этом клубе полно дивов и немало колдунов. Они сразу заметят, что ты не принадлежишь никому из присутствующих.
— И… вы хотите привязать меня к себе?
— Да. На короткое время, естественно. Иначе не получится, ты же фамильяр.
— Что же, тогда нам нужно поговорить с Алешей. Только он может дать такое разрешение.
За Алешей она сходила сама. Когда она вкатила кресло с мальчиком в гостиную, лицо у того было очень серьезным и сосредоточенным. Похоже, она уже успела что-то рассказать.
Аверин улыбнулся:
— Ну что Алеша, одолжишь мне ненадолго свою маму?
Мальчик серьезно посмотрел на него:
— Ывы п-йдете спа-а-асать ди-ав? И ль-юдей?
— Да, Алеша. Людей я уже спас, четырех девушек, их хотели мучить и жестоко убить. А дивов мучают и убивают до сих пор. Я должен их спасти. Твоя мама обещала мне помочь, но только если ты разрешишь. Ты должен отпустить ее, чтобы я мог… — он попытался подобрать слово.
— П-йи-вязать. Я зна-а-йу, я чи-ита-й.
Аверин встал, подошел и наклонился к нему:
— Ты ведь знаешь, кто твоя мама? Так?
Мальчик наклонил голову.
— Я не ма-й-ень-кий.
— Вот и отлично. Тогда договорились? — он протянул Алеше руку. — Я зайду вечером и приготовлю всё к обряду.
Мальчик пожал руку и снова наклонил голову.
— Отлично, — Аверин обернулся к Анастасии:
— Тогда подбери подходящую личину под это, — он показал на сумку, которую принес с собой.
— Что это?
— Ханьфу. Сейчас можно купить едва ли не в любом магазине. У твоего облика должны быть черные волосы. Постарайся как-нибудь воткнуть в них заколки, которые я принес. Будем самыми модными в этом гадюшнике.
Внешность у чародея Аверин сделал себе вполне европейскую. Даже чем-то похожую на собственную, только чуть помладше и с другой формой лица. Цвет глаз и волосы оставил прежними. И, посмотрев в зеркало, остался доволен. Узнать будет затруднительно, а отвращения эта личина не вызывала. Оставалось решить еще один важный вопрос.
Он набрал номер брата.
— Поместье графа Аверина.
— Анонимус, это я. Позови Василя.
— Слушаюсь.
— О, это ты, привет, — раздался в трубке голос брата, — ты уже вернулся из столицы? Приедешь, расскажешь, как всё прошло?
— Конечно, обязательно. Сразу же, как только освобожусь. Слушай, у меня к тебе важное дело.
— Конечно, говори.
— У тебя, случайно, нет яхты?
— Случайно, есть. А тебе какую надо?
— У тебя их несколько, что ли?
— Три. Я поэтому и спрашиваю, для чего тебе. Просто прокатиться недалеко или погулять с большой компанией? И где? По Ладоге или по заливу?
— Ох, ничего себе вопросы… мне нужно от Приморска добраться до Бьёркского архипелага.
— Понятия не имею, где это.
— Ладно. Мне нужно что-то, что выглядит прилично и при этом не перевернется зимой на море. Кузя умеет летать, а я, к сожалению, нет.
— А, ну возьми тогда «Чайку». Она надежная, морская. А что, там навигацию открыли?
— Не совсем… там работают ледоколы.
— А, ну отлично.
— Еще нужно перевезти ее в Приморск. Желательно по суше.
— Ну-у это вообще не проблема. Перевезем в лучшем виде. Тебе когда надо?
— Завтра.
— Завтра? Ну… хорошо, тогда я сейчас позвоню и договорюсь.
Вечером, как и обещал, Аверин отправился к Анастасии.
Он позвонил в ворота и обомлел. Калитку ему открыла юная китаянка.
Протянув руку, она увлекла его в сад.
Только мурашки по коже подсказали, кто перед ним на самом деле.
— Ничего себе… это что, настоящая китаянка? — совершенно искренне удивился он.
— Японка. Я расскажу, только пойдемте в дом, тут холодно для шелкового платья. Я, конечно, не простыну, но это всё равно неприятно.
Аверин пошел за дивой. Вот что имел в виду Кузя, когда отказался от пальто. Див не пострадает от последствий переохлаждения. Но даже сейчас, глядя на хрупкие плечи китаянки-японки Анастасии, Аверину захотелось прикрыть их.
Когда они зашли в дом, Анастасия забрала его пальто, шапку и, опустившись на колени, расшнуровала и сняла ботинки. Всё это она
