«Да каких тебе вестей подавай! Если бы не эта сбежавшая идиотка все бы уже решилось, — парень не смог сдержать раздражения. — И что значит поедем все вместе? Это у меня путешествие с невестой, зачем нам третий лишний? Ничего не понимаю. Лучше бы денег одолжил, чем лезть без спроса в мою жизнь. Так надоели эти несчастные крохи от работы двух гостиниц, принадлежавших ранее маме».
Максим попробовал занять денег у друзей и ближайших знакомых. Кое-кто был уже в курсе его финансовых затруднений и просто не брал трубку, понимая, о чем пойдет речь.
Сроки выплаты долга «Тамерлану» подходили к концу, да еще % теперь нужно платить. Черт, как же выкрутиться из этого щекотливого положения?
Макс вспомнил о Руслане Соколове. Не то, чтобы они были лучшими друзьями, мужчины были, скорее, коллегами в строительном бизнесе, пересекались несколько раз в тренажерке в фитнес-клубе, да пару раз встречались на вечеринках общих знакомых.
Набрав номер, Макс стал ждать. В ответ звучали протяжные гудки, еще секунда и вызов был бы завершен.
— Да, слушаю Вас, — в трубке прозвучал бодрый голос Руслана.
— Здорово Сокол, сто лет тебя не слышал, не видел! Как она, жизнь молодая раздольная? — Максим попытался придать голосу оттенок беспечности.
— Здорово Макс, богатым будешь, не узнал сразу тебя по голосу. Ты что, простыл, хрипишь чего-то.
Максим откашлялся, а потом продолжил.
— Да, было бы неплохо разбогатеть. Давай как-нибудь встретимся в кафе «Абрикосовъ» или еще где-нибудь посидим, поговорим. Ты как? Не против?
— Знаешь, Макс, я не против. Правда, сейчас я в Москве на выставке строительной. Вернусь только завтра, новые контракты намечаются. Извини, не могу я сейчас уехать и дело запороть.
— Понимаю. Наслышан я, как ты бизнес отца из ямы финансовой достал и в гору с крейсерской скоростью прешь. Респект тебе и уважуха, Рус.
— А ты чего хотел то? Говори, не тяни кота за причинное место, — Руслан хохотнул и взял паузу. В трубке повисла неприятная тишина. Максим замялся, не зная, как попросить денег в долг, — Да ладно, перебьюсь, вернешься в Питер, тогда и обсудим. Я хотел тебе дело одно предложить, — соврал Климов. — Созвонимся позже, прости у меня вторая линия, пока.
Гудки прекратились. На второй линии не дождались и отключились.
На экране высветился номер клуба «Тамерлан». Максим лихорадочно заходил по комнате.
«Значит уже устали ждать и звонят. Этим звонком намекнули, что пора бы и долг отдать. А как отдать, когда я сейчас на мели и никак не могу выдернуть деньги из бизнеса отца. Одна надежда на этот гребанный аукцион. Жаль, отец не говорит, кто владелец кольца Шопеновского, так бы можно было сразу два дела провернуть. Вот что за люди! Дались им эти побрякушки, толку с них. Лежат мертвым грузом, который ни в дело вложить, ни съесть, ни выпить. Коллекционеры хреновы, бесполезные же вещи, пылятся по полкам и углам… Название-то какое пафосное выдумали для этого — РАРИТЕТЫ, твою ж мать! Ну ладно, либо кольцо, либо рукопись раздобуду, клиенту продам, вот и долг закроется. А то папочка только говорит, что мы с ним совладельцы, а сам к серьезным делам не подпускает, держит на побегушках, как наемного клерка, а не родного сына», — Максим мысленно искал выход из своего щекотливого положения.
Словомешалка в голове не давала успокоиться. Максим чувствовал себя загнанным в капкан зверем, который несвободен, полностью зависим и вынужден сидеть на цепи.
«Вот ведь отец, тот еще крендель, хоть уже и старый пень. Нанял такого неподкупного управляющего, что вот, ну, никак не договориться с ним. Поехать на фирму что ли к папочке, заодно и разведать, кто там еще будет на аукционе. Все ж не дома сидеть. Устал я что-то», — тяжелые мысли не давали Максу покоя.
Сообразив, что можно сделать рокировку и заменить пропавшую Людмилу, новой оригинальной Гладковской, Максим на время успокоился. Депрессия отступила, Максиму казалось, что решение найдено.
Придется изображать некоторое время влюбленного по уши жениха, — Максим ухмыльнулся, — ну, и пусть пока эта барышня побудет недотрогой. Фото в журнале с ней должны были быть совсем другого толка, а получились скандальными. Да и черт с ним, как там журналюги написали, ах, да, «Милые бранятся…»
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Интересно заметит ли отец подмену девушки. Думаю, что вряд ли. За такой короткий срок невозможно изучить человека досконально. Главное теперь, чтобы и эта не сбежала раньше времени. Как трудно с этими девушками.
А эта новая Людмила, горячая штучка, прямо пылала вся, когда я на нее смотрел и готов побиться об заклад, что я ей тоже нравлюсь. Правда, она не может даже сама себе в этом признаться!
Ну, что, Максим Андреевич, пленных брать будем? — мужчина привстал, облокотившись на локоть, повернул голову и чуть склонил ее набок. Потом встал и занял наиболее выгодное положение, чтобы продемонстрировать высокий рост и поджарую спортивную фигуру.
В довершение он подошел к отражению в зеркальной стене и улыбнулся одной из своих соблазнительных улыбочек, которые демонстрировал женщинам.
Хорош, — Макс самодовольно оглядел себя, провел рукой по густым темным волосам, наклонился, поднял и повертел в руках гантели, но в последний момент передумал и с грохотом отправил их на свое место. Нечего портить то, что и так, по его мнению, было идеальным.
«Девушки, вы всегда попадаетесь на одни и те же уловки. И новоявленная Людмила не будет исключением», — с уверенностью подумал Климов. Максим уже называл ее Людмилой, полностью исключив ее настоящее имя Виктория. «Похоже, что эта партия обещает быть особенно интересной. Белые начинают и выигрывают», — мужчина самодовольно подмигнул себе, глядя в зеркало и начал неторопливо одеваться. Еще немного и он снова сможет играть в покер, сорить деньгами и не заботиться о финансовой стороне своей жизни.
Через несколько дней его ждет свадебное путешествие. Макс словно невзначай спланировал их отдых так, что полетят они с невестой на Майорку, где будет проходить аукцион, на котором он предъявит права на раритеты.
А вот выпадет ли ему, как говорят при игре в покер, «Флеш-Роял» или хотя бы «Фулл Хаус», покажет время.
Максим взглянул на часы, которые он носил на правой руке, пора было ехать за Людмилой. Не хотелось опоздать на такое знаковое мероприятие в честь открытия новой сети отелей в Европе. Отца, похоже «отпустило», и он больше не злился за прошлые проигрыши, которые ему пришлось оплатить, чтобы спасти гостиницы, которые принадлежали по документам Максу, но по факту являлись частью семейного бизнеса.
Интересно, какой приготовил ему сюрприз отец. Максиму не терпелось побыстрее все узнать.
Спустившись в подземный гараж, он придирчиво оглядел авто, выбирая скорее нутром, чем глазами. Питая слабость к черно-белой гамме Максим в последний момент, поддавшись внутреннему импульсу, выбрал темно-синий Мерседес с серебристыми дисками. Это была некогда любимая машина Андрея Борисовича, в которой он любил путешествовать со своей женой и матерью Максима. Сняв с машины чехол, Макс с любовью погладил блестящий бок отвергнутого отцом "железного красавца".
«Немец» приятно заурчал двигателем, Макс сел за руль, набрал номер Виктории и перешел на громкую связь.
— Дорогая, через 40 минут я заеду за тобой. Какие цветы любит моя белая королева? — Максим вложил все свое обаяние в эти два незамысловатых предложения.
— Здравствуйте, Максим, — холодно поприветствовало своего босса и фиктивного жениха Виктория. Думаю, что позволю вам проявить свои лучшие качества и выбрать букет на свой вкус. На людях я должна называть вас по имени или также дорогой?
— Для меня это не принципиально, — Максим прибавил ходу, посигналил и обогнал белую Бэху, — не забывай, что тебя зовут Людмила и представляться ты должна именно так. И еще пора переходить на «Ты» и сокращать дистанцию. Будет очень странно выглядеть для окружающих, если моя невеста будет от меня шарахаться, как черт от ладана.
