Читаем без скачивания Охота на обезьяну - Далия Трускиновская

– Да-а… – Гешка был крайне озадачен.

– Ну, не могу же я дыхнуть в трубку! Ты можешь сейчас умотать из дому?

– Может быть, – неуверенно сказал Гешка.

– Это ненадолго. Я, видишь ли, заблудился, не могу поймать такси, и в какую сторону бежать – тоже не знаю. Ты только побудь со Светкой до моего прихода! При постороннем ничего плохого не случится, понимаешь?

– Ладно, – и тут Гешка перешел на шепот, – а вы где?

– Черт его знает! Тут поблизости должен быть старый военторг и сквер. Я обошел весь квартал, а его что-то нет.

– А что есть? – спросил мудрый Гешка.

– Улица, аптека… Вывеска у нее дурацкая – розовая чаша и зеленый змий! Знаешь, эти жуткие неоновые вывески? Дальше – какой-то магазин с витринами… В витринах как будто манекены. Трамвайные рельсы… – принялся перечислять Артем.

– А денег у вас с собой много? – таким же шепотом осведомился Гешка.

– Да найдется!

– Тогда идите вдоль рельсов… Они там где-то рядом должны за угол заворачивать. Идите туда, к повороту, идите, идите…

– И куда же я выйду?

– Повернете вместе с рельсами…

И тут в трубке раздались гудки.

Во второй раз Артем звонить не мог. Он окинул взглядом улицу – действительно, с одной стороны блестевшие в фонарном свете рельсы уходили чуть ли не к горизонту. Зато с другой через квартал заворачивали за угол.

Не понимая, что же имел в виду Гешка, Артем пошел в указанном направлении, ругая себя за этот звонок. Если бы он не решил, что звонок просто необходим, то побегал бы, побегал, нашел двор, из которого выскакивал, прошел сквозь подъезд и напротив военторга наверняка поймал бы такси. А теперь он вынужден выполнять странное Гешкино указание…

Шел он таким образом минут десять.

Иномарка, катившая навстречу, вдруг затормозила. Дверца приоткрылась, высунулся веселый Гешка.

– Дядя Артем, сюда!

Он был в машине один и, естественно, сидел за рулем. Причем сидел вполне прилично – пристегнутый ремнем безопасности.

– Чья это машина? – строго спросил Артем.

– Ну, моя.

– Откуда у тебя может быть машина?

– Мама купила, – честно глядя в глаза объяснил Гешка. – Да вы не пугайтесь, она же дешевая. Всего восемьсот баксов!

– Тебе хоть шестнадцать-то есть? – Гешка так ловко повел свою иномарку, что Артем как-то успокоился.

– Да есть мне шестнадцать!

Артем посмотрел на мальчишески тонкий профиль. Интересно, отяжелеет ли когда-нибудь эта милая мордочка, вылепится на мужской лад, или такой и останется?

– А права?

– Будут права.

– Как же тебе мать позволяет?

– А это чтобы я не пил. Я полтора года назад пить начал. По-черному! – с восторгом вспомнил боевое прошлое Гешка, а Артем ужаснулся, вообразив, сколько же ему было лет. – Ну, мелкий был, глупый. Ей на работе сказали – купи своему оболтусу машину, перестанет. Ну, она купила…

– И не пьешь? – спросил Артем несостоявшегося алкоголика.

– А чего? Теперь мне пить незачем.

– Даже пиво?

– Пиво – могу, только я после пива в машину не сажусь. Я матери слово дал. Представляете, дядя Артем, она меня в церковь повела и там слово с меня стребовала!

Артему стало ясно – по дискотекам Гешка бегал исключительно пешком.

– А как ты из дому смылся?

– Очень просто – в окно. Мы же на первом этаже живем.

– Когда мать поймет, что ты взял машину, она с ума сойдет… – безнадежно произнес Артем.

– Не сойдет! – Гешка держался за рулем довольно уверенно, не гнал, не валял дурака на поворотах. – Она знает, что если я на машине, то все будет нормально.

– Как завтра расхлебывать будешь? Может, мне с тобой к ней сходить? – предложил Артем.

– Завтра посмотрим, – совершенно по-мужски отвечал Гешка. – А что стряслось хоть? Какая еще женщина? Что она там может наделать?

– Я не знаю, – сказал Артем. – Я только знаю, что от нее всего можно ожидать. Видишь ли, Алекс сейчас в реанимации. Ему подсыпали в чай столько снотворного, что слону бы хватило. Ну так это она…

Гешка от изумления выматерился.

– И она вернулась туда за письмом, – сделав вид, что никакой матерщины не расслышал, продолжал педагог Артем. – И она во что бы то ни стало попытается забрать его у Светки – если Светка только его нашла. Там, в этом письме, что-то такое написано, из-за чего она отравила Алекса.

Точнее я и сам не знаю.

– Ясно, – сказал Гешка. – Пристегнитесь, дядя Артем.

Артему приходилось иметь дело с цирковой молодежью. Но цирковая была другой. Она вынуждена была соглашаться с иерархией, потому что если династия – то сын и дочка работают в отцовском или материнском номере, должны слушаться, а когда молодой человек пришел в цирк со стороны – то тем более почитает старших, иначе вернется туда, откуда взялся.

А за пределами цирка ребята его просто поражали. Восемнадцатилетний двухметровый младенец-панк, или этот вот Гешка – вполне зрелая личность, или красавица Светка, цитирующая Библию и живущая с горбатым стариком…

Сейчас не было принято так ругать молодежь, как в годы юности Артема, сейчас ее прощали – вокруг безработица, образование не всем по карману, профессии учить – так непонятно, какая через три года понадобится… Хоть одна польза была от преобразований последнего десятилетия – они отучили родителей читать мораль взрослым детям.

Артем вспомнил, как разъяренный Сережа понесся громить жуткую квартиру.

Тоже ведь чьи-то детки там дурью маются… И будь он неладен, этот десантник, из-за него тогда не удалось толком расспросить Гешку!

– Слушай, Геш… – Артем не мог придумать, с чего начать, потому что один раз на этой теме уже вышла пробуксовка. – Я про Андрея… Он тебе не рассказывал, почему из дому намылился?

– А это что – важно? – осведомился Гешка.

– Да мне сейчас все важно. Тут такой узелок завязался – не знаешь, за какую нитку тянуть. А развязывать надо.

– Именно вам – надо?

– Именно мне, старому дураку, – признался Артем. – Он же неплохой парень, этот Андрей, вот сам себе на жизнь зарабатывает, в коллективе его хорошо приняли… Обезьяну вот у нас в репризе уже сыграл… И все теперь рухнет – псу под хвост!

– Не рухнет, – обнадежил Гешка. – Найдем Андрюху, разберемся, он к вам в цирк вернется…

– Если его раньше менты не загребут. Этот мой идиот Сереженька понесся квартиру на Суворовском сдавать ментам! Ну, которые сегодня ночью рейд проводят.

– А Андрюха – там! – сразу понял Гешка.

– Я все-таки надеюсь, что Ика успеет его увести…

Гешка снизил скорость, потому что дорога пошла колдобистая.

– Он из-за ерунды из дому ушел. К нему мать с какой-то теткой прицеплись.

Там они квартиры менять задумали, а Андрюхе уже восемнадцать, так чтоб он фиктивно на ком-то женился, потом развелся, потом еще что-то…

– Трудно, что ли, фиктивно жениться? – как бы безразлчно спросил Артем.

– Они его достали! – воскликнул Гешка. – Он говорил – заврались обе, мать – точно завралась, а та тетка – крейза в натуре! Что ей не фиктивный брак нужен, что она его с рождения достает… Может такое быть?

– Может, – твердо сказал Артем. – Долго нам еще добираться?

– Приехали, – сказал Гешка.

– Не понял… – сказал Гешка, ощупывая звонок. – Что тут вообще такое, все спятили, да?

Он имел в виду шкаф, наехавший на дверь так, что протискиваться приходилось боком, и выдранный с корнем звонок, висевший на одном проводке.

– Колотить в дверь не имеет смысла, – Артем вовремя удержал сердитого Гешку. – Если колотить, то нам тем более не откроют. Тут сегодня такое творилось…

– А как же тогда?

– Светка вырвать звонок не могла, – стал рассуждать Артем. – Выйти на лестницу, выдрать звонок и вернуться – как ты полагаешь, это крейза или не крейза?

– Крейза! – охотно согласился Гешка.

– А допустим, к ней пришел кто-то, который не хочет, чтобы ему помешали с ней разговаривать. Этот человек звонит, ему из-за двери отвечают, и он, перед тем, как дверь отворяется, ликвидирует звонок. Ну как, это уже не крейза?

– Что будем делать? – спросил в ответ Гешка.

– Делать… Баррикаду видишь?

– Ну?

– Над ней люк, через люк залезем в мастерскую, оттуда спустимся в кладовку.

– Он что, открыт? – недоверчиво поинтересовался Гешка. – Нарочно для нас открыли?

– Его час назад мой Сереженька ненаглядный раскурочил, – объяснил Артем.

– Мы там уже лезли… Когда Алекса отравленного нашли.

На Гешкиной физиономии отразилась живейшая радость. Ночью, по баррикаде, в люк!.. Панк бы взвыл «Вау-у-у!!!», а этот воздержался. Только заметил:

– Клево…

И тут Артема удивило одно совпадение. Час назад по мебели вскарабкался Сережа и протянул ему руку. Сейчас, не тратя слов, точно так же забрался на самый верх Гешка и точно также протянул руку – правда, рука была вдвое тоньше. Вот только выставить люк он сам не сумел – плечи не те, спинка не та. Это пришлось делать вдвоем.