Читаем без скачивания Колыбелька из прутиков вербы - Галина Артемьева

Человек слаб. Но разве не человек изобрел атомную бомбу? Тут ведь тоже – в самом начале действует сила мысли. А раз так, значит, можно придумать и то, как от бомбы защититься.

Отец ничем не мог ему помочь. Он только говорил, что силы разрушения и зла – слепы. И что очень важно научиться все испытания принимать с достоинством. И что смерть когда-нибудь приходит за каждым.

Все так. Но эти истины не давали ответа на вопросы Юкио.

Он вырос среди своих книг, размышлений, страхов и поисков. Учился в университете, выбрав специальностью английский язык, чтобы потом, вооружившись им, путешествовать по миру и разобраться, какими страхами живут люди в других краях. Брат изучал юриспруденцию. Всеми делами заправляла мать. Хватка у нее проявилась волчья, и младшенький пошел в нее. Со старшим ей пока не все было ясно: голова светлая, память великолепная, усердие выдающееся. Но интересуется не тем! Впрочем, причины этого очевидны: он слишком много времени проводил в разговорах с отцом, а то, что заложено в детстве, остается с человеком на всю оставшуюся жизнь.

Однажды в университетской библиотеке попалась Юкио в руки книга с легендами народов мира. История голема поразила его настолько, что учиться после окончания Токийского университета он отправился в Прагу. Он летел в Европу, твердо убежденный, что сумеет повторить то, что сделал когда-то ребе со своими помощниками. Он очень четко продумал, что именно ему необходимо для этого. Во-первых, знание каббалы, владение древнееврейским, чтобы точно воспроизвести все заклинания, а также – влтавская глина, с того самого места, где был сотворен голем.

Конечно, о мотивах своего желания отправиться учиться в Прагу молодой человек поведал только отцу. Старик встрепенулся, воодушевился, но потом, после некоторого раздумья, поинтересовался, зачем понадобился Юкио защитник из глины?

А затем! – примерно такой, хотя и в более вежливой форме, прозвучал ответ.

Никаких других подробных и вразумительных доводов молодой человек не приводил. Он был воодушевлен идеей, а в подробности вдаваться не хотел. Он просто всем сердцем чувствовал, что рожден для того, чтобы создать своего голема. И уж он-то никогда не вернет его земле! На то, что у него получится найти амулет, способный делать кого бы то ни было невидимым, Юкио надеялся меньше, но было у него и такое намерение, хотя оно владело им не так всецело, как намерение сотворить голема.

Он знал, что легенды не врут. Недаром во время первого в его жизни землетрясения ощутил он, как под землей ворочается огромное чудовище. То, что никто не видел его собственными глазами, говорит не о том, что чудовища не существует, а о том, что оно не хочет быть увиденным, но дает о себе знать иными способами. А когда-то давно чудовище сочло для себя возможным показаться людям, и этого достаточно – те впечатления так и передаются с давних пор из уст в уста.

И голем… Он уж очень подробно был описан в еврейском сказании, чтобы оказаться простой выдумкой. Там же дан буквальный рецепт создания существа невероятной силы. Конечно, сначала у Юкио были некоторые сомнения по поводу материала, из которого был сделан защитник пражского гетто. Глиняная посуда хрупка. Ее можно разбить одним легким движением. Как же получалось, что голем оказывался сильнее всех врагов? Потом, изучая еврейскую историю сотворения мира, он догадался. Дело не в глине. Глина – так, исходный материал. Вон первый человек по имени Адам тоже был сотворен из праха земного. Но человеком он стал только тогда, когда Бог вдунул в него живую душу. И вот тогда, хоть и созданный из праха, стал человек мягким, теплым, гибким, сильным, ловким – то есть живым. Все дело в душе. Она все оформляет и оживляет.

Но каков ребе, тот, что создал голема! Он же взял на себя дело Бога! Как же он посмел? И почему ему было это позволено? На этот вопрос Юкио ответил себе быстро: ребе действовал ради спасения своего народа, потому ему это и было разрешено.

Вообще в судьбах своего народа и народа еврейского Юкио видел много общего. И те и другие стойко переживали страшные катастрофы и неизменно возрождались. И те и другие не хотели, чтобы сила народа разбавлялась чужой кровью, противились смешанным бракам. Много было сходства, да. Потому и различия не пугали Юкио.

Итак, для начала он взялся за изучение чешского, попутно посещая синагогу для изучения иврита. Чтобы быть ближе к заветной цели, принял иудаизм. Он был совершенно не религиозен, хотя существование богов как высших сил, способных карать и нести разрушение, признавал. Иудаизм ему был нужен по вполне понятной практической причине: он вел его к намеченной цели. С этой же целью взялся он штудировать Каббалу, тайное еврейское учение.

Каббала убеждала своей стройной доказательностью. Тем более его и убеждать не надо было. Он и так верил, что найдет там ответы на свои вопросы, главное – быть упорным, внимательным и не пропустить ни одной закорючки, чтобы все понять именно так, как надо для дела.

По ходу чтения Каббалы он открывал некоторые новые для себя вещи, в которые верить пока не получалось. В книге утверждалось, что Творец абсолютно добр и не может причинить никому хоть малейшего страдания, поскольку зло и стремление что-то получить лично для себя в Нем отсутствуют. Творец там, где радость и ощущение полноты жизни. Основа же зла – человеческий эгоизм, поскольку он противопоставлен природе Творца. Проявляя эгоизм, человек идет наперекор Создателю и сам себя наказывает.

– Ну что ж, – спрашивал себя Юкио, – допустим, в мире людей это понятно. А откуда, за что и почему обрушиваются на целый народ природные катастрофы? Наказание ли это за эгоизм? Может ли такое быть?

Он очень надеялся найти ответы на свои вопросы в тайной книге, ведь она сообщала, что сущность их религии в достижении людьми предназначенного им высшего уровня развития, причем в достижении добрым путем, а не путем страдания. В книге говорилось, что достижение обещанного высшего уровня прямо зависит от проделанной человеком духовной работы. И главное, что особенно воодушевляло Юкио: уже в самом начале провозглашалось, что религия дана не на благо созданиям, а как руководство к самосовершенствованию. Поскольку собственное самосовершенствование Юкио видел в том, чтобы найти пути создания голема, слова о руководстве к поиску этих путей он воспринял буквально. Главное – не отступать от намеченного.

Долгое время молодой человек был полностью погружен в свои поиски. Упорным непрестанным трудом он одолел чужие ему и такие разные языки – чешский и иврит. Ему нравилась жизнь в этой чужой ему стране. Она казалась совсем безопасной. Чешская земля не сотрясалась и не ходила ходуном. У страны не имелось выхода к морю, значит, о цунами и речи не шло. Случались порой наводнения, Влтава или Морава выходили из берегов, но все это, на взгляд японца, были мелкие недоразумения, не сопоставимые с настоящими бедами. В этой стране можно было жить долго и счастливо, наслаждаясь покоем и поисками усовершенствования жизни человечества.

Он подумывал о том, чтобы задержаться здесь на значительный период. Мать не возражала, считая, что у сына есть еще время посмотреть мир, прежде чем он вернется на родину, женится, обзаведется потомством. Аири точно знала, что в делах от Юкио проку не будет, но от него должно родиться несколько новых людей, чтобы среди них нашелся очередной сильный хозяин. Она еще чувствовала себя полной сил, отец уже явно сдавал. Опорой семейного бизнеса стал, как и ожидалось, младший брат, которому жениться мешала чудовищная занятость. Мать, давая время старшему на его фантазии, все же настойчиво повторяла, что не стоит ему особо затягивать с возвращением. Два-три года – еще куда ни шло. Этого вполне достаточно, чтобы напитаться впечатлениями и составить свое представление о мире. Не очень хорошо, когда дети у родителей рождаются слишком поздно. Все-таки правильнее, если в старости родителям удается понянчить внуков. Эти мысли она деликатно обозначала в письмах и телефонных разговорах. Юкио нечего было на это ответить.

В банке на его счету лежала весьма солидная сумма. Ею он мог распоряжаться по своему усмотрению: путешествовать, учиться. Он мог себе позволить одеваться в самых дорогих магазинах и питаться в самых знаменитых ресторанах. Он мог купить себе приглянувшееся ему жилье, просто чтобы удобнее было жить на своей территории, а не скитаться по отелям и съемным квартирам. Мог бы… Но он порой и не помнил, что съел за день и ел ли вообще. И одежда – он мог годами носить одни и те же брюки, не замечая, что они совершенно истрепались. Все эти житейские бытовые дела казались совершенно лишними и отвлекали его от главного. И Каббала лишь подтверждала, что он находится на более высоком уровне по сравнению со многими живущими.

Как смог он постичь из тайного учения, все существующее делится на четыре уровня: неживой, растительный, животный, Человек. И это соответствует четырем уровням желания получить Свет Творца и наслаждаться этим Светом.