призналась она, – и что Эфо не вернет меня назад.
- В Эфо тебе не стоит сомневаться, – покачал головой Бахо. – Он достаточно опытен, чтобы помогать тебе в обучении.
- Зачем вообще этому учиться?
- Затем, что от этого зависит наше выживание, Катя, – серьезно ответил Бахо. – Наша с тобой способность очень редка и важна для нашего народа.
- В чём же её польза?!
- Представим такую ситуацию, что ты знаешь о гибели знакомого тебе хранителя. Или стала свидетелем его гибели. Ты возвращаешься в прошлое, забираешь его жизненную силу и возвращаешься вместе с ней в своё время.
- И зачем мне его жизненная сила?
- Таким образом, ты обманываешь время. По факту он погибнет, прошлое не измениться, но с помощью жизненной силы мы можем восстановить его тело.
- Звучит как фантастика…
- Магия, – снова рассмеялся хранитель.
- Как же правило жизнь за жизнь? – обняла себя Катя. – Вы используете человеческие сердца, чтобы восстановить тело погибшего хранителя?
- Нет, сердца нам для восстановления не требуются. Мы используем специальные воскрешающие деревья. По сути, они выращивают для нас новые тела. Мы ведь не люди, для нас важна внутренняя составляющая.
- Выращивают? – скривилась Катя, с трудом представляя себе данную картину.
- Как плод.
- Жесть какая…
- Ты какая-то совсем мрачная, ничего не случилось?
- Да сон приснился дурацкий, – поморщилась Катя.
- Ах, молодость… понимаю, – на мраморном лице появилась лукавая улыбка. – Не расстраивайся, скоро этот период закончиться.
Катя не успела спросить, что за период, так как Бахо ушел к группе других хранителей. Он вел себя так, словно знал, какие видения её посещали…
Она продолжила прогулку, помня о необходимости отдохнуть и любуясь красотами леса. Но когда Катя увидела Эфо, разговаривающего с Захимом, то сломала заколку в руке.
- Почему мне снятся ваши бабы?! – словно со стороны услышала свой яростный крик она.
Захим замолчал и закашлялся.
- Я пойду, потом обсудим детали, – сказал он более молодому товарищу, исчезая в чёрном тумане.
- Мне неприятно, видеть, как вы жамкаете селянок в кустах! – продолжала Катя, приближаясь к обидчику. – Когда это кончится?!
- Когда я забуду их, – ответил Эфо, подперев древесный ствол спиной.
- В смысле?! – потеряла часть запала Катя.
- В прямом. Постепенно я забываю, что чувствовал к ним. Если раньше мне было приятно вспоминать, как ты выразилась, моих баб, то сейчас сломанная ветка под ногами оставляет больше впечатлений.
- И почему так происходит?
- Чтобы хранитель не сомневался в правильности выбора, отсекаются лишние привязанности.
- Но мне зачем… показывают?
- Подготовка к объединению. Не переживай, вскоре ты перестанешь ревновать к моему прошлому.
- Я не ревную! – возмутилась Катя.
- Будем считать, что я поверил, – он улыбнулся так, что ей снова захотелось его ударить.
- Как я могу вас ревновать?! – снова закричала Катя, размахивая руками. – Между нами ничего нет общего! Мне нравятся блондины, а вы – брюнет! У нас большая разница в возрасте! У вас была куча баб до меня! У вас глаза и губы чёрные, как у гота! У вас крылья! У вас когти! У вас острые зубы! У вас татуировки по всему телу! Но…
- Но? – еще шире улыбнулся Эфо.
- Мне хочется обниматься… – совсем тихо сказала Катя, словно призналась в алкоголизме. – Мне кажется, что я под действием любовного приворота. То, что со мной происходит противоестественно и ненормально. И да, мне не нравится то, когда я вижу… как вы жамкаете селянок. Блин, это как-то неправильно, словно меня привязывают к вам магией. Должна быть какая-то свобода выбора, а меня насильно её лишают.
- Знаешь, многие из нас рассуждают поначалу, как ты. И нам дают свободу настолько, насколько надо. Но когда смотришь век за веком, как счастливы хранители, лишенные выбора, начинаешь им завидовать.
- И вы завидуете?! – не поверила Катя.
- Да, – Эфо взял прядь Катиных волос и с видимым наслаждением вдохнул их запах. – Я – немолодой хранитель, мне есть с чем сравнивать.
Катя поспешно отстранилась. Пугал его взгляд, прикосновение и присутствие. И дело не только в том, что от него шла древняя хищная сила, а нечто иное… новое. Куда более опасное и пленительное.
- И не возникает мысли, что вас искусственно привязывают друг к другу? – спряталась за деревом от его взгляда Катя.
- Ради интереса, понаблюдай как-нибудь за объединенными хранителями.
- А если бы мы друг друга ненавидели? – осторожно выглянула она.
- Нам было бы проще сдерживаться. После превращения мы бы разбежались в разные стороны.
- А если бы все-таки объединились при обоюдной ненависти?
- Со временем грани бы стерлись, – он приблизился так близко, что Катя могла ощутить тепло его тела. – Ненависть и страх прошли бы.
Его голос убаюкивал, притягивал и успокаивал. Катя зачем-то обняла его и положила ему голову на плечо, уткнувшись носом в шею. Как кошка потерлась о белую кожу и с наслаждением вдохнула её запах. Он так вкусно пах травами и дождем, сразу вспоминалась солнечная поляна с луговыми цветами.
- Катя, я не железный, прекрати.
- Скажите, чем я для вас пахну? – не смогла отстраниться Катя.
- Мясом…
- Фу! Совсем неромантично! Вы обо мне как о еде думаете!
- Проветрись, неугомонная, иначе я тебя покусаю.
- Мне кажется странным, что я хочу, чтобы вы меня покусали…
Эфо хрипло рассмеялся, развернул её за плечи к себе спиной и толкнул в позвоночник.
- Проветрись, – повторил он весело.
- Почему мне сносит крышу от чувств, а вы такой весь спокойный? – и передразнила его: – «Проветрись».
- Может, потому что я намного старше тебя и понимаю, что с нами происходит? Но мне тоже не помешает проветриться…
Катя проводила его взглядом, едва сдерживая порыв броситься ему в спину и обнять…
***
Утро началось с «душевного» завывания ящериц. В окне деревянного дома показалось рыжее недовольное жизнью пугало, вооруженное рогаткой.
- Время мести! – Катя прицелилась и выстрелила.
Едва первый снаряд попал в ближайшую ящерицу, как глупые рептилии с рычанием набросились на проходящих мимо селян. К дурному завыванию добавились дикие маты и крики людей, а так же хохот Петра Ивановича. У Кати
