…иногда слова бывают действительно не нужны.
Глава 16
Сегодня пятница.
Рабочие будни закончились, наступают рабочие выходные…
По старой школьной памяти суббота, несмотря на всю свою загруженность, считаться рабочим днём упорно не желала, как и воскресенье. В школьные годы выходные ассоциировались у меня с долгим отсыпанием за всю неделю и благодатным бездельем, здесь же организм целый год со скрипом перестраивался на ранний подъём — и вот за две недели прогула режим сбился снова, начинаем с нуля. Дорогая и заботливая администрация Академии не оставила нам даже воскресенье: самый святой для любого учащегося человека день начинался с непременной утренней тренировки тела.
Впрочем, тело уже не особо и возражало — возражала душа.
Вот прямо сейчас душа требовала Пятницы. С большой буквы "Пэ".
В прошлую жизнь адептом Джеймсом заветный послезакатный час вечера пятницы мы проводили с мальчишками, иногда в нашей с Ларсом комнате, иногда у Джарда. Чаще всего просто болтали, обсуждали одну тему на всех или делились на пары-тройки "по интересам". Бывало, что кто-то умудрялся притащить нечто высокоградусное или особо вкусное, но, в общем-то, весело было и без этого. Пару раз в нашей компании оказывалась официально единственная девчонка-смертница Арта, но чаще всего компания была сугубо мужской — и мне в ней было комфортно.
Тогда подобный досуг казался чем-то совершенно естественным, порой даже немного утомительным — у меня-то дома с детства была отдельная комната, а здесь приходилось постоянно быть на виду.
Вернувшись в Академию Джеймой, я как-то упустила из виду, что для моих мальчишек-приятелей всё изменится. Кардинально. И то, что было простым и закономерным для паренька Джейми, для девчонки станет немыслимым и недоступным. Замена дружбы на слегка настороженный интерес — так себе сделка, если честно, особенно с учётом того, что для меня-то всё осталось прежним. Не то что бы ко мне отнеслись плохо, вовсе нет, но в каждом из своих прежних приятелей я чувствовала какую-то обиду на то, что Джеймса заменила я, и с моим появлением лёгкие разговоры начинали буксовать или вовсе затухать, глаза отводились в сторону — как же, девушка пришла!
Не думала, что я буду так хотеть… обратно. Особенно в пятницу! Особенно в эту пятницу, когда я всеми правдами и неправдами убедила Ларса и Габа, что хочу позаниматься одна, повторить кое-какой материал, и им нет нужды меня развлекать и можно идти к собратьям по разуму, первичным половым признакам и уборной.
Поду-умаешь!
В комнате я обнаружила Мэй и едва сдержала недовольную гримасу. Ну нет у девчонок такого дружного братства, то есть, сестринства… Даже слова-то такого нет! Все сами по себе, шушукаются по углам и сплетничают, завидуют и ревнуют, мрак.
Но душа-то требовала пятницы, хоть какой-нибудь… В полный голос.
— Какие планы? — спросила я уныло склубочившуюся на кровати Мэй.
— Планы? — соседка даже вопроса не поняла. — Что ты имеешь в виду?
— Ну, я новенькая, никого здесь не знаю. Как у вас тут принято? Может быть, соберёмся, познакомимся?
Глаза у Мэй округлились, словно я предложила ей устроить закрытую оргию.
— Ну-у-у…
— Вы никогда так не собирались? — не поверила я. — А почему бы и нет?
Как ни удивительно, спонтанный девичник-таки сложился. Кроме меня, соседки Мэй, любящей бродить во сне, черноволосой и черноглазой Арты, давней знакомой по факультету смерти, Криды, которую я когда-то вела на бал первокурсников, собралось ещё восемь девчонок. Несмотря на то, что они все уже почти как год учились вместе, а я вроде как была лицом новым, казалось, что это они все пришли ко мне в гости, и теперь растерянно мнутся у входа. Атмосфера взаимной неловкости была столь ощутима, хоть ножом режь да на хлеб намазывай, как любил поговаривать отец.
— Двенадцать, — хмыкнула я. — Опять двенадцать. Просто любимое академическое число.
— Это же понятно, — пожимает плечами Арта. — В Академии трансформаций нумерологию даже изучают, как добровольно-обязательный спецкурс. Не просто так это всё. Каждое число несёт в себе свой заряд и посыл. А число двенадцать вообще особенное.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
— Двенадцать месяцев? — подала голос ещё одна темноволосая девчонка, чьего имени я не знала.
— Ну, не только, — почти с удовольствием заявила Арта, подтягивая под себя стройные босые ноги. — Единство двойки и единицы, женского и мужского энергий, анимы и анимуса, двенадцать демонов и двенадцать изначальных богов.
— А ещё, — добавила Крида. — Во многих рецептах зелий нужно добавлять по двенадцать капель или частей тех или иных ингредиентов.
Мы хором задумались.
— Всё не так просто, — глубокомысленно заключила Арта, и пауза повисла снова, правда, уже не такая тяжелая, как первоначальная.
— Давайте сыграем в одну игру, — предложила я, в глубине души поражаясь откуда-то проснувшимся лидерско-организаторским талантам — ну или как минимум просто устремлениям. Инертных отмалчивающихся девиц хотелось встряхнуть за шкирку каждую — драгоценное время говорения уходило, истекало, я чувствовала каждую песчинку из незримых песочных часов. — Называется "истина или ложь". Заодно и познакомимся, только вот мухлевать нельзя.
На объяснение правил ушло непростительно много времени — ещё минут десять. По идее, нужно было писать записки, складывать их в мешки или шляпы, но с учётом ограниченности времени я решила обойтись высказываниями вслух. Да и другого такого случая познакомиться с голосами своих однокурсниц могло ещё долго не предвидится.
Миниатюрная тоненькая Крида, которая смотрелась изящной даже рядом с Джеймсом Ласки, смущенно и слегка кокетливо оглядела наш тесный кружок.
— Мне нравится мальчик с факультета смерти, у меня аллергия на устрицы, и однажды в детстве я заставила землю провалится под ногами девчонки, жившей по соседству, так, что она сломала лодыжку и не пошла на школьные танцы!
— Устрицы, — пробасила полненькая Лира. — Устрицы это явная ложь, потому что очевидно, что ты их даже в глаза не видела!
— Не угадала! — хихикнула Крида. — У меня двоюродный дядя — моряк.
— Тогда про ногу.
— Нет!
— Но это значит, что… Алекс? Или Ларсен?! Кри-ида!
— А почему мне вообще должен кто-то нравиться?
— Между прочим, — подала голос яркая блондинка Эрна. — У нас ещё и новенький есть, Лен. Тоже ничего, хотя Ларсу, конечно, и в подмётки не годиться.
…А мой друг детства, оказывается, популярен! Открытие было не новым, но оказалось почему-то не из приятных, и я решила его стойко проигнорировать.
Откровение про "нравится мальчик с факультета смерти" прозвучало ещё раза четыре, фантазией живички… живницы…жизневички не отличались, и уже на третий раз я снова начала напрягаться. Во-первых, скука смертная слушать этот кокетливый птичий щебет, во-вторых, на факультете смерти есть Габриэль, и он мой. Мой и только мой, без вариантов, но как-то табличку на шею с этим заявлением не повесишь, особенно если ходишь без году неделя.
"Боги, Джеймс, пока их тут приведёшь в чувство, у меня мозги порастут плесенью, атрофируются, а потом придётся их воскрешать, и буду я жить с зомбированными мозгами, Джей, ну почему тебя нет рядом со мной!"
«А может, это ты такая неправильная девочка», — фыркнул бы Джеймс.
Арта улыбнулась немного лениво и вальяжно. На фоне других она казалась старше и даже опытнее.
— У меня сменилась ведущая стихия, у меня уже были отношения с мальчиком, и ко мне домой однажды прилетал призрак!
Мальчикообсуждательные говорки как-то разом стихли, а в моей голове заплясали мысли.
— Призрак! — сказала сидящая рядом, высокая и излишне худощавая Сирша. — Призрак — это явная ложь. Помните, нам рассказывали, почему призраки почти никогда не водятся в обычных жилых домах? Им нужна привязка к дому, но магические плетения постоянно проживающих живых существ действуют на них отталкивающе.
