— Нет, вам за это деньги плачены, вы и учите, нечего на бедных девушек свою работу перекладывать, — возмутилась Акулина.
— Ты же ведьма, а не гном, — рассмеялся Деян, — могла бы помочь.
— Каждый должен заниматься своим делом.
— Ну что ж, тут я вынужден полностью с тобой согласиться. Итак, наш мир параллелен с земным, а когда-то они были одним целым. Грань между ними тонка и самые сильные маги могут путешествовать между мирами, а иногда люди попадают в разлом, и наш мир пополняется новыми поданными. Раданея — так он называется, и для вас, Рада, он родной, как и для меня. Наше царство Радос, про царя мы уже выяснили, количество княжеств узнали и, пожалуй, на сегодня все. О расах, населяющих наш мир, других государствах в этом мире мы поговорим на следующем уроке, а вас, девушки, сейчас ждет следующий учитель. Мне остается только откланяться.
Преподаватель вышел, не забыв каждой из нас дать по учебнику и кучу заданий к ним, а улыбался на прощание так мило, казалось, сама доброта.
— У, гад, когда же это мы успеем столько прочитать? Ночью спать полагается, — сокрушалась ведьмочка, подкрепив свои слова ругательствами, правда, прежде чем их произнести, она попросила меня уши заткнуть, но я все и так поняла.
— И много ты таких перлов знаешь? — спросила я девушку.
— Это я пар выпускала, чтобы проклятие в спину учителю не наслать, случайно. А откуда вы знаете, что это за ругательства, раз не слышали ничего?
— По губам прочитала, — улыбнулась я, — да не волнуйся ты, у нас на лодочной станции матросы и не так выражались, правда, когда меня не видели.
— А у нас по ругани конюхи в передовиках ходят. А что такое — лодочная станция? — заинтересовалась Акулина.
Но ответить я ей не успела, потому что в библиотеку вошел очередной озабоченный своим предметом учитель, и нам пришлось замолчать и внимать на этот раз преподавателю математики. Только мой отец зря деньги платил, этот предмет на Земле знали явно лучше. Оставив расстроенного Квадрика заниматься с моей горничной, у которой были явные пробелы в знаниях и не просто пробелы, а одна сплошная черная дыра, я углубилась в чтение учебника истории.
Неожиданно раздался стук в дверь, я как самая свободная на данный момент, поспешила ее открыть. Кто-нибудь видел испуганного скелета? Впрочем, раньше я, вообще, живых скелетов не видела и неживых, впрочем, тоже, только на иллюстрациях к учебнику анатомии.
— Что случилось? — спросила я трясущегося, как в лихорадке Валериана.
— Тааам, тааам, — заикаясь, начал скелет — мать Елисея на подлете к терему, а хозяина ддддома нет.
— Баба-яга? — спросила я, не зная радоваться мне незапланированному знакомству с бабулей или подождать, но испугать себя, точно, не дам.
— Пошли, посмотрим на родственницу, — взяла я Валериана под руку.
— Может ннне ннаддо? Я вас спрячу куда-нибудь, а мне не впервой, — предложил скелет.
— Да не съест же она меня? Подавиться может, да и отец говорил, что ей моя магия по нраву не придется.
— Ну, может, вас и пронесет, а меня она, точно, в мир мертвых отправит, а мне еще пожить хочется, — вздохнул Валериан.
— Не волнуйся, я тебя оживлю, с мухой получилось, может, и с тобой выйдет.
— Правда? — с надеждой уставился на меня пустыми глазницами скелет.
— Да, у меня вчера практика по некромантии была, — гордо ответила я, когда мы спускались с Валерианом на первый этаж, а затем и на улицу вышли.
— УУУ — завывало над потемневшим лесом. Ветер гнул деревья до земли, а на горизонте показалась небольшая точка, быстро увеличивающаяся в раз.
Глава 4
К нам приближался неизвестный земной науке дубовый летательный аппарат повышенной вместимости, с восседавшей на нем женщиной неопределенного возраста и необъятного размера в юбке — брюках из замши с бахромой, с сумой в том же стиле и ковбойских сапожках со шпорами. Из-под лихо повязанного платка с черепами на ветру развевались нечёсаные космы, а глаза светились алым светом. Звездец полный — ковбой с метлой, — подумалось мне, и я, не удержавшись, прыснула от смеха.
— Ой зря вы так, княжна, сейчас нам не до веселья будет, — произнес Валериан и спрятался за моей спиной.
А мне почему-то страшно не было. Внутри меня клубилась магия, так что отбиться, пусть и с помощью какого-нибудь катаклизма местного масштаба, я вполне могла. Такого набора магически одаренных родственников у моей бабушки-яги, точно, не было. У нее на вооружении имелась только темная магия — некроматская, а мы тут уже плавали, знаем.
Ступа со всего разлета вдруг врезалась в невидимую стену из магии огня, очевидно, для моей вновь обретенной родственницы она видна не была, или же ягуся полностью на свой дубовый транспорт положилась, а зря. От толчка бабушка моя яга из ступы вывалилась и упала аккурат в большую лужу у ограды с черепами, один из которых по голове ей и прилетел, а собственная метла еще и добавила.
— Елисей, мать твою ягу, да за ногу, — выдала перл бабуля, — где ты, супостат? Вырастила сыночка на свою голову, — женщина потрогала уже начавшую наливаться огромную шишку на лбу, — выкормила змееныша, а он родную кровиночку в дом к себе не пускает.
— Плохо кормили, — сказала я, подойдя к воротам, — совсем мой отец исхудал, не следили за питанием единственного сыночка, стыдно должно быть, а незваный гость, вообще, хуже татарина.
— Это кто ж такой тут смелый, да не воспитанный. Неужто Елисей все-таки свою дочь смог найти?
— Плохо прятали, — осталась невозмутимой я, только сейчас осознав, что на земле меня от отца скрывали по прямому указанию бабы-яги, чтоб ей ее костяная нога поперек ступы встала.
— Ишь, отважная какая, за отцовской магией отсиживаться, — ухмыльнулась старушка, приоткрыв свой беззубый рот с четырьмя огромными клыками, — а меня все равно боишься, — попыталась саму себя убедить в этом ягуся.
— Магии мне и своей хватает, а вы бы шли отсюда темным лесом со своим интересом, нечего мне тут папеньку расстраивать, а то и от меня прилетит, не задержится.
— Ну прям семейная идиллия — кощей и кощеечка приблудная, — не унималась бабуленция.
— Вот предупреждала же, улетели бы тихо-мирно, а теперь не обижайтесь, бабушка, — не выдержала моя тонкая душевная организация, и я, опустошив почти весь свой магический резерв, вложила его в воздушную стихию, обнаруженную мной еще вчера среди магических потоков. Вырвавшийся из рук вихрь подхватил бабу-ягу, заткнул ее вверх ногами в ступу, открыв нам с Валерианом доступ на просмотр ажурных чулочков с огромными дырками, видимо, для вентиляции, и, раскрутив, понесся вместе с ней в сторону леса дремучего, да гор высоких, откуда родственница и прилетела.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
