— Паренёк не прост, а Виктория хочет легализоваться в качестве… его супруги.
Ткачёв едва заметно вздрогнул.
— Если она считает это необходимым и полезным, то… зачем ей меня спрашивать.
— Андрей…
— Не надо, Хмель. Ты прав, я что-то размяк… Это недопустимо.
Ткачёв встал из-за стола и ушёл в комнату.
«И что я сам себе представил, старый дурак?!» — думал он, падая на диван.
Он позволил себе расслабиться всего на полчаса. Какая-то странная горечь стала душить его горло. Это не было обидой, не было болью, не было досадой. Это было неизвестно что! Такое, что он никогда прежде не испытывал. Заглушив горечь, Ткачёв дал себе слово больше никогда не поддаваться на эмоции. Слишком велика цена… Он не может себе позволить так расслабляться.
Другая, очень малая его часть, требовала нормальной человеческой жизни. Хорошая еда, красивая податливая женщина, уютный дом и… спокойствия. Без беготни, оружия, шпионов — мать их!
Но кто, тогда, будет защищать людей от несправедливости, от наступающей катастрофы? Это же неправильно думать, что ничего не произойдёт. Произойдёт, и ещё как!
Пенсионеры будут шарить на помойках в поисках одежды, которую выбросили за ненадобностью. Будут стоять в очередях за бесплатной раздачей просроченных продуктов. Будут изнывать в стылых домах от холода и без воды. А будут ли какие-то гроши в виде пенсии — очень большой вопрос. И будут ли доживать до пенсии?!
Армии не будет, не будет пограничной службы, и потоки всяких отморозков хлынут волнами из-за границы — грабить, убивать, насиловать и издеваться. Наркотики, проституция, пьянство — вот что ждёт в будущем страну. Всё будет за американские доллары — медицина, образование и транспорт. И грешно думать, что вся страна будет «в шоколаде». Она превратится в безжизненную пустыню — колонию американских штатов.
Это Ткачёв знал точно! Он видел документы, регламентирующие это будущее. Он читал их внимательно, ещё тогда — в восемьдесят втором.
— Андрей, ты как? — осторожно спросил заглянувший в комнату Хмель.
— Нормально, — Андрей Викторович встал с дивана. — Пойдём думать завтрашнюю операцию. Если не завербуем этого Джонатана, то грохнем его, нахрен. Вместе с его Гарри…
Он прошёл на кухню мимо опешившего от его слов Хмеля. Налил себе большую кружку кофе.
— Хмель! Ты чего там застыл?!
Глава 11
Джонатан Хэй и Гарри Гудроу приехали к кафе в половине девятого. Не выходя из машины, осмотрели стоянку. Кроме их машины на стоянке «отдыхал» грузовой длинномер и полуразваленные «Жигули» непонятной модели и цвета.
— И как русские могут ездить на таких машинах?! — удивился Гудроу. — Это же ржавое ведро!
— Русские, вообще, странные, — подвёл итог Хэй, и, достав телефон, набрал номер Хромченко. Тот не отвечал.
— Странно, — насторожился Джонатан. — Осталось пятнадцать минут, а нашего «эскорта» я не вижу.
— Сэр, может это деза? — предположил Гарри.
— А зачем? — усмехнулся Хэй. — Он с неё ничего не получит.
Неожиданно на стоянку завернул чёрный внедорожник. Лихо припарковался рядом с дальномером. Из джипа вышел мужчина в дорогом спортивном костюме и кроссовках. Посмотрел по сторонам и не спеша подошёл к машине Джонатана. Постучал в стекло передней дверцы. Хэй приспустил стекло и вопросительно взглянул.
— Мы это… От Витьки Хромченко, — заикаясь, сказал мужик в кроссовках. — Не вам н… надо помочь?
— А сколько вас? — Хэй внимательно разглядывал небритое лицо мужика.
— Двое. Я и м… мой братан.
— Оружие есть?
— За оружие ц… цена больше, — улыбнулся мужик, сверкнув золотым зубом. — Чё… Чего делать-то?
— В девять в кафе приедет мужчина. Невысокий, в чёрном пальто и меховой шапке, — ответил, сморщившись, Джонатан. Он не думал, что Хромченко пришлёт таких людей. — Мы с напарником будем с ним разговаривать внутри. К нему на встречу должны приехать. Того, кто приедет, надо тихо обездвижить.
— А к… как мы узнаем — кого?
Это был хороший вопрос. Джонатан даже не подумал о том, как он подаст знак. А вдруг, целая толпа подъедет. Хотя он знал, что передача денег не происходит толпой — деньги любят тишину.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
— Тот, кто приедет, наверняка, будет с большой сумкой. Или с двумя.
— А если выйдет б… без сумки?
— Тогда пропустите в кафе.
— Л… ладно. Цена вопроса?
Хэй устал от неопределённых фраз русских, но понял, что мужик спрашивает про деньги за работу.
— Сто баксов каждому.
— Д… двести, — мужик стал торговаться. — За риск. Д… деньги вперёд — вдруг от ме… ментов откупаться.
Джонатан протянул ему триста долларов.
— Встреча через десять минут. Будьте готовы…
— Х… хорошо.
Мужик взял деньги и вразвалочку направился к своему джипу.
Джонатан в глубине души понимал, что вся эта затея — авантюра, но времени продумывать операцию, у него не было. К тому же, он считал, что и думать не надо. Просто напугать, и ему отдадут всё. Такой легкий выезд с легкой головной болью.
Он вместе с Гарри зашёл в кафе и выбрал столик у входа. За дальним у окна столом какой-то мужчина, пахнущий машинным маслом и соляркой, торопливо завтракал, а за короткой стойкой неприметный то ли бармен, то ли хозяин, склонился с ручкой над бумагами.
— Любезный, — щелкнул пальцами Хэй, привлекая его внимание. — Принесите два экспрессо, пожалуйста.
Бармен, не отрываясь от своего занятия, нажал кнопку кофемашины. Та зашумела кофемолкой.
Гарри наблюдал за входом, а Джонатан смотрел на улицу через панорамные окна кафе. Показалось такси, остановилось на стоянке, и вскоре в кафе зашел мужчина, фото которого Хэй держал в кармане, но лицо запомнил. Незаметный бармен как-то незаметно принёс экспрессо, и так же — незаметно вернулся за стойку. Хэй удивился этому не меньше, чем тому, что приехавший на такси мужчина, спокойно и не обращая ни на кого внимания, сел за соседний столик, спиной к ним.
Взяв чашку с экспрессо, Джонатан толкнул Гарри и, уверенный в том, что парни на джипе уже взяли того, кого надо, с улыбкой подошёл к соседнему столику.
— Мистер Гришаев, разрешите присесть?
— Присаживайтесь, мистер Хэй…
— О-о-о! — удивленно протянул Джонатан. — Вы знаете моё имя? Откуда?!
— По работе. Вы что-то хотели?
Хэй понял, что надо, как выражаются русские, брать быка за рога.
— Да. Вы взяли деньги, которые вам не принадлежат. Верните, и мы мирно разойдёмся.
— О каких деньгах вы говорите, мистер Хэй? Я у вас ничего не брал.
Спокойный тон и вальяжная поза собеседника Джонатана разозлили.
— Не ломайте комедию, мистер Гришаев! Отдайте деньги! Они у вас, или вам их сейчас привезут.
— Не нервничайте, мистер Хэй, — попросил Гришаев. — Повторю, я у вас ничего не брал, но…
Джонатан напрягся. Это «но» сильно настораживало, но два миллиона были нужны ему, как воздух. Его шеф не простит ему образовавшуюся дыру в закупочном бюджете ЦРУ.
— … Я могу помочь вам вернуть их, — продолжил Гришаев. — Я знаю, что вы прицепили за мной «хвост», пытаясь выяснить, кто стоит за тем происшествием в ресторане «Савой». И подумали, что я имею к этому отношение.
— А это не так?!
— Конечно, нет.
— Тогда как вы узнали о… происшествии?
Гришаев сделал неопределённый жест рукой.
— Слухами земля полнится. Так как насчёт моего предложения? Кстати, вы зря обратились к бывшему офицеру КГБ Хромченко. Он сдал вас с потрохами. Хотите послушать пленку?
Джонатан внезапно понял, что его лихо переиграли. Он даже растерялся от такого озарения. Непроизвольно посмотрел на стоявший джип с заикающимся мужиком.
— Джонатан, там тоже люди, желающие вам помочь, — улыбнулся Гришаев, проследив за его взглядом. — И записанный с ними разговор.
Хэй обернулся на Гарри, но тот сидел за столом, как истукан. Его дружески обнимал за плечо неприметный бармен…
— Вы, действительно поможете мне с деньгами, мистер Гришаев?
