Читаем без скачивания Семь дней - Деон Мейер

Директор «Силберстейн Ламарк» оказался разговорчивым.

— Садитесь, капитан! — пригласил он певучим, звонким голосом, который, наверное, прекрасно звучал в зале суда. — Кофе? С сахаром и молоком?

— Да, пожалуйста, — ответил Гриссел, и Прёйс отдал соответствующий приказ, нажав кнопку внутренней связи. Потом продолжал: — Вижу, вы опять угодили под огонь прессы. Судя по всему, незаслуженно. Должен сказать, с самого начала ваша работа произвела на меня сильное впечатление. Следователь… не помню его фамилии… да-да, Нкхеси, спасибо… так вот, он дотошный малый, очень педантичный. Насколько я понимаю, вы прочли мои показания? Мы все испытали страшное потрясение, страшное! Ханнеке… была замечательным человеком! Ее смерть стала ужасной, огромной потерей. И все так… бессмысленно! И необъяснимо… И вот теперь объявился человек, который из-за нее ранит ваших сотрудников. У вас есть хотя бы…

Открылась дверь, и в кабинет вошла высокая черноволосая красавица с подносом в руках. Поднос она поставила на стол.

— Угощайтесь, пожалуйста, — предложил Прёйс. — Спасибо, Натали!

Красавица кивнула, улыбнулась и вышла. Прёйс так и остался стоять, положив одну руку на столешницу.

— У вас есть хотя бы предположения относительно того, кто стреляет в полицейских?

— Я надеялся, что вы сможете нам помочь, — ответил Бенни, доставая блокнот.

— Что вы, капитан, боже упаси! Понятия не имею. То есть… Все дело казалось необъяснимым с самого начала. Никто не желал Ханнеке зла.

Гриссел кивнул.

— Мистер Прёйс, кто-то ведь причинил ей зло. А судя по обстоятельствам ее гибели, все указывает на то, что зло ей причинил человек, которого она так или иначе знала. У нас два варианта. Работа и личная жизнь. Или сочетание первого и второго. Ходят слухи, что в 2002 году у мисс Слут был роман с женатым коллегой…

— Вы должны проявлять крайнюю осторожность! — Прёйс предостерегающе поднял палец.

У Гриссела не было ни сил, ни желания спорить с Прёйсом.

— Мистер Прёйс, — сказал он, — я должен только одно — выполнять свой долг. Если свидетель утверждает нечто, мой долг — проверить его показания.

— Подобные утверждения совершенно голословны!

— По словам свидетеля, у Ханнеке Слут был роман с Вернером Гелдерблумом. Вам о нем известно?

Прёйс ответил не сразу. Он сел в большое кожаное кресло и скрестил руки на груди.

— Да, известно, — сухо ответил он, — но, уверяю вас, все давно закончилось. Это было очень давно — девять-десять лет назад.

— Вы уверены?

Вся жизнерадостность Прёйса куда-то испарилась. Он наклонился вперед и ткнул в Гриссела пальцем:

— Вы роетесь в чужом грязном белье, потому что больше вам не за что зацепиться, в том-то и беда! Так вот, позвольте вам сказать, что вся история давно закончилась… да и продолжалась всего месяц-другой. Такое бывает. Не сомневаюсь, и у вас случались интрижки.

— Вы уверены в том, что их роман был недолгим и давно закончился?

Прёйс откинулся на спинку кресла.

— Да, уверен! — Он вздохнул, видимо стараясь взять себя в руки. — Наверное, я принимаю происходящее слишком близко к сердцу, но Вернер Гелдерблум… через два года ему выходить на пенсию… То есть… Понимаете, капитан, Ханнеке была очаровательной женщиной. В определенном возрасте… мужчина сознает, что стареет. Рядом жена, с которой прожил тридцать лет… Кажется, это называется кризисом среднего возраста. И вот приходит молодая красавица, которая вами восхищается… Кто бы устоял перед такой? Десять лет назад Гелдерблум поддался искушению. Он сразу осознал свою ошибку и положил всему конец. Ханнеке перевели из отдела корпоративных отношений в отдел коммерческого права, и роман заглох сам по себе. Если бы я подозревал, что это имеет какое-то отношение к ее убийству…

Грисселу показалось, что Прёйс возражает как-то слишком бурно.

— Мистер Прёйс, всем нам, каждому человеку, свойственны определенные модели поведения. Мы постоянно повторяемся. Если у нее был один служебный роман, можно с большой долей уверенности предположить, что…

— Нет! — Прёйс все больше злился. — Как по-вашему, почему два года назад ее сделали партнером? Ханнеке была замечательно умной, у нее была светлая голова. А Вернер… Мы тогда вызвали ее, поговорили с ней. Предупредили, что она молода и неопытна в такого рода вещах. Поэтому ее не уволили, а дали возможность исправиться. И сказали, что второго нарушения не потерпим. Пять лет она на испытательном сроке. Еще один срыв — и она уволена. Ханнеке испугалась. Очень, очень испугалась… — Прёйс снова ткнул в Гриссела пальцем: — Должен вас предупредить… Я не допущу, чтобы СМИ поливали «Силберстейн» грязью!

Гриссел подумал: не потому ли Прёйс настроен так воинственно? Он кивнул, раскрыл блокнот на новой странице.

— Должен спросить вас о сделке, над заключением которой она трудилась…

Прёйс закатил глаза.

— Связаны ли со сделкой какие-нибудь коммунисты? — спросил Бенни.

— Коммунисты?! — изумился Прёйс, совершенно сбитый с толку.

— Да.

Директор «Силберстейн» задумался, а потом, к изумлению Гриссела, ответил:

— Может быть, один или два… А что?

18

— Значит, коммунисты имеют отношение к вашей сделке?!

— Капитан, мы работаем по программе РЭВЧ. Не мне вам объяснять, насколько важна данная программа для всех заинтересованных сторон. Среди них, разумеется, есть и члены Южно-Африканской коммунистической партии. Или были. Кадровые перестановки, альянсы…

— Что такое программа РЭВЧ?

— Программа по расширению экономических возможностей чернокожих.

До него доходило постепенно. Подтекст, возможные последствия… и четкое указание в письмах снайпера! Гриссел приуныл.

— Мистер Прёйс, прошу вас, объясните мне вкратце, в чем суть сделки. Простыми словами.

— Капитан, подобную сделку невозможно описать простыми словами. Все очень сложно. И тем не менее она типична для программы РЭВЧ, такие сделки заключаются каждый месяц или два. В чем здесь связь со смертью Ханнеке Слут?

— И все же попробуйте объяснить, — не сдавался Гриссел.

Прёйс посмотрел на часы, досадливо вздохнул и начал:

— «Ингцебо ресорсиз лимитед» — компания, которой руководят чернокожие. Большинство акционеров также чернокожие. В совете директоров семь чернокожих. Некоторые из них в прошлом входили в состав правительства. «Ингцебо» занимает чуть более четырех миллиардов рандов и покупает на них пакет из пятнадцати процентов акций в «Гарьеп минералз лимитед». Так как приобретать акции на занятые деньги рискованно, финансистам «Ингцебо» необходимо снизить риски путем размещения конвертируемых облигаций сроком на пять лет…

Гриссел поднял руку:

— Мистер Прёйс, мне нужно во всем разобраться…

— Я предупреждал, что это сложно. Поэтому к подготовке сделки привлекли столько профессионалов. — Прёйс тяжело вздохнул. — Итак, по сути все сводится к тому, чтобы «Гарьеп минералз» продала пятнадцать процентов акций «Ингцебо» без риска для себя. «Ингцебо» по-прежнему необходимо обеспечить нужную сумму через посредство банков и других инвесторов, что возможно при поддержке «Гарьеп». Все устроено так, что… Вы уверены, что хотите все это знать?

— Да, прошу вас.

Прёйс выдвинул ящик стола, достал дорогой блокнот в кожаном переплете. Раскрыл его, придвинул к Грисселу и нарисовал автоматической ручкой круг на листе бумаги.

— Вот «Ингцебо ресорсиз лимитед», основная компания. Так?

Гриссел кивнул.

Рядом с первым кругом Прёйс нарисовал второй.

— Это «Гарьеп минералз», добывающая компания. Ей почти сто лет, владельцы ее белые. В основном они занимаются золотом, платиной, алюминием. Компания местная, но имеет филиалы и за границей. «Гарьеп» принадлежат месторождения в Канаде и Австралии.

Гриссел кивнул. Пока все понятно.

Прёйс провел черту от «Ингцебо ресорсиз лимитед» к еще одному кружку, поменьше:

— Это «Ингцебо боксит», компания, принадлежащая «Ингцебо ресорсиз лимитед». Дочерняя компания. Иными словами, «Ингцебо ресорсиз лимитед» владеет «Ингцебо боксит». Вы понимаете?

— Да.

— «Ингцебо боксит», «дочка» «Ингцебо ресорсиз», предоставляет «Гарьеп минералз», белой компании, ссуду четыре миллиарда рандов на пять лет. Если за этот период акции «Гарьеп» упадут в цене, им придется возвращать ссуду с процентами или расплатиться с «Ингцебо» акциями. Поскольку акции стоят больше, чем банковский заем, «Ингцебо» получает возможность полностью расплатиться с банками и сохранить чистую прибыль или необремененную долю в «Гарьеп».

— Господи! — воскликнул Гриссел.

— Я предупреждал, все очень сложно.

— Ну а при чем здесь «Силберстейн»?