Правители и знать государств, расположенных в восточных краях Евразии тоже, видимо, не могли смириться с тем, что не им достается вся прибыль от торговли на Великом шелковом пути. Наиболее мощной и агрессивной в то время была в тех краях Цзиньская империя (Северный Китай) – государство чжурчженей (предки нынешних маньжуров) и китайцев.
В 1219 г. у татар был послом из Сунской империи (Южный Китай)[37]некто Мэн-хун. Вот какие сведения Мэн-хун оставил о событиях, происходивших лет за десять-двадцать до его приезда к татарам: «Долго Цзиньская империя каждые три года направляла войска далеко на запад для грабежа и уничтожения татар и захвата рабов из их числа. <…> Наконец, татарский император Чынгыз-хан, давно терпевший неудовольствие за эти притеснения, собрав войско, в течение года разгромил цзиньских разбойников» [Перевод В. П. Васильева] (20), (37).
Так что «до эпохи Чынгыз-хана», как мы видим, положение татар было весьма тяжелым. Вышло так, что мешали они получать сверхприбыли знати и крупному купечеству как Ближнего, так и Дальнего Востока. Серьезными конкурентами были для них татары, да к тому же почти по всему протяжению Великого шелкового пути распространились. Посему, как видим, и направлялись войска для уничтожения и грабежа татар их конкурентами – как с юго-запада, так и с востока. Притом довольно-таки успешны были те походы по убавлению татар, и долгое время.
Но однажды произошло вот что: «От самих татар мы слышали», – пишет упомянутый выше армянский хронист Магакия, – что в одно время, «когда татары изнурены были бедствиями, их осенила внезапно здравая мысль: они призвали себе на помощь Бога, Творца неба и земли и дали ему великий обет – пребывать вечно в исполнении Его повелений. Тогда, по повелению Бога, явился им ангел в виде орла златокрылого и, говоря на их языке, призвал к себе их начальника, которого звали Чангыз. Он пошел на зов и остановился перед ангелом в виде орла. Тогда орел сообщил ему на их языке все повеления Божии».
Среди этих божественных законов, которые ангел предписал Чынгызу, – сообщает Магакия, – «были таковые: во-первых, любить друг друга; во-вторых, не прелюбодействовать; не красть; не лжесвидетельствовать; не предавать кого-либо [ «не обманывать доверившегося»][38]; уважать старых и бедных. А если найдется между ними кто-либо нарушающий эти заповеди, таковых предавать смерти.
Дав эти наставления, ангел назвал начальника кааном, который с тех пор стал прозываться Чангыз-Каан. И повелел ангел татарам господствовать над многими областями и странами да множиться до безмерного числа. Так это и случилось. И татары эти божественные законы, ниспосланные, по их словам, ангелом, на своем языке назвали Ясак»[39]. Речь здесь о том, что Чынгыз-хан со своими соратниками-ордынцами объединил всех татар в одну державу-страну, притом на основе справедливых, и, как сказали бы ныне, демократичных и гуманных законов. Именно об этом говорят многие сведения разных авторов разных времен, если их рассматривать непредвзято, различая объективные сведения о татарах-ордынцах от пропагандистских вымыслов их противников.
Например, дошли-таки до нас сведения о том, что Великий Язу впервые в мире устанавливал выборность правителей государства (верховного хана и ханов улусов – «субъектов федерации»). Притом правителям предписывалось «уважать все религии и не выказывать предпочтения какой-либо из них» (Макризи, разд. II, (21)).
Также этот ордынский Кодекс чести, достоинства и превосходства добродетели устанавливал и такие принципы: «Возвеличивать и уважать чистых, непорочных, справедливых, ученых и мудрых, к каким бы людям [народам] они ни принадлежали; и осуждать подлых, злых и несправедливых людей» (Аб-уль Фарадж, там же).
В целом Великий Язу Чынгыз-хана – Кодекс Великой Орды – можно назвать первой Конституцией в истории человечества. Основными чертами этого Кодекса были равенство возможностей, этническая и религиозная терпимость, гуманная налоговая политика. То есть «Великий Язу предусматривал небольшой размер налога, освобождение от налогов врачей, учителей, ученых, священников, юристов и занимающихся погребением умерших. А также устанавливал принцип «уважения [заботы о] старости и бедности»» (21), (38).
Стоит сказать, что нормы Великого Язу распространились и среди многих других народов, входивших в федерацию Великой Орды. Например, в русском обществе вплоть до XVII века, до наступления романо-германского ига, «существовало положительное представление о Татарской Правде» (Д. Песков). Притом нормы Великого Язу были не только провозглашены, но и претворены в жизнь в Державе Чынгыз-хана. Сам он эти нормы тоже неукоснительно соблюдал (В. В. Бартольд, А.-З. Валиди).
Итальянец Марко Поло, живший среди татар и сотрудничавший с ними 17 лет, оставил следующие сведения: «Случилось так, что в 1187 году татары выбрали себе царя, звался он по-ихнему Чынгыз-хан. И татары, рассеянные по всему свету, признали его своим государем».
В упомянутом выше татарском дастане «О роде Чынгыз-хана» также сообщается, что Чынгыз-хан был избран на царство «сыновьями народа». Далее, как сообщает дастан, Чынгыз-хан отвоевал власть в войне с тиранами, но не допускал никаких жестоких расправ над побежденными конкурентами и их сторонниками. Также автор дастана не приписывает Чынгыз-хану и его соратникам никаких жестокостей после покорения других государств. Сочинениями пропагандистских выдумок о «жестокостях татар-завоевателей» занимались именно противники татар-ордынцев. Марко Поло также отмечал, что татары-ордынцы «народу зла не делали». «А народ видит, что царь добрый, и правление хорошее, и шел за ними охотно» – пишет Марко Поло о Чынгыз-хане и его соратниках-ордынцах.
Русский ученый-востоковед В. П. Васильев (1818–1900 гг.), владевший китайским, халха-монгольским и маньчжурским языками, провел 10 лет в научных изысканиях в Китае. В результате этот ученый нашел и перевел многие древние восточные источники о Чынгыз-хане и его родном народе – татарах.
Правда, официальные историки стараются не упоминать эти сведения В. П. Васильева – так же, как и многое другое из подлинной истории татар. Ведь в обнаруженных и переведенных В. П. Васильевым источниках содержатся сведения о том, что название и самоназвание «народа, в котором родился Чынгыз-хан, было не иное, как татар». И что это было названием конкретного народа татар, а вовсе не «исключительно собирательным названием разных племен и народов» – как вводят нас в заблуждение историки-антитатаристы.
Более того, замечает В. П. Васильев, Чынгыз-хан и его родной народ «не говорили на языке, который мы ныне называем монгольским». А соплеменник и соратник Чынгыз-хана, «канцлер всех провинций, великий князь Мухури[40]всегда при встречах с иностранцами «называл себя татарским человеком»» (Мэн-хун, перевод В. П. Васильева). И вот что интересно: выражение «я татарин» и ныне на татарском языке произносят точно так же, как и Мухури: «Мин татар кешесе». Дословный перевод: «Я татарский человек».
И еще интересный факт: древние и средневековые китайцы сообщают в переведенных В. П. Васильевым источниках, что земли, где обитали татары, родной народ Чынгыз-хана, издревле простирались далеко к западу от них – насколько знали китайцы, на расстояние «более четырех тысяч ли»[41]. Так что держава Чынгыз-хана родилась вовсе не в Забайкалье и не на Дальнем Востоке. Только пропагандисты противников татар в сконструированной ими «ложной истории монголов» (Л. Н. Гумилев) и «выселили» туда Чынгыз-хана и его родной народ.
Как свидетельствуют многие источники тех времен, татары, родной народ Чынгыз-хана, в принципе ничего общего не имели с полудикими кочевниками, тем более с предками халха-монголов. У татар Чынгыз-хана «язык, обычаи, материальная и духовная культура были близки с тюрками-уйгурами Восточного Туркестана» (В. В. Бартольд), «народом садоводов, купцов и ремесленников» (Л. Н. Гумилев). Сохранилось-таки множество сведений о том, что средневековые татары еще до эпохи Чынгыз-хана строили города, имели высокую культуру, вели трансконтинентальную торговлю, владели навыками крупного речного судоходства, металлургии, хлебопашества и всячески «покровительствовали земледелию» (37), (38).
Проясним еще одну «научную» путаницу официальных историков: с названием «монгол» относительно истории державы Чынгыз-хана и его родного народа – татар. От нас было сокрыто, что название «монгол» – это слегка искаженное старотатарское слово «маэнгел» (Мәңгел) – «вечная». Образовано это название от древнего татарского слова мәңге – «вечно». Чынгыз-хан и его соратники назвали основанную ими державу «Вечный Удел» (или «Вечная Держава»), на старотатарском языке – Мәңгел Олыс. Западные востоковеды воспроизвели это название как «Mongol Ulus» – из письма хана Великой Орды Папе Римскому (1245 г.), вернее, из текста ханской печати на этом письме. Письмо хана составлялось на татарском языке, а перед отправкой было переведено на персидский язык – об этом свидетельствует посол Плано Каприни, который и привез это письмо Папе. Кстати, письмо это и составлялось в присутствии Карпини (1245 г.), см. об этом подробней в книге «Корона ордынской империи» (37).
