такого расстояния мне было не видно, я знала, что сейчас на ее губах играет милая улыбка. Фальшивая улыбка, за которой, как сказала Уолли, скрывается сверкающее лезвие. – Мобильные телефоны вам не понадобятся. Здесь нет ни компьютеров, ни социальных сетей, ни спутников навигации. Здесь важны только ваша смелость и отвага. Часы у вас на руках помогут нам отслеживать ваш прогресс в каждом испытании. Если снимете их, ваше время пребывания здесь будет не засчитано. Чтобы заработать все очки, придется пройти до конца. В качестве дополнительной награды собирайте золото. И как всегда, держите друзей близко, а врагов еще ближе. Увидимся на другой стороне.
С этими словами женщина отошла в сторону, выставила вверх свою палочку. Быстрый взмах руки – и все тяжелые металлические ворота в стене, задрожав, стали с глухим стуком отворяться. Они открывались постепенно. Скрип металла сопровождался грохотом, который Уолли приняла за рев Ти-рекса. Подростки позади меня встали плотнее, но никто не спешил идти вперед. Оглядевшись по сторонам, я поняла, что то же самое происходит возле других ворот. Люди собирались в группы, однако никто не осмеливался сдвинуться с места.
В это мгновение мой нос уловил тот же знакомый слабый аромат. Земли, пота и пряной ванили. Запах дома и уюта. Бесшабашной драки и заварушки.
На моих губах медленно расползлась улыбка, и я уцепилась за мамины слова:
«Ты рождена для того, чтобы оседлать ветер, Уайлд».
Глава 9
– Какая у нас будет стратегия? – Я подхватила под руки Уолли и Веснушку и зашагала к воротам, открывающимся перед нами. Будь я проклята, если отправлюсь туда одна. А эти ребята, похоже, знали, чего стоит ожидать. Вместе мы сильнее – это я уяснила еще со времен детства с Томми и Рори.
– Итак. – Веснушка торопливо семенил рядом, пытаясь подстроиться под мой длинный шаг. – Человек на вершине этого сектора, очевидно, принадлежит к Дому Теней, а значит, ему и будет посвящен этот участок. Если твоим вербовщиком выступил Песочный человек, получается, ты в своей стихии.
– По твоим словам, они убивают людей. Думаешь, это и есть мой профиль? – скептически поинтересовалась я.
– Мой профиль – создание передвижных банков памяти, – вставила Уолли.
– Какая гадость! Ты же, надеюсь, не некромантка? – простонал Веснушка, глядя на Уолли. – Именно так они всегда и говорят. Мертвых нельзя использовать для восстановления информации. Это неправильно. Совершенно.
– В воскрешении из мертвых есть свои преимущества, – ответила Уолли, когда ворота перед нами распахнулись шире. Мы были почти внутри, возглавляя группу не особо уверенно шагающих участников испытания.
– Нет, их нет, – возразил Веснушка. В моем сознании сработал сигнал, оповещающий об угрозе, и прокатился вдоль позвоночника. – В том, чтобы вернуться после смерти разложившимся трупом, нет ничего хорошего!
– Стойте, – прервала я их, замедлив шаг, как только мы добрались до открытых створок ворот. Схватив Уолли за локоть, я отступила в сторону. Веснушка юркнул за наши спины.
– Что такое? – прошептала девушка.
Узкая тропинка вилась от ворот и скрывалась в густом лесу красных деревьев. Зеленая трава пробивалась между зарослями хитро переплетенных сорняков и редких кустарников, в которых с легкостью можно было запутаться, если попытаться прорваться сквозь них.
Следующие за нами ребята тоже сбавили шаг, и я сразу поняла: они ждут, кто решится пойти туда первым. А как иначе? Ведь мы входим в логово проклятых хищников, славящихся убийством людей. Даже если это и была какая-то изощренная шутка, которая мне не казалась смешной, к ней точно приложил руку Бакенбарды, а у него явно опасное чувство юмора. В этом месте прятались монстры, и у них имелось преимущество перед нами.
Я сжала запястье Уолли по той же причине, по которой в прежние времена сжимала руку Томми – ради поддержки и призыва двигаться дальше. Внезапно мою грудь сковала боль утраты. Останавливался ли он возле этих ворот, как я сейчас? Ждал ли, когда кто-то сожмет его запястье, как это делала я в потенциально опасных ситуациях?
– Пройдем насквозь или обойдем? – тихо спросила я, медленно двинувшись вперед. Нынешняя обстановка ничем не отличалась от тех случаев, когда мне приходилось красться через дикую чащу по следам зверя, уничтожающего наш скот. Сейчас была важна настороженность. И готовность действовать.
– Судя по маминым рассказам, многие шли в обход, но сама она жалела, что не пошла насквозь, – ответил Веснушка. – Хотя она никогда не общалась ни с кем из этого дома.
– Согласно истории академии, из тех, кто пошел прямо, три процента погибли, – прошептала Уолли. – Шестьдесят пять процентов дошли до конца.
– А сколько погибло из тех, кто решил идти другим путем? – поинтересовался Веснушка.
– Ни одного, – ответила она. В эту минуту от группы подростков отделились несколько крепких на вид парней. Они, минуя тропинку, медленной походкой направились прямо. – Но из них только пятьдесят процентов справились.
– Значит, у нас больше шансов победить, если мы пойдем прямо, хотя при этом мы можем погибнуть? – голос Веснушки сорвался на писк. – Разве это шансы?
– Этот шанс выше, чем выжить, летая на дельтаплане во время урагана, – невозмутимым тоном проговорила Уолли.
– Ну вот почему у тебя настолько хорошо с математикой, но напрочь отсутствуют навыки общения? – взвизгнул он, его голос повысился на несколько октав. Меня вдруг осенило, что это он тогда верещал в вертолете. – Это не нормально.
Мимо нас проскользнула стайка из пяти девиц, все они были в черном, вплоть до накрашенных черным ногтей, и направилась к тропинке. При этом они прижимали руки к груди и хихикали. Девушки походили на раздражающих глупышек. Всем своим видом показывающих: мы со всем справимся, без проблем. Но их плавная походка и серьезный взгляд говорили совсем о другом.
О чем – я разгадала без труда.
Если бы я увидела, как подобная компания пробирается ночью в наш городской парк, сразу бы решила: они явно замышляют что-то недоброе, это уже не первое их родео, и любая попытка последовать за ними, даже из любопытства, приведет к последствиям.
Тут в моей голове что-то щелкнуло. Меня посетило странное осознание.
– Они отсюда, – удивленно проговорила я. – Уолли, из тех шестидесяти пяти процентов, кто прошел до конца, сколько человек осталось в этом доме?
– Хороший вопрос. – Она задумалась. – Полагаю, где-то процентов восемьдесят. Довольно большой процент тех, кто выбрал другой путь, состоят не в этом доме.
– То, что она делает, просто ненормально, – повторил Веснушка. – Это другой язык, на котором говорят только психопаты.
В эту секунду вперед вышел невысокий парень с палочкой, сильно напоминающей ту, что держала в руках та женщина, и зашагал вперед. Сразу видно: тупой, как
