На этих лицах, прежде всего на самом Ромберге, замыкались связи «Балтикума» в лице личного тайного представителя общества уже упоминавшегося Хохен-Остена. Без этих контактов Дзержинский никогда бы и не смог попасть в Германию, которая и была главной целью его тайного вояжа. Так начиналось практическое «восстановление нити контактов» — наведение мостов в послевоенное будущее. Особый интерес в связи с этими фактами представляет утверждение К. Хаусхофера о том, что процесс «восстановления нити контактов» осуществлялся с его помощью. Это действительно правда — руку к этому он приложил, да всерьез, и вот каким образом.
Выше уже указывалось, что среди тех, кто торил тайные тропы для Ильича сотоварищи на стыке разведки, тайной дипломатии, тайных обществ и механизмов секретного финансирования подрывной деятельности, особую роль играли два тесно взаимосвязанных общества — «Германенорден» и «Балтикум».
…Их объединяли идеи крайнего германского национализма, пангерманизма, ариософского мистицизма и т. п. Впоследствии, когда от «Германенорден» окончательно отделилась предтеча германского нацизма — «Общество Туле» (кстати, в описываемый период оно уже существовало), — то бежавшие из России остзейские бароны повалили туда гуртом, а затем и вовсе заняли высокие посты в руководстве нацистской партии…
Между тем самым мощным в структуре «Германенорден» был именно Баварский филиал со штаб-квартирой в Мюнхене, в число членов которого наряду с другими представителями различных кругов германской элиты (в т. ч. и аристократической) входил и Карл Хаусхофер — профессиональный военный разведчик, перешедший на работу в Мюнхенский университет, но не порвавший с разведкой. Входил он и в «Общество Туле».
Мощным же этот чахнувший филиал сделал известный по ранней истории нацизма в Германии барон Рудольф фон Зеботтендорф фон дер Роз. В свою очередь, этот барон долгое время жил в Османской империи, где был посвящен в ту же масонскую ложу, откуда вышли все руководители младотурецкой революции 1908 г., пребывавшие у власти в стране вплоть до 30 октября 1918 г. Благодаря тесным связям с ними, а также контактам в немецкой общине в Турции, в т. ч. и в среде германских предпринимателей, Зеботтендорф достаточно быстро познакомился с представителем всемирно известной фирмы Круппа в Османской империи, близко общавшимся с главарями младотурков и представителями стоявших за ними мощнейших сил, сотрудником младотурецкой разведки, журналистом, масоном высокой степени посвящения. Им был позже ставший известным как автор плана использования эмигрантской группы Ленина и K° для организации т. н. «русской революции» — Александр (Израиль) Лазаревич Гельфанд, более известный под псевдонимом Парвус (в кругах «революционных» бандитов имел прозвище «слон с головой Сократа»)…
…Барон Рудольф фон Зеботтендорф фон дер Роз (подлинное имя Адам Альфред Рудольф Глауэр) личность хорошо известная по исторической литературе. Поэтому нет особой нужды пересказывать основные вехи его биографии, особенно в части касающейся его личной причастности к взращиванию нацизма в Германии. Куда важней и интересней отметить некоторые особенности его биографии, которые практически никогда широко не освещались.
Дело в том, что с момента посвящения в ту же масонскую ложу, из которой вышли все главари младотурков, Зеботтендорф оказался и под колпаком британской разведки. Бывший британский разведчик, авторитетный масонолог и романист Джон Бьюкен (лорд Твидсмюир), работавший в Турции в годы Первой мировой войны, открыто признал, что вся верхушка младотурок полностью контролировалась британской разведкой в лице ее офицера Обри Херберта — выходца из могущественной аристократической семьи Великобритании, которая издавна славится своими связями с разведкой и способностью по каналам разведки манипулировать различными тайными обществами. Еще его дед патронировал, в частности, самого Джузеппе Мадзини, виднейшего масона в середине XIX века и организатора итальянского повстанческого движения, который помимо всего прочего, подчинялся непосредственно и британскому премьер-министру того времени — Пальмерстону, на основании указаний которого руководил также и деятельностью Карла Маркса.
Соответственно, есть все основания предполагать, что под тем же колпаком оказался и сам Парвус, тем более, если учесть его особую близость с известным в те времена представителем британской разведки на Востоке и торговцем оружием Бэзилом Захаровым.
А в свете этих фактов — еще очень большой вопрос: в прогерманских ли целях действовали те же Зеботтендорф и Парвус, создавая предпосылки один — для нацизма, другой — для крушения в России т. н. «русской революции». Но в итоге они оба действовали, преследуя цель уничтожения России. Мало кому известно, например, что «Майн Кампф» Гитлера — практически 100-процентный плагиат изданной Парвусом в 1922 г. брошюры об экспансионистских планах Германии (якобы Германии). До сих пор всю ответственность за «Майн Кампф» обычно приписывают Карлу Хаусхоферу. Да, влияние его идей там очевидно, но дело в том, что Хаусхофер сблизился с Гитлером значительно позже, в 1924–1925 гг., и его идеи всего лишь околонаучно разнообразили «творение» коричневого фюрера, в основе которого лежали идеи, изложенные Парвусом. Есть все основания полагать, что брошюра Парвуса была своего рода подсказкой Гитлеру — именно подсказкой, особенно если учесть время публикации этой брошюры: 1922 г. — это и время образования СССР, т. е. восстановление, пускай и под советским флагом, но традиционно ненавистной Великобритании России. В это же время между Германией и Россией были сделаны первые шаги к геополитическому альянсу — был заключен Рапалльский договор, так сильно всполошивший Лондон, что уже к концу того же 1922 г. он начал маневры по подготовке условий для высечения первых искр будущей Второй мировой войны.
Ко всему прочему следует иметь в виду одну подлую «традицию» и британской разведки, и британской тайной дипломатии — «никогда не делать ничего такого, что за тебя могут сделать немцы».
И еще о Зеботтендорфе. Мало кому известно, что барон длительное время пребывал в личных агентах влияния самого Канариса, выступая в то время под псевдонимом «барон ИНО». Они были чрезвычайно близки и в личном плане, поддерживали очень близкие дружеские отношения. Глава абвера Вильгельм Канарис очень доверял информации «барона ИНО», который добывал ее благодаря своим разветвленным конспиративным связям в различных странах. А эта связь буквально вынуждает повнимательней посмотреть на одну деталь из биографии Тухачевского. Всем хорошо известно, что будущий маршал сидел в немецком плену в концлагере города Ингольштадт. Но мало кому известно, что именно Ингольштадт являлся основной первоначальной базой «Общества Туле». Этот городок недалеко от Мюнхена вообще вошел в мировую историю с черного входа благодаря целому ряду необычных историй, творившихся в нем в разные века (более подробно об этом см. главу «Он предал всех, кто его купил»).
И в связи с этим, а также учитывая свободный режим выхода из концлагеря, благодаря чему Тухачевский в конце концов и сбежал из плена, есть немало оснований полагать, что именно в Ингольштадте он и был посвящен в «Общество Туле». В те времена в это общество уже входил и Карл Хаусхофер, и ряд других видных представителей германской элиты. Имя первого между тем неоднократно всплывало на процессах 1937–1938 г. Это во-первых. Во-вторых, и в Германии, и за ее пределами реализация идей пангерманизма на «технологическом» уровне мыслилась лидерами общества за счет диктатур. Собственно говоря, само общество именно для этого и было создано и существовало до тех пор, пока диктатор не появился — Гитлер. Но ведь и за Тухачевским с тех же времен вьется шлейф категорических убеждений в наличии у него диктаторских замашек, да еще и с антибританским уклоном (а именно в этом-то его и обвиняла в 1937 г. вся западная пресса). Его солагерник — француз Реми Рур, обычно выступавший под псевдонимом Пьер Ферварк, еще в 1928 г. изложил эти факты в своей книге о Тухачевском. И если, например, исходить из того, что на Тухачевского именно в Ингольштадте обратили внимание — в данном случае не столь уж и важно, была ли то германская разведка, или же «Германенорден», «Балтикум» или «Общество Туле», — то знать об этом мог в первую очередь сам Зеботтендорф — барон Ино. Потому как Канарис, участвовавший с молчаливого согласия британской разведки в операции по «сливу» достоверной информации о заговоре Тухачевского через чехословацкую военную разведку и Бенеша Сталину, сдал и информацию о посвящении Тухачевского в «Общество Туле» (на этот счет также есть немало серьезных фактов). Именно это обстоятельство в числе других явно сломило сопротивление Тухачевского на следствии.
