Периодически громкоголосый рассказ шел о том, какая у нее замечательная дочурка двух лет, и Лиза решила поинтересоваться, как девочка относится к прическе своей мамы, ведь девочки в таком возрасте любят длинные волосы.
Мучительная работа мысли отразились на лице Ксении. Она не понимала, был ли это «наезд», на который стоило ответить чисто мужской агрессией, либо это был невинный вопрос, вызванный исключительно интересом к рассказу о ее персоне и жизни… Внимательно всмотревшись в глаза Лизы и не заметив в них никаких задних мыслей, она решилась все таки ответить мирно.
– Так у нее длинные волосики… А мама – красивая, – ответила она, при этом старательно коверкая речь, видимо изображая речь двух– или трехлетнего ребенка.
– Ясно, – с улыбкой ответила Лиза и решила закончить разговор от греха подальше.
Высокая самооценка, это конечно, хорошо и однозначно полезно для самого носителя, однако выливание такого количества подобной информации на окружающих, которых видишь в первый, и хорошо, чтобы в последний раз, Лиза считала излишним. Пряча улыбку за чашкой с кофе и стараясь ничем не выдать формирующихся в мозгу ехидных комментариев, Лиза молча пила свой напиток вспоминая историю возникновения подобной «прически», а заодно пыталась понять, как же нужно себя ощущать, чтобы сделать такое со своей головой.
В принципе ничего необычного в такой прическе не было, за исключением того, что изначально ее носили представители племени шауни, затем панки, в их идеологии «ирокез» являлся символом борьбы против навязываемых обществом стереотипов. Позже эту прическу заимствовали готы. Что хотела сказать миру странная девушка, так и осталось для Лизы загадкой. Вызова обществу не было, учитывая, что свою дочку она воспитывала в весьма традиционной манере. Видимо, для нее это был самый простой способ сообщить миру о своей уникальности.
Затем вспомнив о том, что она всегда считала себя терпимой и доброй женщиной, и ее не очень комфортное душевное состояние начинает плохо сказываться на ее характере, Лиза решила все таки переключить внимание на что-то совершенно отстраненное… Например на то, чем ей следовало заняться на следующий день.
С нетерпением дождавшись окончания процедуры, пережив смывку одного состава, нанесение другого, сушку и укладку, Лиза, наконец, покинула салон, с радостью вдыхая свежий воздух, лишенный запаха химических составов, лака для волос и… собеседниц.
* * *
Впрочем, осветленные волосы Лизе нравились. Они делали черты лица мягче, что повышало не любящей наносить макияж девушке настроение. Вернувшись домой, Лизе пришлось вновь взяться за работу.
Весь вечер она посвятила рассматриванию и сортировке сделанных в путешествии фотографий, постоянно думая о том, что они не могут, к сожалению, передать то состояние. Никогда в жизни она не делала их так много – в общей сложности снимков оказалось более тысячи. И это при том, что девушка не посвящала все время щелканью фотоаппаратом. Очень многое хотелось просто чувствовать и ощущать, запечатлевая моменты в душе, а не на картинках. И тем не менее…
Создав альбом с фотографиями, и назвав его «Италия – страна вдохновения», Лиза решила немного написать.
«…Италия – страна вдохновения. И это действительно так. Это страна – где на каждом шагу вас ожидает мозаика исторических моментов, творческое воплощение событий и переживаний чужих жизней и даже эпох. На этих землях жили и творили множество выдающихся людей, которые обогатили своим талантом не только мир соотечественников, но и подарили радость причастности множеству побывавших на этих землях людей. Среди таких любознательных посетителей гостеприимной страны оказалась и я, готовая принимать, чувствовать, понимать…
…Такая палитра ощущений должна получить воплощение, не важно, в чем: в фотоснимках, в словах стихов или прозы, в чувствах, которые, может быть, я уже никогда не смогу передать… Все это изменило меня мягко, деликатно и необратимо, обогатив и увеличив многократно мой мир, развивая мое умение принимать и чувствовать…
Мне даже немного страшно начинать описывать увиденное и пережитое, потому что я понимаю, что моих слов для этого может не хватить, ведь слово «величие» – это всего лишь слово, но именно оно подходит для описания…».
Решив закончить подбор слов, которые были не в состоянии передать всю силу ее эмоций, девушка отправилась спать. На следующий день ей нужно было идти на работу.
* * *
– Привет. С приездом! – окликнул ее в коридоре Егор. В последнее время казалось, что он находится в издательстве постоянно, хотя это и неудивительно, учитывая, что обе его девушки работают тут же.
– Привет. Пасешь своих барышень? – ехидно ответила Лиза.
– Что-то ты какая-то колючая стала, – рассмеялся Егор, настроение у него повышалось тем стремительнее, чем неприветливее была Лиза. – Как дела?
– Отлично. Пишу для тебя вопросы по статье об Италии для уточнения твоей любимой истории, скоро вышлю…
– Ок. высылай. Хотя я могу за ними и зайти, – расслабленно улыбнулся молодой человек.
– Зайди лучше, когда на эти вопросы у тебя будут ответы, – неожиданно резко для самой себя ответила девушка, и продолжила свое движение по направлению к своему рабочему кабинету.
– Договорились, – ответил, задумчиво глядя в след удаляющейся девушке, Егор. Улыбаться он перестал.
– Лиза! – окликнул он ее по имени, когда она сделала уже несколько торопливых шагов.
– Что? – обернулась она.
– Когда я увидел тебя в Италии, гуляющей с группой… Ты выглядела такой вдохновленной, такой счастливой!
– Ты за мной следил? – не потеряв свой воинственный настрой, но уже немного улыбнувшись и прищурившись, спросила девушка.
– Я был там полтора дня… по делам. Когда я увидел тебя, то ехал в аэропорт и не мог остановиться, – не обращая внимания на интонацию девушки, Егор продолжал объяснять. Было видно, что для него это было важно. Важно сказать. Важно договорить. Он пристально и немного грустно смотрел на Лизу, не отрывая взгляд, как будто боялся, что ему может больше не представиться такой возможности.
Скорее почувствовав его состояние, чем поняв, Лиза немного смягчилась и, улыбнувшись, отправилась к себе в кабинет.
Глава 9
Обучение нейролингвистическому программированию в городке на Днепре продолжалось. С кем теперь туда будет ездить Лиза, было ей непонятно, но то, что ездить она туда будет не вызывало никаких сомнений. Впрочем, после тренинга в Италии, ее сестре Вере само направление психологии было интересно, и в дальнейшем сестры договорились ездить на обучение вместе.
