что пора.
– Послушайте, может, не нужно доводить до суда? – вступилась за парнишку. – Матвей правду рассказал и раскаялся в содеянном. Он больше не будет воровать, так ведь?
– Не буду! – парень энергично закивал головой.
– Сейчас он что угодно пообещает, – скептически хмыкнул городовой. – А как почувствует безнаказанность или еще какая беда вдруг приключится, так за старое возьмется? Не положено! К тому же, если не в тюрьму, то в приют его определим. А он ведь сбежит оттуда, по глазам вижу.
Я беспомощно посмотрела на Матрену в поисках поддержки, но та только руками развела. В этот момент девчушка проснулась, огляделась сонно, не понимая, где оказалась. Завидев брата, просияла улыбкой и потянула к нему ручки.
– Мотя пишол! Хосю к Моте! – захныкала, когда маг не отпустил ее и строго зыркнул на парня.
Однако Матвей все равно подошел и забрал девочку, которая тут же обвила его ручками за шею и притихла. Парень посмотрел на меня, прошептав беззвучно:
– Пожалуйста! Нельзя нам в приют.
– Но что я могу сделать?
– Возьмите на службу, – попросился он. – Тогда судить и наказывать только вы сможете.
– Эк, губы-то раскатал! – бабулька цокнула языком. – Сначала обокрал Ее светлость, а теперь на работу просится. Ворья нам еще не хватало. Не слушайте его, госпожа! Такой голытьбы безродной в каждом селе полно. Теперь подбирать всех, что ли? Каждому не напомогаешься! Сами еще не устроены и понятия не имеем, что в Роднино ждет.
– Матрен, но ведь Данияр Константинович говорил, что крестьяне разбежались. Нам нужны будут люди, – возразила я, понимая, что заберу ребят с собой.
– Так, то люди! Работники крепкие потребуются, которые землю умеют обрабатывать, пахать и сеять, за скотиной ухаживать. А этот же помощничек худющий, как жердь, того и гляди переломится. Еще и с довеском, от которого пользы никакой.
– Будут тебе и работники, дай только время! – пообещала бабульке, проявившей неожиданное равнодушие к судьбам детей. – А пока я беру Матвея и Авдотью Фомичевых к себе на службу. Павел Серафимович, давайте уладим формальности, и мы уже пойдем.
– Что ж, коли так, – дядька шумно втянул носом воздух. – Извольте штраф заплатить за слугу, которого в воровстве уличили, и за труды целителя – тоже.
– Так, ведь Матвей у меня деньги украл! И мне же штраф? – возмутилась до глубины души.
– Ну а как вы хотели? Факт воровства зафиксирован, – усмехнулся в усы городовой. – А раз уж теперь это ваш человек, то вам и отвечать.
Я молча выложила пятьдесят монет серебром и расписалась в квитанции и тех бумагах, что подсунул представитель закона, после чего мы, наконец, вышли на воздух.
Павка уже измучилась в ожидании, только извозчик, чей экипаж набили вещами под завязку, беззаботно насвистывал песенку. Ага, ему по копеечке капало за простой.
– А это кто? – удивилась девушка, завидев в нашей компании новеньких.
– Нахлебнички, которых Ярослава Елизаровна пригрела по доброте душевной, – пробурчала Матрена. – С нами теперь поедут! Смотри в оба, чтобы не уперли чего. Ты серебро столовое надежно спрятала?
– Как и велено, в вещах положила, чтобы не звякало по дороге, – оторопело пробормотала девушка.
– Ваша светлость, позвольте отлучиться на пять минуточек? – попросился Матвей. – Гостинец для Дуняши заберу, – пояснил в ответ на мой вопросительный взгляд.
– Давай! Только бегом, и так полдня потеряли. Погоди! На вот мелочи, возьми на обратном пути пирогов, какими на перроне торгуют.
– Зря ты ему деньги доверила, Ярушка, – посетовала Матрена. – Обманет ведь!
– С чего бы? Денег тех только на пироги и хватит, – отмахнулась я. – Ты совсем людям не доверяешь?
– Не доверяю! И тебе не советую верить проходимцам, – бабулька нахохлилась, зыркнула исподлобья по сторонам. – Переживаю, чтобы беды какой не случилось. Надо было у князя охрану попросить, все надежнее добрались бы, без приключений. Чего расселся? – углядела бездельничающего извозчика. – Разворачивай экипаж, в другую сторону ехать надобно.
– В какую, другую? Павлина Кузьминична сказала, на постоялый двор поедем. А приличные гостиницы как раз по левую сторону от Большой Дворянской расположены.
– Ты мне еще поговори! Разворачивай, кому сказала! – прикрикнула Матрена.
Пока она препиралась с мужичком, вернулся Матвей с подбитым глазом, сломанной игрушкой в руках и без пирогов. На вопрос, что случилось, ответил, будто на мусорке столкнулся со шпаной. Деньги у него отобрали, только куклу не удалось отнять, клещом вцепился. Испортили вот подарок и поколотили больно.
– Ну, что я говорила? – бабулька уставила руки в бока, свысока посматривая на угрюмого пацана. – Одни неприятности от него и убытки. Ярушка, гони взашей разбойника, пока не поздно.
– Ох! Ну, что с вами делать? – я вздохнула. – Давайте уже до постоялого двора доберемся, а там посмотрим.
Гостиница оказалась неподалеку, на соседней улице. Если б знали заранее, то сэкономили на извозчике. Достаточно было доплатить носильщику с тележкой, чтобы довез вещи до места, а самим прогуляться пешком.
Мы сытно пообедали в общем зале, после чего отправились с Матреной разузнать насчет повозки или дилижанса до Роднино. Павлину оставили сторожить вещи и за новыми работничками присматривать. Заодно попросили хозяина растопить баню, чтобы отмыть наших грязнуль.
Разумеется, прогонять я ребятишек не стала. Да и Матвей заявил, что, пока долг не отработает, никуда не уйдет. Этим, конечно, смягчил суровую бабульку, но не настолько, чтобы заслужить ее доверие.
Цены на дилижансы нас, мягко говоря, удивили. Нет, если купить места согласно тарифу, то вполне приемлемо. Только маршрут вел по московскому тракту, а к Роднино от него ответвлялась проселочная дорога. Это означало, что нас довезли бы до поворота и высадили с вещами, а до конечной точки мы бы пешком добирались. Слава о тех местах дурная ходила, так что извозчики соглашались ехать только за тройную цену. Место в дилижансе стоило от одного до десяти рублей серебром за человека плюс багаж, в зависимости от расстояния, а за найм экипажа просили сто пятьдесят. Еще дороже стоила поездка в паро- или магомобиле.
Добротная телега и тягловая лошадь обойдутся в те же сто пятьдесят целковых. Вот и получалось, что выгоднее приобрести повозку и добраться до деревни самостоятельно. Покупка и в дальнейшем пригодится, ведь другому транспорту в Роднино взяться неоткуда.
Рассудив
