– Выносите бочки из трюма! – Мамука пронзительно засвистел в свой боцманский свисток. – Все дружно за работу!
Испытывая безудержный энтузиазм, я увлеклась общим порывом и вместе с пиратами вытаскивала из трюма тяжеленные пузатые емкости, составляя их в ряд на палубе. Бочки оказались почти неподъемными, а мы в кровь раздирали руки о скрепляющие их железные обручи и чуть не надорвались. Маллер, продолжающий следить за тайфуном, поглядывал на меня с угрюмым испугом, опасаясь за моего ребенка, но я лишь громко хохотала, выслушивая жутко похабные шутки балагура Мамуки, придающие нам свежих сил. Наконец все закончилось. Мне показалось – мы провозились с бочками целую вечность, но, мельком взглянув на колбу клепсидры[30], я с удивлением обнаружила – прошло не более пяти минут. Довольный проделанной нами работой Маллер фамильярно похлопал меня по плечу.
– Как там твой малыш? – требовательно спросил он.
– Отлично! – нахально ухмыльнулась я. – Помогал, как мог, подпинывая и меня, и бочку.
Де Вакс весело оскалил белоснежные зубы:
– Замечательно! Настоящим мужиком вырастет!
– Что в этих бочках? Железо? Я себе чуть пуп не сорвала.
– Почти угадала, – рассмеялся капитан. – Масло плодов гуаранакового дерева, чаще называемого «железным». Жутко вязкая и густая штука – куда там до нее обычной ворвани или любому другому жиру. Ценится практически на вес золота. Мы по случаю прикупили груз масла в Канагере и намеревались выгодно продать в Нарроне. Но сейчас он спасет наши жизни…
– Каким образом? – не поверила я.
Маллер загадочно улыбнулся и приложил палец к моим растрескавшимся от соли губам, призывая к молчанию:
– Ухватись за что-нибудь покрепче, не мешай и смотри…
Я так и поступила. Будто клещ вцепилась в обмотанный вокруг мачты линь и широко распахнула глаза, приготовившись увидеть нечто невероятное…
Тропинка, ведущая от веранды к закрытому магией участку сада, который Марвин облюбовал для своего загадочного эксперимента, вряд ли превышала по протяженности пятьсот метров, но друзья уже раз семь сбивались с пути, бестолково блуждая среди кустов и деревьев. Пресытившись церемонной помпезностью затеянного Лилуиллой утреннего приема, плавно перетекшего в торжественный обед, четверо соскучившихся по общению друзей просто-напросто улизнули из дворца, намереваясь тщательно осмотреть новейшее изобретение некроманта. То, что при этом они с трудом держались на ногах, передвигались пунктирно и периодически падали, компаньонов не смущало ничуть. Да и о каком вообще смущении могла идти речь, если винный подвал Генриха оказался настолько богат как в плане наполненности, так и ассортимента. Сам барон, частично по причине чрезмерного хозяйского радушия, а частично из желания хоть ненадолго позабыть свои сердечные проблемы, пребывал в невменяемом состоянии, вряд ли делавшем возможным процесс адекватного восприятия нового проявления строительного гения архимага. Архимага, кстати, в данный момент оживленно приплясывавшего поблизости и напевавшего что-то весьма игривое. Как отреагирует на нынешние неумеренные возлияния его капризный гайморит, Марвину предстояло узнать завтра.
Как известно большинству магов, алкоголь убивает микробов. Но лишь самая продвинутая часть сих ученых мужей смогла постичь высшую мудрость: наутро выжившие микробы сплачиваются и устраивают поминки по своим скончавшимся товарищам… Поэтому утро обещало стать весьма веселым… Впрочем, пребывающие под воздействием спиртного друзья об этом пока не задумывались.
А во всем следовало винить щедрого Генриха. Ибо последним писком таланта доморощенных виноделов из отряда Азура, прочно обосновавшегося в Силе, стала знаменитая демоническая водка «Ы», позиционируемая как достойный ответ не менее знаменитому эльфийскому вишневому соку «Я». Из чего уж там демоны гнали свое жуткое пойло, хранилось в строжайшем секрете, но факт оставался фактом – мизерная рюмочка сего убойного нектара валила с ног даже могучих орков и по эффективности воздействия на любой организм равнялась десятку бутылок выдержанного эльфийского. А если разницы нет, то зачем платить дороже?
– Это не сад, – заикаясь пробубнил Огвур, крепко сжимая в одной руке недопитый стакан с уже упомянутой водкой, а второй цепляясь за ствол молодого бука. – Это же настоящие джунгли! Интересно, через сколько дней нас начнут искать, если мы не вернемся обратно?
– А ты уверен, что после сегодняшнего банкета во дворце останутся выжившие? – резонно заметил Ланс.
– Да пусть хоть все перемрут, – хвастливо хихикнул Марвин, – некромант я или кто?
– Или где? – задумчиво перефразировал орк.
– Люди, – жалобно проблеял совершенно никакой Генрих, – ау! – Он благополучно шлепнулся в лужу. – Караул!
– Мы тут, наверно, часа три бродим, не меньше, – предположил полуэльф. – Можно было и до границы с Нарроной дойти.
– Доползти! – сердито поправил тысячник, поднимая с земли вдрызг пьяного сильфского повелителя. – Генрих, стоять!
– Да что ж ты творишь, изверг! – долетело из-под ближайшего куста. – Ты нашего досточтимого барона уже третий раз на голову ставишь! – В кустах уютно устроился бородатый мужик, успешно деливший свое внимание между ведерной баклагой пива и шматком жареной оленины. Судя по зеленому камзолу и фазаньему перу на шляпе, лесник.
– Да? – озадачился Огвур, поспешно переворачивая Генриха наоборот. – Дружище, ты как?
– Бу-э! – исчерпывающе ответил де Грей.
Ланс воспитанно отвернулся, зажимая нос пальцами.
– Уважаемый, – довольно внятно обратился к леснику Марвин, – а вы случайно не в курсе, где тут находится одна полянка? Симпатичная такая, с дубом и березкой.
Лесник с интересом принюхался и выразительным жестом в стиле «махнемся не глядя» предложил обменять свою баклагу на полбутылки эксклюзивной водки.
– Да туточки она, ваша полянка. – Он отвел в сторону ветки бузины. – Шаг шагнуть осталось…
Друзья послушно шагнули.
Подчиняясь приказу Марвина, магическая преграда, закрывающая полянку, лопнула с хрустальным звоном. Восхищенным взорам собутыльников предстало нечто неописуемое, эффектно подсвеченное скатывающимся к верхушкам деревьев солнцем.
– Мать моя женщина! – потрясенно выдохнул орк. – Что это?
Над поляной завис огромный черный шар. Свитая из веревок сеть, наброшенная поверх шара, крепилась к плетенной из ивняка корзине, вполне способной вместить четырех мужчин. Внушительную конструкцию удерживал тонкий шнурок, привязанный к вбитому в землю колышку.
– Грандиозно! – похвалил некроманта Ланс. – А почему черный? Голубой или белый смотрелся бы намного наряднее!
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
