Явились также восемь фиренов, но их Джура в расчет не брала. Люди этого племени показывали чудеса храбрости и отваги, но только сидя в седле. Пешими же они выглядели как рыбы на песке.
Здесь не было ни одной женщины из племени пойленов, но их и не ждали. Если бы соревнования заключались в декламации стихотворений и баллад, пойленки наверняка победили бы, но оружие они применяли только в случае крайней необходимости и тогда были непобедимы. Оставшиеся пятьдесят женщин принадлежали к племенам зернас и ириалов. Желание участвовать в соревновании выразили все члены отряда женской стражи, даже ученицы. Каждой хотелось получить такого мужа, как Роуан. Зато зернас представляли собой устрашающее зрелище: здоровенные, мускулистые, разукрашенные шрамами. Джура понимала, что именно они единственные серьезные соперницы. Хотя ириалки проворнее и ловчее, зернас берут верх грубой силой.
Силин подтолкнула локтем Джуру и кивком показала на Миллу, самую громоздкую, самую старшую, самую пугающую из всех зернас.
Протрубили трубы, и парад начался.
Женщины вытянулись длинной линией перед трибуной под балдахином, и Роуан, великолепный в зеленой шелковой тунике, сшитой на ланконийский манер, спустился по ступенькам и прошел мимо них, желая каждой удачи и победы. И надолго остановился перед Миллой, глядя ей в глаза. Кончик ее носа был некогда отсечен в бою. Силин, улыбаясь, тоже пожелала Милле удачи, но Джура промолчала. Когда Роуан остановился перед ней, она даже не посмотрела на него и уставилась в какую-то точку над его головой.
– Господь да пребудет с тобой, – прошептал он.
Через несколько минут раздался крик распорядителя, и игры начались.
Первый день прошел незаметно, и Джура не слишком выкладывалась, приберегая силы на последующие дни. Все, что ей было нужно, – набрать побольше очков, чтобы не выбыть из соревнований. При этом она ни разу не вышла победительницей, не желая показывать соперницам свое искусство. Зато Милла постоянно выигрывала каждое состязание, даже в беге, хотя в последний момент оттолкнула локтем ириалку.
Джура не имела представления, как расстраивается Роуан при каждой победе Миллы. Он словно понемногу умирал изнутри и в конце дня выглядел более уставшим, чем участницы.
Джура, наоборот, покинула ристалище, довольная сегодняшними событиями, и отправилась в женские казармы умыться и отдохнуть.
К вечеру второго дня осталось только шестнадцать участниц. Им предстояло состязаться друг с другом назавтра.
– Джура, – с тревогой заметила Силин, – та, которой по жребию выпадет бороться с Миллой, наверняка проиграет.
– А может, и нет, – неубедительно возразила Джура, зная, что лжет. Рано утром каждая будет вытаскивать жребий, чтобы определить соперницу. Большинство участниц могли победить Миллу в беге, метании копий и стрельбе из лука, но в борьбе против нее никто не устоит. – Возможно, жребий вытянет другая женщина, и именно ей предстоит проиграть.
– Я просто волнуюсь, что этой женщиной окажемся ты или я.
– Лучше уж я, – поспешно заявила Джура. – Она может побить меня, так что тебе, по крайней мере, придется сражаться с ней на шестах. А она сильно устанет после поединка со мной, в этом я даю тебе слово.
Но Силин не улыбнулась.
– Пойдем со мной. Мне нужно в город.
– Зачем? – резко спросила Джура. – Нам нечего делать в городе. Лучше уж отдохнуть.
– Я встречаюсь с принцем Роуаном, – тихо пояснила Силин.
– Вот как? – обозлилась Джура. – Хочет заранее попробовать то, что будет и так принадлежать ему? Может, он тащит в постель и других участниц? Миллу, например?
– Немедленно прекрати! – скомандовала Силин. – Ты сильно изменилась с тех пор, как он появился в городе. Нет, я не собираюсь проводить с ним ночь. Если хочешь знать, об этой встрече договорился Дейр.
– Дейр? – потрясенно выпалила Джура.
– Ты была так занята тренировками, что не нашла времени повидать своего нареченного. Но я не такова. Роуан – мой жених, по крайней мере, я считаю его женихом и хочу повидаться с ним. Услышать, как он пожелает мне удачи с глазу на глаз. Вот я и подумала, что ты захочешь пойти со мной и встретиться с Дейром.
– Да, – пробормотала Джура, – разумеется.
Все это время она ни разу не вспомнила о Дейре!
– Я соскучилась по нему.
На ристалище и в городе было светло, как днем. Сотни факелов освещали разгульное веселье. Подвыпившие люди пели, танцевали и всячески развлекались. Многие фамильярно хлопали девушек по спинам, и Джура, не выдержав, потянулась к кинжалу, но рука наткнулась на пустые ножны.
Роуан ждал их в тени каменного замка Тала. Он стоял тут довольно давно, и камни впивались ему в спину, но он прождал бы и неделю, лишь бы побыть немного наедине с Джурой. Она куда лучше, чем он, сумела притвориться, что они незнакомы. Он был почти рад, когда на параде она не взглянула на него, иначе он не выдержал бы и выдал себя.
Но во время игр она постоянно оказывалась второй, третьей, а то и четвертой, и тогда Роуан засомневался, что победа будет за ней. И нервно спросил Дейра, действительно ли ее воинское искусство так велико, как о нем говорят. В конце второго дня он потерял всяческую осторожность и рискнул попросить Дейра о встрече с Джурой.
И теперь он ждал ее.
Джура ощутила его присутствие еще до того, как увидела.
– Пришли, – выдавила она. Силин шагнула в тень, и Джура увидела, как большая рука Роуана стиснула ее плечо. Руки Джуры сами собой сжались в кулаки. Значит, все верно! Она – одна из многих! Этот похотливый сатир лапает всех женщин без разбора. Говорил ли он и Силин о своей любви? Все твердили, что он усердно тренируется, но если постоянно прячется в конюшнях и целует женщин, много ли времени остается для тренировок?
– Ты Силин! – неожиданно воскликнул Роуан, и оба вышли на свет. Джура проворно отошла в сторону.
– Разве ты не говорил Дейру, что хотел встретиться со мной? – удивилась Силин.
– Он сказал, что я должен встретиться с… да-да, конечно, так и было… Ты одна?
Джура заметила, как пристально он вглядывается в темноту.
– Со мной Джура. Мы пришли выслушать твои добрые пожелания.
Его взгляд остановился на Джуре, хотя та была уверена, что он не может ее видеть.
– Джура! – воскликнул он, протягивая руку.
Девушка не двинулась с места.
– Роуан! – окликнула Силин, когда он шагнул к Джуре. Но тот словно не услышал.
– Можно, я поцелую тебя на удачу? – тихо спросил он, остановившись перед Джурой.
В этот момент Джура наконец опомнилась.
– По-моему, ты и без того успел перецеловать всех женщин, – язвительно бросила она и окончательно разозлилась, когда он усмехнулся.
