шеренги, а взводы – в трех шагах друг от друга. Дивизион также обучали построениям фронта из разного вида колонн и переменам фронта.
Марш с ружьем «На перевес» (Воинский устав о пехотной службе. СПб., 1816).
В качестве общего правила для всего обучения в «ротном учении» советовали применять шереножное построение: три шеренги дивизиона образовывали три стороны квадрата, в центре которого вставали обучающие офицеры и флигельманы.
Отдельная статья учения посвящалась искусству прицельной стрельбы. Было замечено, что «самые успехи в военных действиях много от совершенства в искусстве сем зависят». Для обучения стрельбе в каждом батальоне нужно было иметь несколько деревянных щитов высотой 2 s аршина и шириной 1 аршин. Щиты красили черной краской и проводили на них горизонтальные белые полосы шириной 4 вершка: одну посередине, другую – у верхнего края. Позади щитов насыпали земляной вал, из которого впоследствии извлекали пули для дальнейшего использования. Солдаты стреляли по щитам с 40, 80 и 120 саженей, причем на первых двух дистанциях целили в нижнюю полосу, а на дистанции 120 саженей – в верхнюю. По результатам стрельб в роте составлялся список лучших стрелков.
Положение «Под курок» (Воинский устав о пехотной службе. СПб., 1816).
В ротном учении описывались строевые приемы, выполняемые знаменосцем, офицером и унтер-офицером. Знаменосец держал знамя на правом плече. Кроме команд «От ноги» и «С плеча» он выполнял единственный прием – салютовку знаменем на месте или на походе. Офицеры выполняли следующие приемы: «Под курок – Под приклад – На руку – На плечо – Вольно – На погребение – На караул (салютовка шпагой на месте или на походе)». Унтер-офицеры в строю держали ружье в правой руке и выполняли следующие команды: «Под курок – На перевес – На руку – От дождя – К заряду – С плеча – На погребение» [74].
2.4. Егерское учение
Правила и сам процесс подготовки пехотных подразделений к действию в рассыпном строю носили наименование егерского учения.
В русской армии можно проследить непрерывную преемственность наставлений, посвященных обучению легкой пехоты. С конца 80-х годов XVIII века основным документом для егерского учения стали «Примечания о пехотной службе вообще и о егерской особенно», содержавшиеся в тексте документа за авторством М. И. Кутузова, – «Ордера Бугского егерского корпуса господам баталионным командирам» 1786 г. Превалирование именно этого наставления косвенно подтверждается двумя найденными документами павловской эпохи под заголовком «Приступление к обучению егерей», которые, по сути, являются лишь немного переработанными «Примечаниями». Изменение штатов, а затем и формы построения егерских полков при Александре I должно было повлечь и введение нового наставления, описывающего эволюции 3-шереножного строя легкой пехоты. Подобное наставление не замедлило появиться. Автору удалось найти по меньшей мере 5 различных вариантов этого документа, рукописных или печатных. Большинство текстов имеют наименование «О Егерском ученьи», один озаглавлен «Егерьское учение или НАСТАВЛЕНИЕ к обучению легкой пехоты». Все они имеют некоторые различия и, судя по контексту, были составлены в период между 1806 г. (год введения 3-шереножного строя) и 1818 г., когда был издан чрезвычайно подробный документ под названием «Правила рассыпного строя, или Наставление о рассыпном действии пехоты». Из всех 5 текстов только один содержит упоминание о гренадерском и стрелковом взводах – частях гренадерской роты, официально введенной в каждый пехотный батальон 12 октября 1810 года. Таким образом, с большой долей вероятности, именно это наставление «О егерском учении» мы можем считать официальным документом, применявшимся для обучения егерей перед 1812 годом [152].
Общие задачи легкой пехоты остались неизменными с XVIII века. Так, в «Приступления к обучению егерей» содержалось подробное описание основных егерских маневров: «1-е, открывать неизвестные места; 2-е, занимать дефилеи малым числом людей, дабы не дать воспользоваться оными неприятелю…; 3-е, очищать леса, густые кустарники и, укрепив себя засекой, не пропускать в оные неприятеля; 4-е, открывать неприятеля, засевшего в деревнях, в кладбищах и рвах, закрытые лесом и скрытые за большими камнями батареи, занимать оные, если неприятель не успел еще укрепиться; 5-е, иногда должно рассыпать егерей и пред своею пехотой, которые могут занимать неприятеля огнем своим, пока оная выстроит свой фронт или во время прохода сквозь неудобное место, где неприятель, не будучи занят, может воспрепятствовать во всех предприятиях; 6-е, когда армия или корпус марширует закрытыми местами одной или многими колоннами и когда нельзя употреблять конницы то начальник армии назначает тогда егерей для открытия марша…».
Прежде всего егерь отличался от простого солдата умением сражаться в сомкнутом и рассыпном строю, причем доскональное знание линейных эволюций считалось непременным условием хорошего усвоения егерских маневров. Первичной тактической единицей егерской цепи была пара стрелков. Между егерями в паре поддерживался интервал в один шаг, между парами – два шага в густой цепи и пять шагов в двойной. Если один из солдат пары выбывал из строя, второй присоединялся к соседней паре. Парам в цепи и егерям в паре разрешалось, используя удобные укрытия, сближаться или отдаляться друг от друга, но при этом интервал в паре не должен был превышать 5 шагов, а между парами – 50 шагов, так как в противном случае не было возможности обеспечить необходимую взаимную поддержку. От егерей не требовали и строго выдерживать прямолинейность цепи. К каждому младшему офицеру в рассыпном строю назначалось двое рядовых третьей шеренги для охраны и передачи сообщений, к батальонному командиру – один унтер-офицер и двое рядовых, к полковому командиру– шесть унтер-офицеров. При движении в рассыпном строю егеря держали ружья наперевес, стоя на месте в сомкнутом строю – на плече, на месте в рассыпном строю – у ноги. Ружья заряжали по-егерски, перенося приклад под левый локоть. Егеря нередко ложились на землю, опираясь на левый локоть и сгибая левую ногу в колене; ружье замком вверх укладывалось на вытянутую правую ногу. Стрельба в паре велась по очереди: егерь стрелял только тогда, когда его напарник заканчивал заряжание. Позиция для стрельбы выбиралась произвольно – разрешалось использовать укрытия и вести огонь стоя, сидя или лежа. Перестроения сомкнутого батальона при необходимости прикрывал рассыпанный в цепь стрелковый взвод. После завершения перестроений стрелки пробегали в офицерские интервалы, строились за левым флангом батальона и занимали свое место.
В «Приступлении к обучению егерей» много внимания уделялось правилам обучения стрельбе, так как успех действия рассыпного строя во многом зависел от «верной стрельбы». Егеря стреляли в деревянную мишень высотой в три с половиной аршина, на которой черной
