Читаем без скачивания Анжелика. Война в кружевах - Анн Голон

— А вдруг этот моряк привез новости, которые сейчас особенно волнуют Его Величество?

На плечо Анжелики опустилась чья-то рука, заставив ее вздрогнуть от неожиданности. Она обернулась и увидела перед собой господина в темном платье. Как ни старалась, она не могла вспомнить, кто этот человек.

В ее ушах зазвучал тихий и хриплый, но при этом властный голос — голос, не терпящий возражений.

— Мадам, мне нужно безотлагательно побеседовать с вами по одному крайне важному вопросу.

— По какому вопросу, месье? — обеспокоенно спросила Анжелика.

Лавальер, только что разглагольствовавший о дворянской гордости, стал отвешивать многочисленные поклоны.

— Господин министр, умоляю вас напомнить Его Величеству о моем скромном прошении касательно наследства бывшего помощника бальи Шартра. Как вы знаете, этот величайший из бандитов был только что осужден и приговорен к отсечению головы.

Суровый господин бросил на маркиза неприветливый взгляд.

— Посмотрим, — буркнул он.

Анжелика наконец-то узнала в незнакомце месье Кольбера, нового суперинтенданта финансов и члена Высшего Совета.

Кольбер оставил застывшего в поклоне придворного и без дальнейших объяснений повел Анжелику по галерее из зала, в котором она находилась.

Ранее она встречалась с Кольбером, когда они заключили «соглашение», по которому в то время еще мадам Моренс обещала не упоминать имени Месье, брата короля, оказавшегося замешанным в преступлении. В обмен на свое молчание она получила значительное денежное состояние. Впоследствии ей еще дважды выпадал случай беседовать с Кольбером на собраниях крупнейших торговцев, проходивших в Ратуше.

Она знала, что вскоре Кольбер стал министром, заменив осужденного на пожизненное заключение Фуке.

Неужели ей грозит какая-то опасность?

В глубине души Анжелика чувствовала себя сильной. В том давнем деле она по всем статьям обошла Кольбера. Чем же она рискует сегодня?

Тем временем министр сделал знак следовавшему за ним по пятам служащему, и тот протянул Кольберу содержимое большой бархатной сумки для документов. Кольбер вытащил какой-то пожелтевший лист.

— Мадам, как полагаю, вы знаете, что я не придворный и не дворянин, а торговец сукном. После некоторых событий, в которых мы были оба замешаны, я узнал, что вы, будучи дворянкой, занимаетесь торговлей. В вашем лице я хотел бы обратиться за советом именно к члену торговой гильдии.

Министр пытался говорить шутливым тоном, что было ему совсем не свойственно. Анжелика разозлилась: когда наконец ей прекратят беспрестанно напоминать о торговле шоколадом?

Она поджала губы. Но, взглянув на Кольбера, заметила, что его лоб, несмотря на холод в помещении, стал влажным от пота. Да и парик сидел несколько криво — должно быть, утром Кольбер не дал своему цирюльнику как следует поработать.

Анжелика немного успокоилась. К чему ломаться? И она очень степенно произнесла:

— Я действительно занимаюсь коммерцией, но разве можно сравнить мои скромные дела с теми колоссальными задачами, что стоят перед вами, господин министр! Чем я могу быть вам полезной?

— Я еще не знаю, мадам. Судите сами. В списке владельцев акций Ост-Индской компании я увидел ваше имя. Прежде всего мое внимание привлек тот факт, что вы, как я уже упомянул, принадлежите к дворянскому сословию. Следовательно, ваш случай особенный. В дополнение к этому мне сказали, что ваши дела процветают, и я подумал, что вы могли бы просветить меня и уточнить некоторые детали, которые ускользают от моего понимания, когда речь заходит о данной компании…

— Господин министр, вы лучше меня знаете, что акции этой компании, равным образом как и Компании ста акционеров[30], которая ее дублирует, с той лишь разницей, что она занимается торговлей с Америками, и пять акций которой я тоже купила, на сегодняшний день стоят не больше одного су.

— Я говорю сейчас не о стоимости акций, которые сегодня действительно обесценились, но о вашей реальной выгоде, о тех доходах, что вы получаете в той области торговли, где все остальные терпят одни убытки.

— Для меня единственная реальная выгода от этого сомнительного предприятия состоит в том, что я поняла, чего не следует делать. Признаюсь, я дорого заплатила за такой урок, потому что этими делами заправляли воры. Они надеялись на чудо, на какие-то сверхъестественные доходы, в то время как подобные предприятия, связанные с путешествиями в дальние страны, требуют прежде всего кропотливой работы.

Лицо Кольбера, все испещренное морщинами — следствие бессонных ночей, осветилось подобием улыбки, хотя улыбались только глаза, в то время как губы остались неподвижными.

— Ваши слова по духу близки моему девизу «Труд может все».

— «Именно стремление к труду позволяет работать с удовольствием, — выпалила Анжелика и, подняв палец, продолжила цитату: — А осуществление намеченного приносит радость».

Теперь некрасивое лицо министра озарилось настоящей улыбкой и сделалось почти симпатичным.

— Вы даже знаете цитату из моего доклада, касающегося вышеупомянутой компании и дальних плаваний, — в голосе Кольбера прозвучали удивление и явная заинтересованность. — Я спрашиваю себя, много ли почетных акционеров компании дали себе труд прочитать эту фразу.

— Меня интересовало, что думает по этому поводу власть, которую вы в данном случае представляете. Само по себе такое начинание жизнеспособно и вполне естественно.

— Стало быть, вы верите, что это предприятие может и должно приносить прибыль? — очень живо спросил министр.

Однако он тут же взял себя в руки и ровным, даже монотонным тоном перечислил все тайные вклады маркизы дю Плесси-Бельер, она же мадам Моренс:

— Полноправное владение торговым кораблем «Святой Иоанн Креститель» в шестьсот регистровых тонн, оснащенным двенадцатью орудиями, который возит для вас из Мартиники и Санто-Доминго какао, перец, пряности и ценные породы древесины…

— Да, все так, — подтвердила Анжелика. — Мне надо было наладить торговлю шоколадом.

— И капитаном вы пригласили корсара Гинана?

— Верно.

— А разве вы не знали, когда брали его на службу, что он был человеком господина Фуке до того, как Фуке оказался в тюрьме? Вы отдавали себе отчет во всей серьезности подобного шага или это Фуке посоветовал вам поступить подобным образом?

— У меня никогда не было возможности беседовать с месье Фуке, — сказала встревоженная Анжелика. — Я считаю, что это опасный человек, которого деньги наделили огромной властью. И этой властью он злоупотреблял. Но надо отдать ему должное, суперинтендант умел выбрать людей для своего окружения. Я познакомилась с Гинаном совершенно случайно и сразу поняла, что он отличный моряк и торговец, хотя и авантюрист. Я подумала, что только он может спасти мои вложения в пресловутую Ост-Индскую компанию, которая находится в катастрофическом состоянии и которой я так легкомысленно доверилась. И взяла его на службу. Ненавижу пустые траты! К тому же я вдохновилась примером, который продемонстрировали на самом верху.

— Что вы хотите сказать?

— Король! Он наказывает всех, кого признает виновными, но при этом не разбрасывается талантами. Живописец Лебрен[31], архитекторы Ленотр[32] и Лево[33], непревзойденные мастера водных феерий инженеры Франчини[34]… Не стоит забывать также комедианта Мольера и дворецкого Вателя — все эти люди были найдены Фуке или работали на него, а теперь они состоят на службе у короля, который одаривает их всеми возможными милостями. Что до моей скромной персоны, то я всего лишь наняла одного корсара, но готова отдать его королю, если он того потребует, — пылко закончила Анжелика и обезоруживающе улыбнулась.

Однако спокойствие ее было напускным. Кольбер всегда являлся заклятым врагом Фуке, и именно он втайне ото всех соткал паутину, в которую попался бывший суперинтендант. Поэтому все, связанное с именем Фуке, оставалось весьма опасным.

— Итак, свой торговый корабль вы посылаете в Америку. Отчего бы не в Индию? — внезапно поинтересовался Кольбер.

— В Индию? Я думала об этом. Но французский корабль не в состоянии пробиться туда в одиночку, а у меня нет средств, чтобы купить несколько судов.

— А до Америки ваш «Иоанн Креститель» добирается без каких бы то ни было осложнений?

— Здесь нечего опасаться берберских пиратов, с которыми в одиночку не способен справиться ни один корабль, особенно когда он проходит острова Зеленого Мыса. Если его не ограбят по пути туда, то ограбят на пути обратно.

— А как же корабли Голландской или Английской Ост-Индских компаний? Ведь, как известно, они процветают!