мной, но это не давало ему повода вести себя как свинья.
— Сначала Гелен притащил меня сюда против воли. Затем Совет заставил поступить в вашу странную Академию по причинам, которые никто даже не потрудился прояснить! А теперь благородный принц Редлинг заявляет, что у меня не будет личного пространства здесь, в его доме — месте, где я даже не хотела оставаться?! Нет уж, так не пойдет!
Пальцы сжались в кулаки, больно впившись ногтями в ладони. Черт, не думала, что они такие острые. Глаза защипало, но не от слез. В них как будто попал шампунь, или соринка. Картинка дрогнула, то расплываясь, то становясь болезненно четкой.
— Если ты думаешь…что я буду прыгать перед тобой, как и все подданные…можешь засунуть свои имперские замашки себе под хвост!
— Что ты сказала? — сверкнул глазами Редлинг.
Ему явно надоело чувствовать на себе женское пренебрежение. Сначала Хирата, теперь я, но электричку моей истерики было уже не остановить.
Тепло в груди разгорелось пожаром, оно начало циркулировать, ища выход из клетки ребер, в которой вынуждено было влачить свое существование. Костяшки пальцев обдало жаром, мышцы напряглись…
— Тише, Соня, тише. Расслабься, — мягко произнесла Хирата в мгновение ока оказавшись рядом со мной. — У мальчика проблемы с запретами. Не может усидеть на месте, если его куда-то не пускают. Не волнуйся он больше не будет таким грубияном, а если будет, я сломаю ему пару костей. Договорись?
— Ты собираешься быть стервой весь год? — не остался в долгу Редлинг.
— Не сейчас, — прошипела Хирата, не сводя глаз с моего лица.
— Что со мной? — выдохнула я, чувствуя, как начинают дрожать плечи.
— Ничего, просто перенервничала. Перемещение, стрессы, куча мужланских идиотов, возомнивших себя центром мира.
Хирата осторожно приблизилась, а затем медленно, но уверенно взяла меня за руки, заставив разжать кулаки. Прикосновение ее ладоней принесло с собой прохладу, я тут же почувствовала, как уходит напряжение, и даже зрение возвращается в норму.
— Вот тебе платочек, — улыбнулась Хирата, протягивая белоснежную кружевную салфетку.
— Зачем, — недоуменно переспросила я.
Она лишь выразительно покосилась на внутреннюю сторону моих ладоней. В местах, где ногти соприкасались с кожей, выступила кровь, обнажив неглубокие порезы.
— Черт, — выдохнула я.
— Ничего страшного, — тряхнула золотыми волосами Хирата.
Она осторожно промокнула платочком порезы, внимательно наблюдая, как затягиваются свежие раны.
— Ты пока еще человек, в большей степени. Но уже меняешься, и это не остановить. Начинай привыкать к новым возможностям, чтобы не причинять вред себе или окружающим. И да, Редлинг, я намереваюсь быть стервой весь учебный год. Можешь не сомневаться, — добавила Хирата специально для сопящего за нашими спинами принца.
— Я же извинился за эту ошибку….
Кажется, принц что-то ответил ей, но я не расслышала. Грохот в ушах заглушил продолжение его тирады, я сосредоточилась на том самом огне в груди, продолжающем порождать обжигающие вихри. Нужно закрыть глаза и просто проследить за вспышкой света, пробивающейся сквозь белесую паутину в своей душе, которая начала сплетаться после злополучного поцелуя с Геленом.
«Они что, пытались заблокировать мою собственную энергию?», внезапно поняла я. Это знание словно само собой пришло мне в голову, открылось, как забытое давным-давно воспоминание. Дракон поделился со мной силой своей расы, но…я с самого рождения обладала чем-то еще.
— Чувствую себя как-то странно, — пробормотала, чувствуя, как пересохло в горле.
Кто это сделал? Отец Гелена? Редлинг? Сам будущий супруг? Не важно. На чем действительно стоило сосредоточиться сейчас, так это на разрушении проклятых оков.
Хирата и Редлинг были слишком заняты своим спором, снова перестав обращать на меня внимание.
Энергия бурлила внутри, пока я перебирала каждую нить, осторожно разрывая их своими невидимыми пальцами. Странно, но это давалось так легко, словно я всю жизнь только и занималась разрушением чужих заклинаний.
Внизу, под этой бледной мешаниной скрывалось маленькое солнце, облизывающее стены своей темницы голубоватыми языками настоящей магии.
«Строение печати не слишком замысловатое, а значит, ее делали в спешке», пронеслась в голое мысль. Она не была кем-то вложена, просто мой разум, словно компьютер, выдавал результаты проведенного анализа. «Прискорбно, ведь это значит, что Гелен на самом деле загрязнил мою кровь, подмешав частичку магии смерти к моим способностям…», виски пронзило раскаленными иглами.
Я согнулась от боли, схватилась за голову и даже зашипела от боли.
— Какого черта? — собственный голос как будто донесся со стороны.
«Неужели эта боль пришла из-за воспоминания?», подумала я, осторожно разминая виски.
Редлинг повысил голос.
Хирата оставалась спокойной.
Они вдвоем затеяли какой-то спор из-за того, что принц бросил подругу на «съедение этим хрычам три месяца назад». Я слушала вполуха, сосредоточив все внимание на отступающем спазме.
— Не думать ни о чем, просто разорвать проклятую паутину, — прошептала я, снова касаясь невидимыми пальцами белесых нитей.
«Ну же, помоги мне», обратилась я к гудящему где-то глубоко внутри меня голубому клубку магии. Сила гудела, бурля в венах.
«Да, да!».
Я наконец-то чувствовала себя живой. Инстинкты обострились, по коже побежали мурашки. «Когда в последний раз я призывала свои способности? еще на Земле, во время похищения». Прошли всего сутки, но казалось, что я нахожусь в Небесной Тверди как минимум вечность.
— Вот теперь мы посмотрим, кто тут пленник, — зловеще пробормотала я, чувствуя, как пламя подступает к самым кончикам пальцев.
Одним усилием воли я собрала его в своих кулаках — если Редлинг не хочет признавать меня как равную, придется доказать ему, что я не просто очередная беспомощная принцесса в их логове.
— Ты чувствуешь это? — спросила Хирата, прерывая спор.
«Время на подготовку закончилось», — подумал я, направляя волны огня через бреши в паутине, сотканной вокруг моей души.
— Что ты делаешь? — рявкнул Редлинг.
Но я просто проигнорировал его.
Крепкие пальцы внезапно оказалась на моей шее, мускулистое тело парня прижалось к моему.
— Соня!
Я не открывала глаз. Просто продолжала наращивать силу пламени в своих руках. Воздух вокруг нас задрожал, затем в нем начали плясать крошечные искорки.
— Соня, ты должна это прекратить, — со всей возможной мягкостью произнесла Хирата.
Она еще пыталась успокоить меня, когда обивка ближайшего дивана полыхнула голубоватыми языками пламени. Магия пульсировала в моей груди, на кончиках пальцев и отдавалась резью в глаза. Истинная суть моего дара наконец-то освободились, наполняя тело непередаваемым удовольствием.
— Ты еще не можешь управлять этим! Слишком рано, — прокричал мне на ухо Редлинг.
Воздух наполнился запахом паленой ткани, гибридные лозы зашуршали в стороны, спасая свои древесные тельца от высокой температуры.
Странно, но даже каменные горгульи держались на расстоянии, не рискуя связываться с голубым огнем.
«Почему?», успела подумать я. «Ах да,
