Читаем без скачивания Битва во мгле - Олег Шовкуненко

– Умеешь ты успокоить! – Мысли о драке вернули Марка к действительности. – Доля истины в твоих доводах, конечно, есть, хотя…

Грабовский хотел добавить еще что-то, когда его глаза натолкнулись на взгляд Дюваля. Старый сержант с интересом взирал на молодого офицера.

– Все слышал?

– Прости, Марк, не мог же я заткнуть уши. – В голосе Симона звучали только дружелюбные нотки.

Грабовский примирительно кивнул, понимая всю нелепость любых обвинений. Дюваль расценил это как приглашение в беседу. Поднявшись со своего места, он подошел к лейтенантам.

– Разрешите присесть? – на всякий случай осведомился сержант.

– Валяй. Теперь выслушаем мнение старшего поколения. – Марк указал на соседнее кресло.

– Не собираюсь давать никаких советов. Ты уже большой мальчик и разберешься во всем сам. – Было заметно, что Симон избегает острых углов и просто хочет почесать языком. – Я тут пару дней назад разговорился с нашим чернокожим профессором. Могу рассказать кое-что интересненькое о лурийцах.

«Эта тема не могла возникнуть на пустом месте, – подумал Николай. – Дэя – единственная представительница Лура, которую видели земляне, а значит, повышенный интерес к лурийцам равносилен вниманию к ней лично».

Это понял и Марк.

– Ну кое-что интересненькое о лурийцах мы знаем и сами, – не очень приветливо отрезал он.

– И то, что у твоей красавицы бомба в груди, тоже?

– Что за бомба? – Друзья непонимающе уставились на Симона.

Дюваль был явно доволен эффектом, который произвела его новость.

– Насчет бомбы это я, конечно, загнул, но миниатюрный термоядерный источник питания действительно подшит где-то в ее роскошном боку.

– Это как-то связано с орнаментом на ее теле? – Неотягощенный любовной горячкой мозг Строгова сработал первым.

– Попал в точку. Торн поведал, что лурийцы подвинуты на всяких эстетических эффектах. В давние времена представительниц прекрасного пола расписывали красками, а появление пластической хирургии подсказало новый подход к старой теме. Под кожу имплантируют тысячи мягких светящихся кристаллов, которые контролируются микрочипом в мозге. В зависимости от эмоций владелицы компьютерчик задает цвет и вид узора. Существуют миллионы комбинаций, так что даже сама женщина не может предположить, как засияют ее сиськи в следующее мгновение.

– Да, ничего не скажешь, красота требует жертв.

– Не только красота, но и социальное положение. – Симон закинул ногу на ногу с видом крупного знатока. – Чем выше уровень женщины в иерархии Лура, тем круче она расписана. Во как!

– Просто, удобно и практично, – сделал вывод Строгов. – Для поиска подходящей партии лурийским холостякам сэкономили массу времени. Слушай, Марк, тебе подфартило. Дэя-то, наверное, принцесса?

Вопрос остался без ответа. Корпус корабля сотряс сильный удар, после чего гул посадочных двигателей стал таять, как горное эхо.

– Все, приехали! Теперь вам, господа лейтенанты, будет не до любовных историй, – подал голос Дюваль, поднимаясь со своего места. – Начинается настоящая работа.

Глава 14

После замкнутого пространства корабля окружающий мир казался безграничным и необычайно ярким. Флаер несся над каменистой пустыней, простирающейся до самого горизонта. Плотная завеса облаков надежно скрывала местное светило, отсекая бо€льшую часть его спектра. Из-за этого все вокруг переполняли желто-коричневые оттенки, а тени казались бурыми размытыми пятнами. Жизнь была чужда каменному миру. Ее семена, возможно, и проникали на Эктегус, но всходов так и не дали. Флора и фауна остались на одноклеточном уровне, похоронив всякое стремление к эволюции.

– Теперь вы понимаете, почему Эктегус превращен в крупнейшее галактическое хранилище древних машин? – Указав в окно, Торн пробежался взглядом по лицам Жереса, Фельтона, Строгова и Готье.

– Потому, что больше ни для чего другого не годится, – предположил старшина.

– Дело в другом. – Профессор поморщился, явно не в восторге от такой недальновидности. – Природные условия планеты позволяют идеально консервировать механические устройства, причем практически без всяких затрат. Атмосфера Эктегуса буквально насыщена сложными углеводородами. Они-то и защищают металлические поверхности от коррозии.

– А-а-а, наверное, поэтому нам и выдали эти чертовы респираторы, – догадался Готье. – Вчера попробовал его нацепить. И что? Сразу почувствовал себя воробьем в собачьем наморднике. На каждом дверном косяке словно засияла красная табличка «Место для битья головой».

– Я понимаю, что фильтрующие маски довольно велики и неудобны для людей, – Торн извиняясь развел руками, – но мы не планировали посадку на Эктегус. Соответствующая защитная экипировка была направлена на Торганову. Ее перебросят сюда в ближайшее время. Ну а до этого придется помучиться в респираторах нэйджалов. Главный инженер Танук подобрал вам самые маленькие размеры.

– Мы у цели! – доложил Жорж Пери из пилотской кабины. Голос капрала переполнял восторг. Очевидно, новая должность пилота соответствовала его давним тайным мечтам.

Николай взглянул в окно. То, что с борта звездолета казалось грудой бесформенных скал, на самом деле оказалось целым комплексом рукотворных сооружений. Угрюмые приземистые здания тесно жались друг к другу. Они образовывали прямоугольный периметр, внутри которого располагалась небольшая взлетно-посадочная площадка. Заходя на посадку, флаер описал широкую дугу и свалился в крутое пике.

– Все просто, – прокомментировал свой маневр Пери. – У меня была лицензия на управление легким самолетом, а здесь почти то же самое.

– Хорошо, если так. – Жерес вцепился в подлокотники. Его взгляд, устремленный на Строгова, как бы требовал подтверждения восторгов капрала.

– Не волнуйтесь, шеф, – вступился за своего подчиненного Николай. – Пери всю последнюю неделю проторчал на имитаторе. Он получил наивысший балл из всех претендентов на пилотские нашивки. Так что сядем мы как по маслу.

Слова лейтенанта подтвердили легкий скрип посадочных консолей и затихающий вой двигателей.

– Надеваем маски и выходим, – приказал Жерес.

Строгов вытянул из своего пластикового ранца респиратор. Дыхательный прибор походил на скукоженный мяч для американского футбола. Он предназначался для планет, в воздухе которых встречалась хоть капля кислорода. Из атмосферного газового коктейля респиратор отбирал запрограммированные составляющие, очищал их и подавал для дыхания уже готовую воздушную смесь. Чтобы привести прибор в рабочее состояние, Николай нажал потайную кнопку. Эластичный корпус раздулся практически втрое, а в его нижней части открылось широкое круглое отверстие. Лейтенант зажмурился и сунул лицо в эту душную темноту. Как только голова оказалась внутри, маска начала сдуваться, плотно облегая череп.

Покончив с собственными приготовлениями, Строгов наконец получил возможность взглянуть на своих товарищей. Четверо карикатурных крокодилов смотрели на него зелеными стеклянными глазами.

– Всем вниз!

Николай не стал дожидаться выдвижного трапа, а сразу сиганул на землю. Его ждали первые шаги по другой планете! Фантастика, кто знал, что это ему суждено? Строгов несколько раз подпрыгнул. Он предвкушал яркие впечатления и необыкновенные острые ощущения. Но космических чудес не последовало. Сила тяжести лишь немного уступала земной, и знаменитые лунные скачки Армстронга ему не светили. Прозаическими оказались также каменные плиты под ногами и облака над головой, а местная база уж больно смахивала на развалины небольшой арабской крепости где-то там, в песках Марокко. Николай поймал себя на мысли, что за время полета он свыкся с новым инопланетным миром. Высадка на чужую планету представлялась ему чуть ли не обычным, будничным делом. Что-то вроде очередного посещения французских заморских территорий. Лейтенант был разочарован.

Когда высадка закончилась, группа отправилась вслед за Торном. Профессор уверенно повел их к одному из серых модулей, расположенному на самом краю взлетной полосы.

– Это лифт, – пояснил социолог. – Эктоны располагают свои базы глубоко под землей. Снаружи остаются только ангары для транспорта и обслуживающей техники.

Ученый отыскал переговорное устройство. Торн в течение пяти минут пытался выйти на связь, но безуспешно. Экран оставался чернее ночи, а из транслятора доносился лишь легкий треск статического электричества.

– Ничего не понимаю. Куда они подевались? – Профессор с досадой еще раз вдавил кнопку вызова.

– Глухота – это нормальное явление на ваших базах? – осведомился Жерес.

– Вообще-то я встречаюсь с подобным впервые! При нашем приближении входной люк должен был распахнуться автоматически. Я и так взял на себя лишнюю работу, вызывая дежурного.

– При заходе на посадку «Трокстер» связывался с базой? Что они вам ответили?