нашей комнаты.
Сиди там одна, эгоистка.
В общей гостиной уже сидит Ривера — как всегда, с книгой в руках, что вызывает у меня приступ тревожности. Она и без того уже активно перескакивает меня почти по всем предметам, кроме пресловутых алхимии и матану, и такая демонстрация наращивания ею интеллектуальных мускулов меня вот вообще не радует. Особенно после очередной подставы от дорогой сестрички.
— Доброе утро, — оторвавшись от учебника по традициям русалов, произносит Ривера.
— И тебе. А где Лолита?
— Ещё спит. Тебе передали кое-что. Посыльный из кондитерской лавки, — она машет рукой в сторону стола, на котором виднеется большая светлая коробка.
— Что там?
Быстро подхожу к посылке. Нетерпеливо развязываю сделанный из какой-то странной, лёгкой, серебристого цвета ткани бант. Хрупкие бумажные стенки тут же падают, и перед моим взглядом предстают несколько небольших, элегантно украшенных… пирожных.
— Это… съедобное что-то? — Недоумённо спрашиваю, повернувшись к соседке.
— Скорее всего, это же из кондитерской "Лаакон", а там только десерты на заказ делают.
— Надо же…
Не нужно было обращаться за помощью к Ривере для того, чтобы понять, кто был моим щедрым дарителем.
Модсогнир.
Ну естественно, это он.
На губах сама по себе расплывается застенчивая улыбка.
Сначала браслет, теперь пирожные… Что-то мистер пафосный драконидзе зачастил с подарочками. Или это его так мой боевой настрой впечатлил? Решил задобрить дарами, как какого-нибудь злобного… дракона?
Лол.
— Ривер, — оборачиваюсь, бросая взгляд в сторону ведьмы.
— Что?
— Где там твой травяной чай с мятой?
* * *
— Так, свечи ритуальные, четыре штуки.
— Есть.
— Шалфей сушёный, мята перечная…
— Варвара, всё есть, успокойся, — Ривера закатывает глаза.
— Я просто хочу свести вероятность возникновения каких-либо проблем к минимум! — По-детски обиженно топаю ногой. — Мы, вообще-то, покойника собираемся призвать, если вы не забыли!
— Не покойника, а духа.
— Ой-й-й да какая разница?
Сквозь тонкие синие шторы пробиваются последние лучи закатного солнца, из-за чего комната тонет в ненавязчивом красном свете. Мягко опадая на мебель, он слегка окрашивает её, создавая совершенно неуместную романтическую атмосферу.
Двери в комнату, наконец, открываются, пропуская запыхавшихся Аньку с Лолой. Одним махом скинув на диван тёплые куртки, они подходят к расположившимся на полу нам с Риверой.
— Неужели… — я не могу удержаться от того, чтобы не скривить губы в недовольной усмешке. — Громче всех ратовали за проведение ритуала, а по итогу скинули всю подготовку на нас с Риверой!
Сестра плюхается рядом со мной, причём совершенно игнорируя моё недовольство, и произносит:
— Мы ходили за полынью.
— За какой ещё полынью? Где в пособии указано, что она нужна?
Она что, не читала книгу, которую я ей дала?
Нормально вообще?!
Вот в этом вся Анька — загореться очередной авантюрой и радостно укатить в закат, оставив меня со всем разбираться!
Тысячу раз уже на эту тему скандалили, но результат один: отоварю (в психологическом смысле, я же не абьюзерша какая-то) сестричку по сусалам, она, вроде, угомонится, но пpoпиздoнчика ей хватает ненадолго — спустя пару-тройку месяцев у нас в одном месте вновь жажда приключений начинает играть.
— Она не для ритуала — Ривера подносит серебристую металлическую зажигалку к одной из установленных по углам спиритической доски свечей и зажигает её. Маленький огонёк лихо перескакивает на фитиль, распространяя по комнате запах воска. — Это на случай, если дух окажется сильным, и мы не сможем его прогнать. Тогда придётся жечь полынь — они не любят её.
— О май г… заюш, хорош уже быть такой негативщицей! Ты же сама согласилась участвовать, чё сейчас начинать, — ну, конечно. Как же мы без ответной ремарки.
Ради бога.
Закатываю глаза в раздражении.
— А ты как на это согласилась? — Бросаю взгляд на укладывающую согласно схеме мяту Лолиту. — Без обид, но ты всегда такая напуганная, я думала, что ты боишься подобных вещей.
— Напуганная? — Она поднимает голову и удивлённо смотрит на меня. — Я не напуганная.
— Да ладно, — сестричка на секунду прерывается и, сложив тряпку вдвое, вновь проходится по выжженным на плоской деревянной поверхности буквам. — Не дай б… Прародительница что-то где-то стукнет, как ты тут же начинаешь разводить панику. Прям как Варька.
Чего, блин?!
— Я не развожу панику! — Наши с Лолитой голоса звучат синхронно. И, разумеется, возмущённо! Когда это я панику разводила, скажите на милость?
— Ну, конечно.
— Я это делаю, не потому что я трусиха, — губки Лолы дрожат, и мне начинает казаться, будто бедняжка вот-вот разрыдается. О, нет. Только не это. — Я оцениваю ситуацию, как меня учил дед! Знаете, сколько всяких ужасов он мне нарассказывал? — Ну, уж в чём в чём, а в том, что твой дед ненормальный старик, которому хватило ума сделать из внучки невротика, я даже не сомневалась. — Про драконью инквизицию, про преступников… Всегда нужно быть настороже!
— Иногда это выглядит… — не обижайся, конечно, зай, но я всё-таки скажу это — неадекватно.
— Та-а-ак, — видя, как в уголках глаз ведьмочки начинают собираться слёзы, я поспешно перевожу тему. Не хватает нам ещё истерики перед общением с бабкой Кхамали. — Лолит, а у тебя все члены семьи, что ли, в охране порядка служат? Про деда ты часто упоминаешь, про отца говорила. Вроде, брат у тебя сейчас в академии подготовку проходит там же. У вас династия?
— Да. С отцовской стороны все мужчины этим занимаются.
— И давно у вас так?
— Ох, да я не помню уже даже… У меня же один из предков сначала пошёл служить в охрану. Его после обучения отправили в какую-то деревню — так с новобранцами всегда делают. Ну, он там познакомился с моей прапрапрабабушкой, они поженились, ребёнка завели, он высокий пост получил, а потом деревню затопило.
— В смысле?
— Да вот так. Река из берегов вышла. Мой прапрапрадед же василиском был, а они воду хорошо чуют — змеям она нравится. Жену с сыном он вывез, а сам вернулся обратно — помогать жителям деревни. Ну, там и погиб. После этого случая у нас и пошла традиция.
— Ого… — лицо Аньки немного осунулось. Ну оно и понятно, она человек эмпатичный, её обычно всегда такие истории пробирают.
Да и я расчувствовалась, чего уж скрывать? Одного только не понимаю…
— А почему русалы заранее не предупредили, что с рекой что-то не так? Они же её лучше василисков ощущают?
— Да кто знает? Это было-то больше ста лет назад.
— И много тогда погибло? — Тихо спрашивает сестра.
— Почти вся деревня.
— Но почему? Василиски же почувствовали, что не всё в порядке. В деревнях обычно не особо много людей, неужели не было возможности всех эв… кхм, вывезти в
