Но он удивил ее и в следующий момент наклонился и осторожно, боясь спугнуть девушки или обидеть, начал целовать ее. Сначала просто прикасаясь то к одному уголку губ, то к другому, а потом все смелее и смелее стал целовать ее, будто стараясь навсегда запомнить вкус девушки. Но потом вдруг отстранился, услышав стон, сорвавшийся с губ Титианы и то, как жарко она отвечает, и как впились ее ногти в его плечи.
— Прости, я дурак, знаю, что не должен был делать этого, ведь у тебя наверняка есть парень… — Начал оправдываться он, но девушка, неожиданно для себя выпалила то, что никогда бы не сказала, не будь она опьянена в этот вечер собственными эмоциями.
— Хочешь, ты будешь моим парнем? Ты мне очень нравишься, но если ты мне откажешь, я пойму… — На последних словах ее голос дрогнул, и она опустила глаза.
— Я тебе нравлюсь?…Никогда бы не подумал, — смутился парень. — Ну, в таком случае, я с радостью соглашусь, — улыбнулся он.
— А как же Аня?
Игорь вздохнул, собираясь с мыслями, и впервые признался девушке и самому себе:
— Я не буду врать, что забыл ее полностью, но, надеюсь, ты мне поможешь сделать это. Я же и так уже понял, что она меня не любит.
Таня кивнула. Честность намного важнее лживого обещания вечной любви.
«Как все просто» — мелькало потом в голове, когда вечером он целовал ее у дверей ее квартиры. Она ведь так давно мечтала об этом, думая, что между ними стоят бетонные стены чувств, в то время, как им мешала всего лишь картонная перегородка иллюзий и предубеждений.
Вечером подруги были слишком насыщены своими чувствами, что бы звонить друг другу, но ни одна не пожалела. Что оставила свою тайну при себе хотя бы на сутки только себе…
Все реже и реже Саша чувствовала себя в Аниной компании уютно. Даже без Инги, которая просто перестала проявлять интерес к подругам, и Матвея она была будто бы лишней. Компания уменьшалась на глазах, и вскоре там остались только сама Аня, Андрей и Таня с Игорем, которых можно было не считать, так как их интересовали только амурные дела. Они существовали как одно целое, и это еще больше бесило Сашу. На ее взгляд, Таня обладала очень необычной, но абсолютно непривлекательной внешностью — белые волосы очень редко сочетались с одетыми на девушке вещами, как казалось Саше. И тем не менее у альбиноски все же был парень, а у нее, признанной красавицы подготовительных курсов — нет! Это было абсолютно несправедливо…
Еще больнее было оттого, что Игоря она приметила для себя, а тут такая подстава…
Короче, настроение было испорчено надолго.
Единственный, кто еще более или менее обращал на нее внимание как на привлекательную девушку, был Андрей. Парень просто вился вокруг Саши, правда, скорее просто как хороший друг с претензией на парне, чем наоборот.
За всеми своими переживаниями девушка даже не замечала, что ее подруга не раз говорит с кем-то по телефону очень нежно и ласково. Она просто не желала замечать, что Аня никогда не делиться с ней мыслями относительно своего парня и даже не рассказывает кто он. Это ее просто не волновало, хотя, иногда, она и задавала себе вопрос «А кто он?», но почти сразу забывала об этом, занимаясь решением более важных личных решений.
Глава 21
Незаметно для всех подкралась весна. Календарь уже бодро показывал надпись «Март», а бабушки не менее оживленно торговали подснежниками в переходах. Снег таял медленно, но уверенно, смывая последние следы студеной поры.
Выпускников все больше пугали ЗНО, и все чаще собирали родителей для обсуждения выпускного. Девушки уже подыскивали себе платья, а парни все больше поражались таким пустякам. В коридорах школы было то тут, то там слышно «а у меня оно такое длинное, красное, конечно, с такими вот кружевами, а тут — корсет!» и прочее.
Занятия в университете для школьников закончились — осталось только в мае сдать единственный экзамен — и все будет тип-топ!
Матвей уже предвкушал, как скоро сможет ездить на своей любимой Хонде по улицам и думал о том, что сможет показать Ане свое любимое место на горе.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
Сейчас, когда все разбились на парочки (Саша все же поддалась обаянию сильного Андрея), они могли спокойно гулять наедине, не опасаясь никого. Хотя и не решались пока раскрывать Саше свой секрет.
Однажды вечером, в начале апреля, гуляя как обычно по вечерним улицам своего района, они попали под сильный дождь. Гром грохотал так, что сигнализации машин включались то тут, то там, молния освещала все не хуже фонарей, а вода лилась просто стеной — буквально за две минуты они промокли так, будто упали в озеро, возле которого и гуляли. Паре ничего не оставалось, как побежать домой — все, вплоть до нижнего белья было насквозь мокрым.
Дом Матвея был ближе, и они ринулись туда. Держась за руки, с мокрыми волосами, они смеялись и целовались под дождем. На губы попадала вода, и они жадно пили ее, чувствую вкус ранней весны и юности. Тонкие куртки прилипали к телу, как вторая кожа, а ветер пронизывал до костей. Они быстро забежали в подъезд и дрожащими руками открыли двери. Дома никого не было.
— Возьми полотенце в шкафу — я сейчас поставлю чайник и вернусь, — крикнул Матвей из кухни.
— Хорошо! — ответили ему из комнаты.
— Давай я тебе дам свои вещи — ты переоденешься, а то простынешь.
— Не дождешься! — Аня улыбнулась своему парню.
— Так! Это даже не обсуждается — вот футболка, а вот и шорты — парень доставал свои вещи со шкафа и небрежно кидал их на кровать.
— А ты?…
— И я сейчас, только чай сделаю — и переоденусь. — Стягивая футболку, ответил он.
Пока блондин был на кухне, Аня быстро натянула на себя мужскую одежду, решив ограничиться только тем, что сняла свою куртку, штаны и кофту — дальше не позволяла скромность.
Парень зашел в комнату с двумя чашками чая и удивленно посмотрел на Сани. Та стояла возле окна, прижав кольцо, которое он подарил, к губам. Ее взгляд скользил по каплям на окне, а на губах играла улыбка. Даже в мужской одежде она выглядела привлекательно — оголенные стройные ноги были хорошо видны из-под его шортов, а футболка делала фигуру еще стройнее.
Аня не слышала, как он вошел, как поставил чашки и даже кок подошел ближе. Она практически полностью растворилась в весеннем пейзаже.
Матвей обнял девушку, прижав ее к своей мокрой груди. Ему бы хотелось стоять так вечность, но в голове мелькнула более привлекательная мысль…
Он начал целовать ее шею, потом перебрался к маленьким ушкам и наконец, развернул девушку к себе. Аня ласково улыбалась, и он поцеловал эту улыбку. В это раз его губы были настойчивее, чем когда-либо прежде.
«Я буду нежным с ней», — мелькнула быстрая мысль.
Руки касались ее плечей, шеи и оголенных ног. Раз или два он прикоснулся к груди, но всего на мгновение. Руки девушки запутывались в его волосах, а ногти впивались в шею, но он не замечал этого. Сегодня он хотел ей показать другого себя — не только нежного мальчика, но и страстного мужчину.
Парень легонько потянул за край футболки, чтобы снять ее, и тем самым вывел Аню из оцепенения.
— Матвей, что ты делаешь?… — дыхание еще не восстановилось после долгого поцелуя, и слова получались нечеткими.
— Хочу тебя, — честно ответил тот и хотел поцеловать Аню, но та отшагнула назад.
— Я немного не понимаю тебя.
— Правда?
— Ты же с самого начала знал, что ничего не будет
— Ну, я просто подумал, что кое-что все же можно было бы изменить… — не оставлял своих попыток парень.
— Я не хочу, чтобы что-то менялось
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
— От этого ничего не измениться в наших отношениях, — он говорил это так ласково, да еще целовал в шею так горячо, что девушка от наслаждения даже закрыла глаза.
— И все же я против. Можешь считать, что это глупо, но я не хочу рисковать нашими отношениями, — наконец она взяла себя в руки и отступила на шаг.
— Это ничего не изменит в наших отношениях, — повторил парень, и вдруг спросил — Ты доверяешь мне?
