Я откидываюсь на пол, отходя от боя. Но боль в плече и открытые раны не дают расслабиться. Кое-как поднимаюсь, стараясь не потревожить свою многострадальную левую сторону тела. С трупов врагов удается снять аптечки, одну из которых я почти сразу использую вручную, прикрепляя к телу и врубая анализатор. После короткого перемигивания и звуковой трели чувствую несколько уколов, и сознание проясняется, уводя болевые ощущения на второй план. Оставшуюся аптечку я вешаю на пояс, благо одет для боев на арене в абордажный костюм. А армейцы те еще перестраховщики, и в одежде под броню было предусмотрено все, что могло понадобиться даже теоретически.
Так, надо торопиться и уходить отсюда. Что происходит на станции, разберемся позже, а пока надо найти место, где нет камер. Хорошо, хоть искин они не успели сломать полностью, если судить по предоставленной информации от главного компьютера Арены. Этот нюанс про выживших среди зрителей, а не вообще. А может, им кто-то мешает? Но не суть, главное, что шансы есть. Необходимо только найти место для отдыха до того, как стимуляторы перестанут действовать. А лучше медицинскую капсулу – это будет идеально.
Нацепив на себя четыре магазина для винтовки, я кое-как взял само оружие в одну руку. Левая вообще была бесполезна. Просто чистый комок боли, которую частично глушили препараты из аптечки. Черт, почему у них нет лазерного пистолета? Станнер мне точно не нужен. Так, эми-гранаты. Еще три штуки заняли оставшееся свободное место, и я спешно направился в сторону открытой перегородки.
Остановившись перед выходом из зала, я оглянулся. М-да, и кто мог предположить, что бой закончится этим? А я переживал, что не тяну в сотне, и рекомендовал Стасу не делать ставку, а использовать деньги при голосовании. А тут этот взрыв. Интересно, что там с рыжим? Ладно, как обычно, разберемся по ходу дела.
И я уверенно шагнул на выход.
Глава 10
Я медленно и максимально осторожно продвигался по коридору, старательно выглядывая любое движение. Было бы проще держать сферу восприятия, но уж слишком мне хреново. Стимуляторы помогали оставаться на ногах, но силы не восстанавливали. Постоянно удерживать концентрацию не хотелось, неизвестно, сколько мне придется побегать. И это если мне повезет не встретить еще группы. А шансы нарваться на неприятности были, и не малые.
Если вспомнить слова того говорливого бойца, то можно сделать несколько выводов. И первый тот, что мне недавно приходил в голову. Искин с его общей системой контроля над помещениями они явно не контролируют, иначе бы они среагировали сразу, а не только тогда, когда я дошел до датчика движения. Далее, эти самые датчики могут быть в любом месте. Вряд ли их расположили в каждом коридоре, но в основных – точно. А еще группа среагировала достаточно оперативно, значит, была недалеко. Так что у меня есть еще какое-то время до того, как сможет подойти ближайшая. Главное не попасться на глаза или под датчики.
Перед очередной развилкой я остановился. Прижавшись к правой стенке, я аккуратно оглядел левый коридор. Затем так же осторожно выглянул из-за угла, просмотрел правый. Чисто. Так, и куда идти? Сосредоточиваюсь и жду отклика от интуиции. Левый коридор? Опасность. Правый? Опасность. Черт! А сзади? Опасность. Да, твою мать! Ладно, где по ощущениям меньше? Не сразу, но улавливаю то, что в правом коридоре должно быть немного менее опасно. Значит, поторопимся.
Я продолжил движение, максимально прижимаясь к правой стене. Пока никаких помещений не попадалось, правда, и от арены я далеко не удалился. Да и по ощущениям пока просто обходил ее по кругу. Метров через тридцать было видно еще одну развилку, но уже основного коридора, идущего почти через всю станцию.
Не успеваю пройти и десяти метров, как прямо передо мной из правого коридора выскакивает какой-то мужик в вычурных одеждах и прячется за угол, на противоположной стороне прохода. Я машинально падаю на задницу, упирая винтовку о колено. Насколько я помнил, эта модель имела очень хороший компенсатор и не обладала отдачей, но даже так стрелять с одной руки было неудобно. Когда потенциальный противник меня заметил, я уже скользнул в боевой транс и навел на него винтовку, готовый сразу же открывать огонь.
– Э-э-э, я свой, – протянул он неуверенно, а затем высунулся из-за угла и открыл огонь из лазерного пистолета в глубь скрытого от меня коридора, – а там точно не свои…
– Это логично. Кто ты? – спросил я, медленно поднимаясь на ноги и не сводя с него прицела. Если там враги, то сидеть на заднице – не самая лучшая затея. Стрелять мне так было удобней, но никакой мобильности.
– Я? Ты что, МЕНЯ не узнал? Это просто невозможно, меня тут знают ВСЕ! – с большим удивлением заявил этот черноволосый мужик в вышитой узорами одежде. Холеное лицо с тонкими чертами. Бородка, обрамляющая лицо, ярко-зеленые глаза.
– Абсолютно, я на станции недавно. И тебе стоит поторопиться, а то я просто застрелю тебя во избежание… – попытался ускорить я этого странного типа. Тот нахмурился, а затем, застыв на несколько мгновений, резко высунулся в коридор, снова открывая огонь. Через секунду там раздался звук знакомого мне взрыва. Черт, еще один аэрокинетик.
– Я Роберт Лучезарный, двенадцатый в рейтинге псионов на станции, – с раздражением сказал он, уже не скрываясь от возможных врагов в коридоре и вставая в полный рост. – Убери свою пукалку, а то я и тебя разорву на части, как этих неудачников, – кивнул он в проход.
– А я Джон, где-то восьмидесятый в том же рейтинге, – ответил я, медленно поднимаясь и убирая оружие. – Там хоть чисто, а?
– О, так ты тоже псион! А я уж подумал ты из обычных… – На этом слове он слегка скривился, но затем воодушевленно продолжил: – Вдвоем мы их всех точно порвем. Правда, ты как-то не очень хорошо выглядишь, но ничего. Техника ничто перед силой псионики! – начал декларировать этот Лучезарный.
– Там чисто? – повторил вопрос я, аккуратно подходя к коридору и постоянно оглядываясь назад. Посреди простреливаемого пространства находиться было очень неуютно.
– Там? Да, конечно, я всех подорвал, – рассеянно ответил он. – Мои взрывы очень мощные!
– Ага, ага, – медленно высовываюсь в коридор. В нем разруха. Сила взрыва была такая, что вся обшивка просто вмята, вскрыты технические каналы. Два тела лежат, словно поломанные куклы в бумажной броне. «Ни черта себе, мощные», – с уважением подумал я, оглядывая этого типа. Черт, он сам как живая система огневой поддержки.
– Пошли, и по пути расскажешь, что тут происходит. А то я был на арене, когда все произошло, – бросил я ему, направляясь к трупам. Подойдя поближе, я выстрелил пару раз в каждый, окончательно удостоверяясь, что они действительно мертвы.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
