Она прекрасно знала, что это не игра. Видела, как он работает. Уважала его за это. Но сказать об этом сейчас не могла – мешала ярость и досада.
– Да! Именно так я к этому и отношусь!
Может, он уже достаточно разозлился, чтобы поцеловать ее хоть разочек? Господи, зачем она тогда сказала «нет»?
Она с нетерпением ждала реакции Коннора на ее убийственные оскорбления, но он был на удивление спокоен.
– Так. Пришло время преподать тебе урок, Вейл. Во сколько заканчивается ланч? В четыре? В пять тридцать жду тебя при полном параде.
– Что?
– Оденься так, как оделась бы в хороший дорогой ресторан. Есть у тебя такое платье?
– Да, но…
– Замолкни. В пять тридцать.
– И ты меня не уволишь прямо сейчас?
– Я не увольняю людей за то, что они говорят то, что думают. Пять тридцать.
– Я не понимаю…
Она действительно не понимала, и это доставляло Коннору необъяснимое удовольствие, Хотя почему необъяснимое? Всегда приятно победить дикую кошку, не прибегая к огнестрельному оружию.
– Я тебе объясню, Вейл, хотя и не обязан это делать. Ты считаешь, что я играюсь в игрушки: копаюсь в грязи, машу мотыгой и так далее. Так вот, ты не права.
– Слушай, Фотрелл, я…
– Молчать! И слушать. Я босс. Ты можешь не принимать и не понимать мой стиль управления, но он таков, каков есть. Я должен все уметь делать сам. От этого зависит дальнейшая судьба всего этого места, судьба ресторана, виноградника, всех, кто здесь работает, твоя судьба, наконец. Если я буду плох, если чего-то не пойму, где-то оступлюсь, никто из вас не станет вытаскивать меня из неприятностей. Я должен это делать. Сегодня вечером мы отправимся в маленькое ознакомительное путешествие. Тур по Сиднею. В пять тридцать выезжаем, в семь мы там.
– До Сиднея три с половиной часа…
Коннор надменно посмотрел на поникшую и ошарашенную Черри.
– Когда я за рулем, до Сиднея рукой подать, Вейл.
– А если я скажу, что не хочу ехать?
– О, это очень просто. Я сделаю то, о чем ты говорила только что. Я тебя уволю. И сделаю это со счастливой улыбкой на устах.
На лице Коннора Фотрелла неожиданно и впрямь расцвела потрясающей красоты улыбка, и Черри с трудом подавила неуместное желание броситься ему на шею, одновременно срывая с себя одежду.
– Хорошо, сэр. Слушаю, сэр. Пять тридцать, сэр, форма одежды парадная, сэр. Я могу идти, сэр?
– Идите, Вейл.
– Спасибо… сир!
Выпустив эту последнюю стрелу, Черри Вейл пулей вылетела за дверь, оставив Коннора Фотрелла улыбаться своей дурацкой улыбкой в полном одиночестве.
8
Черри металась по своей спальне, словно раненая тигрица, иногда застывая на месте, а потом снова начиная метаться.
Что значит – одеться для дорогого ресторана?
Все ее вещи были разложены на широкой кровати, несколько пар туфель стояли рядком на полу.
У нее есть сорок пять минут на принятие решения.
Нужно что-то классное. Так сказал Коннор Фотрелл. Интересно, что он имел в виду?
Значит, так, пойдем методом исключения. Кожаная мини-юбка с прилагающимся к ней кожаным корсетом в стиле садо-мазо отпадает в четвертьфинале. Туда же летят золотые босоножки с офигительными бриллиантами на пряжках (полтора доллара в секонд-хэнде на Страйк-бич). Далее следуют: прозрачный топ на пластмассовых бретельках, юбка а-ля албанская крестьянка конца прошлого века, платье в цветочек из шифона с люрексом и деловой костюм в мелкую полосочку.
Черри с улыбкой тронула следующий наряд. Золотой топ с вшитыми пластиковыми чашечками. Если его надеть, то грудь будет напоминать два воздушных шарика, засунутых под платье. К топу прилагаются настоящие турецкие шальвары из какой-то прозрачной ткани. В стратегически важных местах на шальварах присутствует вышивка золотой и серебряной нитью, а белье под них надевать не рекомендуется. Жаль, что нельзя надеть. Ни в какой Сидней ее Коннор, конечно, не взял бы, но пять минут комы ему было бы обеспечено.
Нет у нее ничего классного, вот в чем беда. Костюм менеджера не предполагает фривольности, униформа отеля осталась в отеле, да и она тоже не подходит. Настоящее вечернее платье? Его у Черри сроду не было. Как-то не сложилось с вечерними платьями.
Коннора она дважды видела в вечернем костюме, точнее, второй раз это был настоящий фрак. Умереть можно было от этого зрелища. На свадьбе Кэти Фотрелл… как давно это было!
Черри в полном отчаянии заглянула в почти опустевшую сумку. Что-то черное и блестящее загадочно подмигнуло ей из темноты. Ну конечно! Как она могла об этом забыть!
Самое безрассудное из всех ее приобретений. Черный китайский шелк. Прямая короткая юбка, прямой длинный жакет в китайском стиле. Воротник-стоечка. Длинный ряд крохотных пуговиц из серо-зеленой яшмы тянется сверху донизу. Просто и элегантно. А если сказать кому, сколько она за него выложила три года назад… Тогда она и понятия не имела, куда его можно надеть, этот костюм. Просто ей понравился струящийся, блестящий, словно шкура пантеры, шелк, понравились строгие прямые линии, простота и элегантность. Костюм напоминал Черри классический балет, которым она занималась с пяти лет, который ненавидела и любила с одинаковой страстью. Исключительно по этой причине она и купила эту роскошь, отдав за нее все свои деньги и заняв у подружки недостающие триста баксов.
Черри поспешно развесила костюм на распялке. Чудо! Черный шелк даже не помялся. Теперь тонкие колготки, туфли на высоком – как всегда – каблуке, тонкую золотую цепочку на шею, тональный крем под глаза и на скулы, коралловая помада, зеленые тени – лишь слегка коснуться ими век! – и духи на виски, ключицы и плечи. Все!
Коннор Фотрелл, я готова. Я уже иду. Тем более что я опаздываю на пять минут!
Черри вдруг помрачнела. Колготки! Она их ненавидела. Любой размер был ей коротковат. Уже через полчаса они обязательно сползут на бедра и будут безмерно ее раздражать. Балетные ноги, чего же вы хотите!
Она в сомнении посмотрела на длину юбки. Вообще-то… можно рискнуть!
У нее имелся черный малюсенький пояс в виде мелких цветочков и листочков, а к нему черные чулки, настолько тонкие, что о цвете их можно было судить только по цвету резинки. Чулки она любила, но не носила уже сто лет. Как можно было носить их в отеле, где униформа состояла из мини-юбки и блузки? Ну, а больше некуда было…
Не слишком ли это вызывающе?
Опомнись, Черри Вейл! Кто собирается заглядывать тебе под юбку?! Ты едешь, можно сказать, на учебно-познавательный ужин со своим шефом, который мечтает о том дне, когда ты под фанфары вылетишь с работы. Какое ему дело, колготки на тебе, чулки или шерстяные кальсоны? Нет, кальсоны Коннор, пожалуй, не одобрил бы.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
