Мариша перевела взгляд на меня. Я же просто смотрел на огонь.
— Я не буду спрашивать тебя почему это произошло — для тебя я убийца Лесии, твоей матери. Но я хочу знать почему ты нарушила свою клятву.
— Я сорвалась. Мне нет оправдания, — было видно, что она правда сожалеет о случившемся, но… она все же едва не убила меня. — Сюзерен, я могу как-то искупить это?
— Это больше не имеет смысла. Я согласился помогать вам, потому что твоя клятва внушила мне доверие. Но теперь, когда ты ее нарушила…
— Я понимаю… — Мар вытащила свой клинок обратным хватом и, воткнув его в землю возле себя, села на колени, положив руки на землю. — Я готова.
— Готова к чему?
— Ответить за свой проступок, — тихо ответила за сестру Сильфида.
«Поясни»
— Ты же сам все понял.
«Не совсем, если честно»
— Вот то, что ты сейчас думаешь, и есть интересующий тебя ответ.
«Ты хочешь сказать, что она…»
— Да. Именно это.
Я медленно подошел к девушке, что-то шепчущей с закрытыми глазами.
— …ликого мира, но опозорила свою жизнь нарушенной клятвой. Пускай же кровь смоет бесчестье и позволит забыть проступок, совершенный мною. Да простит Великое Древо мои действия и примет свою заблудшую дочь под свою сень…
Мар закончила читать молитву и слегка опустила голову, еще больше оголяя незащищенную шею. Сильфида отвернулась от нас, даже в своем отчаянии не в силах наблюдать за тем, что должно было случиться. Я аккуратно взялся за эфес меча, но в тот момент, когда хотел выдернуть его из земли, пальцы резко онемели и перестали слушаться.
«Эй!»
— Ты не возьмешь в руки другое оружие, пока я с тобой. Если собрался ее казнить — используй меня.
«Ты прекрасно знаешь, что я хочу сделать!»
— Никаких исключений. В твоих руках другого оружия не будет.
Голос Оружия был категоричным, явно показывающим, что спор будет бесполезен. Однако, для того, что я хотел сделать, мне этот меч был нужен, потому пришлось пойти на хитрость — заставить нить полностью опутать ладонь на манер варежки.
— Эй!
«Никакого нарушения твоих правил. Меча касаешься ты, не я»
— Ты же понимаешь, что это все равно нарушение!
«Так же, как и ты понимаешь, что я не собираюсь сражаться»
Меч сверкнул у меня в руке, когда я подкинул его и схватил за лезвие. Пусть я и плохо разбираюсь в подобных вещах, но даже такому дилетанту как я было понятно, что держу настоящее произведение оружейного искусства.
— Это твое, — эфес ткнулся в трясущуюся руку мечницы.
— Я обесчестила себя. Уже нет разницы.
— Бери, пока даю.
Пальцы сомкнулись на рукояти, дрожь унялась.
— Спасибо, сюзерен, — прошептала она с благодарностью в голосе. На землю упало несколько слез.
— Пожалуйста, — ответил я. — На этом все.
— Да, я понимаю, — ответила девушка, не меняя своего положения.
— Ну, раз понимаешь, то первая вахта твоя.
Так как мы были во враждебном нам мире, явно следовало оставлять кого-то дежурить. Черт его знает, что с нами будет, если мы прозеваем ночное нападение.
— А? — Мариша подняла голову, в ее глазах плескалось непонимание. Повернувшаяся в нашу сторону Сильфида посмотрела на меня с таким же взглядом.
— Бэ, — ответил я. — Дежурить будешь, говорю. Потом разбудишь сестру свою и сама поспишь.
— Но…
— Если бы я хотел тебя убить, то сломал бы тебе шею в момент нападения. Но я не убийца. Я просто вор, — с этими словами я кинул ей отстегнутую с ее же пояса шкатулку с листьями.
Голова Мар вновь опустилась вниз.
— Сюзерен… пожалуйста, прости меня…
— Я спать. Разбудите через час, как встанет солнце, нам еще людей искать.
Интерлюдия 18
Человек уснул практически сразу, положив рюкзак под голову. Мар же простояла в своем положении еще минут десять, прежде чем окончательно поверила, что ей сохранили жизнь.
— Сильфи… — прошептала она, не веря своему везению.
Сильфида же в этот момент словно проснулась. Сорвавшись к сестре, она со всего маху влепила ей пощечину.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
— Идиотка! — злобно зашипела старшая принцесса. — Да ты хоть понимаешь, что натворила?! Можешь, наконец, понять, что на кону стоит весь наш мир?!
— Сестренка… — голос Мар стал еще тише, словно кто-то выкрутил громкость ее голоса на минимум. С глаз снова закапали слезы. — Сестренка, прости меня…
Лучница, едва замахнувшись для новой пощечины, опустила свою руку. И, внезапно даже для самой себя, заплакала сама.
— Мариша… я… — в необъяснимом порыве сестры обнялись и зарыдали в голос. — Я же… уже готова была… пожертвовать…
Больше слов сказано не было — нервное напряжение, властвовавшее над ними обоими, не отпускало их еще долго.
Интерлюдия 19
— Вы уверены, что это сработает? — Бриален стоял наверху часовни, той самой, в которой когда-то проводился призыв человека.
— Разумеется, нет, — Маркус развел руками. — Ритуал, который я нашел, был очень старым, еще старше, чем Ритуал, имевший место полгода назад, однако разные источники, которые на него ссылались, не противоречили друг другу. Вероятность того, что все получится как надо, очень высока.
— Я доверяю Вашей интуиции, Ваше Превосходительство, но…
— Послушай, ты хочешь силы за короткий срок, — перебил его камергер. — Я тебя выслушал и пошел тебе навстречу. Но ты же должен понимать, что у любой силы есть цена. В данный момент цена — это риск. И сейчас у тебя два варианта: либо ты сейчас уходишь и забываешь о моем предложении, либо ложишься в центр и я начинаю готовить твое тело к метаморфозам. Решай сейчас, полдень уже близко.
Впервые Бриалена начали одолевать сомнения. Одно дело жесткие тренировки, когда ты сам можешь прекратить их в любой момент, но совершенно другое участвовать в Ритуале, который не проводился столь долго, что даже документы о нем удалось найти лишь чудом. Но потом он вспомнил того человека, из-за которого все пошло под откос. Вспомнил, как тот придушил его артефактным Клубком… как вырубил его одним точным ударом в висок…
— Ну? Что ты решил?
— Я участвую, — согласился стражник.
Раздевшись по пояс, он лег в центр овального круга головой к чаше. Вошли по хлопку восемь эльфов в мантиях, встав в круги света, и вытянули руки в центр. Ритуал начался.
Наблюдая, как тело Бриалена само собой поднимается в воздух, Маркус не мог сдержать торжествующей улыбки. Все шло по плану, однако дальше будут нужны жертвы. Эльфы бы подошли идеально, но… зачем жертвовать ими, когда есть люди?
Интерлюдия 20
— Ваше Величество, — Делина села на колено, как того требовал этикет.
— Что-то случилось? — спросил ее Латрей.
— Я все посчитала, — девушка встала и вернула королю взятые ранее вещи.
— Уже? — удивился мужчина и открыл календарь, после чего нахмурился. — Уже через три недели… То есть, это произойдет в Уршале. Неприятно, конечно…
— Вы хотели это использовать, Ваше Величество?
— Да, попробовать привязать его к нашему миру в целом.
— Но он же уже защищает нас.
— Ты не права, — Латрей мягко улыбнулся. — Он защищает не нас, а тебя. Если он узнает, что с тобой что-то случилось, он плюнет на Маллореан и отправится обратно в Гномий Двор.
Покрасневшая от таких слов девушка опустила голову.
— Это и была причина, по которой Вы оставили меня в замке?
— Разумеется. Пока ты здесь и находишься в моей свите, с тобой ничего не может произойти. И он, будучи столь умен, не может этого не понимать. Жаль только, что вы разминулись, когда он был здесь. Тебе наверняка хотелось ему о многом рассказать. Да и не только рассказать.
Латрей встал и подошел к окну.
— Так Вы… все знаете… — прошептала девушка.
— Разумеется, знаю, я же король здесь не только на бумаге.
