От моего молчаливого взгляда в глазах Люси начали собираться слезы.
– Уф... О чем мы с тобой говорили? Никаких слез.
– Она хотела, чтобы я осталась, – зарыдала девушка. – Бостон, она хотела, чтобы я осталась дома. Что если...
– Мы и об этом говорили, – я усадил Люси к себе на колени, начав укачивать. – В том, что случилось, нет твоей вины. Твоя мама, вероятно, просто устала и была подавлена всем происходящим. Она была на антидепрессантах. Может быть, их оказалось просто недостаточно.
– Но п... почему... Почему она не пришла ко мне? Почему она не п... попыталась поговорить со мной, чтобы я могла ей помочь? Если бы я только знала... Боже, как я могла этого не заметить? Я должна была понять, что она переступила черту, верно? Я имею в виду... она всегда была уставшей. И сразу после ужина отправлялась в свою комнату. Почему я не почувствовала, что что-то вот-вот п... произойдет?
– Не думаю, что кто-то из нас мог догадываться, как все обернется. Я знаю, что ты скучаешь по своей маме. Я знаю, что тебе больно, но у тебя есть я. Я люблю тебя. Я люблю тебя больше всех на свете.
– Я знаю, что любишь. Я тоже люблю тебя, – она уткнулась носом мне в шею, пока я успокаивая, слегка раскачивал ее из стороны в сторону.
Несмотря на этот срыв, Люси становилось лучше. Это не продлится долго. Пару недель спустя, мы сможем вернуться к нормальной жизни... нашей совместной жизни.
Завернув девушку в одеяло, я перенес ее на диван, а сам вернулся, чтобы разогреть тушеное мясо. Люси молча наблюдала за мной.
– Я тут подумал, может, мы сегодня куда-нибудь сходим? Нам нужно купить продукты, да и тебе прогулка по магазинам пойдет на пользу. Ты к такому готова?
Она опустила взгляд на сцепленные в замок пальцы.
– Даже не знаю. Мне правда не хочется.
– Но ты же понимаешь, что рано или поздно тебе придется это сделать, верно?
– Да.
– Хорошо. Тогда после еды, мы приведем тебя в порядок.
– Бостон... Нам надо поговорить.
– О чем же?
Люси заглянула мне в глаза, после чего тут же отвернулась.
– О разном. Что мы делаем?
Когда микроволновка издала звуковой сигнал, я вытащил тарелку, и накрыл ее стеклянной крышкой.
– Мы каждый день едим. Мы же живые. Я не совсем понимаю, что ты имеешь в виду.
– Я имею в виду наши жизни. Что мы с ними делаем? Я уверена, что Сара примет меня обратно на работу, но я не хочу работать в театре до конца своей жизни. Моя мама... она кое-что сказала мне перед отъездом. Она не хотела, чтобы я потеряла себя, потому что мы теперь вместе. Она не хотела, чтобы я отказывалась от работы или... слишком быстро взрослела.
– Так мы сейчас говорим о твоей работе?
– Ну да. Вроде того. На самом деле обо всем в целом. Ты же студент колледжа... и в какой-то момент вернешься к учебе. Так что я должна понимать, что буду делать дальше.
Я протянул Люси тарелку, обдумывая ее вопрос.
– Поступи в колледж.
– Все не так просто. Я только что окончила среднюю школу. У меня нет таких денег, как у твоей семьи. В смысле, скорее всего я смогу получить стипендию в местном колледже, но... я даже не знаю, кем хочу быть. И почему я раньше об этом не думала? Почему не слушала маму, когда она говорила со мной об этом год назад?
Я выдохнул, когда сел на край постели возле ее ног.
– Ты слишком много думаешь. Никто не ждет от тебя какого-то решения сию же минуту. Да и я не смогу вернуться к обучению до начала следующего семестра. Так что у тебя уйма времени, чтобы решить, чем ты хочешь заниматься в дальнейшем.
– Наверное. А что ты будешь делать, когда придет время?
Я замолчал, раздумывая над ее вопросом. Из того, что расскала мне мать, я знал, что на дорогу до колледжа у меня ежедневно уходило по два часа. Я понимал, что так или иначе это было связано с Люси. Но теперь, когда она была со мной...
– Как бы ты отнеслась к переезду в город?
– В город?
– А почему бы и нет?
– Во-первых, это очень дорого. А... во-вторых, это... – ее глаза снова налились слезами. – Это так далеко от дома.
– Теперь твой дом рядом со мной, – я сжал ее руки, чтобы она перестала дергаться. – Я – твой дом. Давай начнем все сначала. Давай пойдем вместе в колледж. Ты переживаешь о деньгах, но тебе не о чем беспокоиться, теперь это мои проблемы. Единственное, чего я хочу это – ты! Давай же сделаем так, чтобы у нас все получилось. Мы уедем отсюда навсегда и забудем все, как страшный сон.
Тишина.
– Подумай об этом, детка. Не спеши. Ты должна понять, что здесь тебя больше ничего не держит. Так что нет ничего плохого в том, чтобы начать все сначала. Мне кажется, это будет полезно для нас обоих.
– Ты прав. И пусть это так далеко, но нам будет проще найти работу и добираться до колледжа.
– Да.
Девушка снова едва не заплакала.
– А как же Джефф?
Одно лишь его имя всколыхнуло во мне волну гнева.
– А что на счет него? Он причинил тебе боль. Ему нужна квалифицированная помощь. Надеюсь, что его найдут, и помогут справиться с проблемой. Что же касается тебя, то я не хочу, чтобы он снова оказался рядом.
Из ее глаз полились слезы, которые Люси мгновенно стерла. Она ничего мне не ответила, но в этом и не было необходимости. Нахождение рядом с Джеффом сулило ей лишь новую порцию боли, и она это понимала.
***
– Долго они будут ходить за нами?
Я улыбнулся, пока изучал банку с оливками, а затем положил ее в корзину.
– Не знаю. Вероятно, пока не найдут Джеффа? Городок у нас маленький. Похоже, им больше нечем заняться.
– Ты прав. Просто непривычно все время видеть поблизости полицейскую машину, – Люси указала на спагетти, и я бросил их к оливкам, после чего шагнул к ней и поцеловал. Меня распирало от гордости. Я ощущал душевный подъем. К черту копов, я был на седьмом небе от счастья. Я всегда знал, что они где-то поблизости, но не возражал. Джеффу даже пытаться не стоило вернуться за тем, что принадлежало мне. Я был к этому готов. Благодаря сигнализации, установленной в гостевом домике, я сразу бы узнал о попытке проникновения. И если бы он это сделал, то мгновенно бы об этом пожалел.
Мы двинулись дальше и остановились, когда Люси принялась рассматривать соусы из томатов. Мимо нас пробежали двое детей: темноволосый мальчик и маленькая девочка. Пространство между стеллажами покрылось рябью, а на меня нахлынули воспоминания.
– Возьми ее с собой, Джефф. И пригляди за ней. Люси, Люси, Люси. Я так устала от Люси.
Джефф сжал в руках корзинку для пикника, бросил в нее булку хлеба и сердито посмотрел на сестру. Она была на целую голову ниже нас, и на вид ей было лет пять. Ее крошечная фигурка стояла в отдалении, но девочка нас не боялась.
Джефф всегда был с ней груб. И я об этом знал. Я смог заглянуть в свои воспоминания, и самым ярким из них оказался тот день, когда я впервые увидел малышку.
Они были в парке вдвоем. Мальчик бегал по кругу, играя с какой-то фигуркой под деревом с розовыми цветами, а она стояла среди опавших лепестков и мило улыбалась, глядя на качели. С каждым шагом, пока я приближался к ней, она нравилась мне все больше и больше. В какой-то момент, брат исподтишка толкнул ее. А я замер от шока... и ярости.
Вспышка новых воспоминаний перекрыла это. Другие ситуации, где он каким-то образом причинял ей боль.
«Садист, садист, садист!»
Да, он был садистом. Именно по этой причине я и подружился с ним. Не ради него... ради нее.
– Эй, Люси! Не отставай.
Мы вошли в продуктовый магазин. Я держался на шаг позади Джеффа, просто на случай, если мне придется защищать ее от его постоянных нападок. Поскольку их мать очень много работала, а отец и вовсе не появлялся дома, Люси была нашей ответственностью. Нашей... не только его.
Мы остановились возле кассы, и я оглянулся как раз в тот момент, когда Джефф наступил ногой на блестящую черную туфельку Люси. Малышка вскрикнула, сжалась и склонила голову вниз. Она заплакала, а моя и без того лютая ненависть к нему лишь усилилась, так что я схватил леденец и присел на корточки. Когда ее зеленые глаза сфокусировались на мне, девочка поджала губы. Ее не интересовала конфета. Только я. Она будто пыталась заглянуть мне в самую душу.
